Извращенный терапевт (ЛП)

Эддисон моргнула и покачала головой. — Н-нет, нет, я помню, мы ходили на свидания, Эйден. Мы… мы любили друг друга по-своему.
— Тогда почему я чувствовал себя таким несчастным в наших отношениях? Почему ты мне изменила? — я покачал головой, у меня аж разболелась голова. — Ты мне надоела, Эддисон. Пожалуйста, уйди и никогда больше мне на глаза не появляйся.
Я позволил ей вытирать слезы, глядя в телевизор и вспоминая вечер кино с лепестком. Я хотел обнять ее. Ласкать ее нежную кожу и попросить поговорить со мной о глупостях