Рыжая катастрофа для босса (СИ)

— Ты уже и Гере разболтала?
— Они так вчера всё слышал. Разве не знаешь, какие тонкие стены в нашей квартирке?
— Знаю-знаю...
— Ну что там? Что босс с тобой сделал?
— Пока ещё ничего, но он хочет, чтобы я кое-что выполнила. А, вернее, исполнила.
— Что?
— Не признаётся. Сказал, позже узнаю.
— Мда, Поля. Твой босс не извращенец! Он — садист!
— И не говори, Маргоша. И не говори.
  
Дохожу до конца крыла и отбиваю звонок, открываю дверь в приёмную и тут же отпрыгиваю назад, замечая в комнате Горецкого.
— А ну-ка стой! — громко заявляет босс.
Вот и чего он вылез из своего кабинета? Стоит в приёмной, даёт распоряжение помощнику, тот что-то быстро записывает в ежедневник, и тут я нарисовываюсь.
— Вернись.
Захожу и протягиваю ему письмо.
Горецкий даже не читает его, возвращается в свой кабинет, садится за стол и пальцем манит меня.
Пальцем?
Меня?
Ну уж нет!
— Зайди.
Тяжело выдыхаю и медленно плетусь в его кабинет.
— Дверь закрой.
Закрываю. Стою поодаль, сцепив пальцы в замок.
Горецкий опять окидывает меня нездоровым взглядом, а после начинает изучать письмо. Читает, хмурится, чем-то очень недоволен. Берёт ручку и что-то черкает на бумаге.
— Не по адресу, — рычит, но я понимаю, что не на меня, а на того, кто ему письмо отписал. Ставит свою подпись и отдаёт: — Передай финансовому директору, это его зона ответственности.
Забираю письмо, чувствую себя каким-то почтовым голубем: туда-сюда, туда-сюда, и это в эпоху электронного документооборота? Он тоже есть в фирме, но такие вот бумажонки будут жить вечно.
— Могу идти?
— Нет.
Встаёт, медленно надвигается на меня. Что, опять к стенке прижмёт? Любит он это дело.
Ходит вокруг меня, как кот вокруг миски со сметаной, мучает молчанием. Слежу за ним взглядом и пытаюсь унять дрожь в коленках.
И опять этот парфюм... Из чего его делают? Из афродизиаков? Этот запах кружит голову.
Или... дело вовсе не в запахе?
Бррр! Мотаю головой, пытаясь отбросить эти странные мысли.
Приди в себя, Полюшка, этот человек хочет тобой отужинать, а ты от его запаха улетаешь.
— я готов озвучить первое желание.
Наверное, стоит сказать: «Чего тебе надобно, старче?», но вместо этого я молча хлопаю ресницами.
— Ты побудешь горничной, проведёшь завтра вечером уборку у меня дома.
Что?
Убраться?
Фу-у-у-у-х, выдыхаю. Отлегло. Всего-то убраться. Что может быть проще?
— Но только убираться ты будешь в одном нижнем белье.
Бам!
Нет, этот человек определённо себе не изменяет.
— В белье? — непонимающе моргаю. — Я буду убираться в одном нижнем белье, а вы будете смотреть?
— Ты в сексуальном нижнем белье будешь сексуально убираться. А я буду за этим наблюдать.
Случай — запущенный. Такое даже не лечится.
Моя расшатанная нервная система снова даёт о себе знать. Только недавно была паника, а теперь опять возмущаюсь.
— Вы больной? — вырывается, и я не успеваю себя заткнуть.
Точно, язык мой — враг мой.
Босс снова злобно сощуривается, приближается и опять прожигает во мне дыру.
— А ты думала, я загадаю, чтобы ты бегала три круга вокруг офиса? Или петухом три раза прокричала: «Петька — дурак»? Серьёзно, Козырева? Ты думала, я с тобой за десять миллионов баксов буду в фанты играть?
Скажем так, не думала.
Но надеялась.
Глупо. Наивно. И очень опрометчиво.
8.
Полина
В моём словарном запасе уже нет подходящих эпитетов, чтобы охарактеризовать своего босса. Извращенец был, маньяк был, зверь тоже был.
Да он... Да он... Ух, злюсь!
Выхожу из офисного здания, вижу встречающую меня Марго. Подруга так спешила узнать последние подробности, что приехала ко мне.
— Ну что? — схватив меня под руку, тут же интересуется. — Что он загадал?
В её огромных глазах вижу интерес и волнение. Но интереса больше.
— Мой босс — козлина!
Нашла слово! Коротко и ясно.
— Это понятно, — соглашается Марго. — Загадал-то он что?
— Чтобы я разделась до белья и убралась в квартире.
Марго протяжно тянет:
— 0-00... А квартира-то у него, небось, огромная?
— То есть тебя не смущает, что я буду щеголять перед ним в одном белье?
— В белье же. А мог бы загадать голышом.
И чего это она его защищает? Она вообще моя подруга или нет?
— Или вообще потребовал бы то самое, — играет бровками. — Поняла?
Так и хочется сказать — ещё не вечер. У него в запасе ещё два желания, и чувствует моё сердечко, без того самого не обойдётся.
Но не унываем и решаем проблемы по мере их поступления.
— Маргош, я не хочу перед ним раздеваться! — хнычу.
Я даже ни разу перед докторами-мужчинами не раздевалась, всегда везло и попадала на женщин. А тут этот самец с его голодным взглядом.
Очень голодным. Но почему-то цепляющим...
Тьфу! Вон, дурные мысли, вон! Жмурюсь, списываю это на помутнение рассудка на фоне стресса и перестаю думать о Горецком.
НО он, зараза, так и лезет в голову...
Идём с подругой к метро, я никак не могу побороть стеснение. Ещё не приступила к эротической уборке, а щёки уже горят.
— Тебе надо отбить у него желание! — выдаёт Марго.
Прислушиваюсь к её совету.
А ведь правда. Если мужчина теряет влечение к женщине, она автоматически становится ему неинтересна. Если я отобью желание, он, возможно, и на будущие два желания забьёт.
НУ или ради чувства морального удовлетворения, чисто ради галочки, заставит пробежать вокруг офиса.
Но с этим-то я справлюсь без проблем! Хоть в дождь, хоть в гололёд!
— Маргоша! — восторженно пищу. — Ты - гений!
— Не благодари, — наигранно задрав голову, хвалится она.
— Вот только как мне отбить у Горецкого желание? Он любит рыжих. Они для него что-то вроде пунктика.
— Может быть тебе перекраситься?
Только от одной мысли о смене цвета волос и их испорченного состояния у меня леденеют руки. Мои волосы всегда были моей гордостью, я с таким трепетом и любовью за ними ухаживаю.
— Нет! — яростно кручу головой. — Даже не предлагай мне этого.
Марго включает генерацию идей, я же смотрю по сторонам. Вдруг, случайно увижу знак или подсказку?
И тут мне на глаза попадается магазин нижнего белья.
Резко останавливаюсь, хитро смотрю на вывеску и, сменив маршрут, тяну Марго за собой.
Заходим, идём между рядов, кругом сплошь красивые и сексуальные комплекты.
Естественно, их всегда вывешивают первыми, чтобы покупатель сразу обратил на них внимание.
— Ты вроде как хотела отбить желание у Горецкого, а не сделать так, чтобы он пускал на тебя слюни, — берёт в руки красные кружевные трусики.
Не слушаю Марго, иду к своей цели.
— Нам туда! — указываю в самый конец зала.
Нахожу то, что надо. У Марго глаза на лоб лезут.
— Ну как? — прикладываю к себе оригинальный и совершенно неподходящий моему возрасту и запросам босса комплект нижнего белья.
Серьёзно, это нижнее бельё. Так даже на бирке написано.
— 0-чу-меть, — произносит по слогам Маргоша. — Босс будет в шоке!
— Ещё в каком шоке! — звонко смеюсь.
Мы с подругой ударяем по рукам, я бегу в примерочною и, переодевшись, зову её заглянуть.
— Во! — поднимает она большой палец вверх. — Высший класс!
— Маргош, ответь: сексуально? — кручусь перед зеркалом.
Подруга давит в себе смешок. Закатываю глаза и поворачиваюсь к ней.
— Мне для успокоения совести. Босс велел, чтобы было сексуально, а мне нужно авторитетное мнение.
— Тогда — да! Очень сексуально!
Злобно улыбаюсь и хитро ей подмигиваю.
— Что? На кассу?
— На кассу. Уверена, продавцы тебя расцелуют. Ты — единственная, кто позарился на этот комплект.
Весь следующий день я хожу по офису и пританцовываю. В это сложно поверить, но я жду встречи с боссом. Ещё вчера мечтала бежать от него, сверкая пятками, а сейчас хочу посмотреть, как вытянется его лицо, когда буду исполнять желание.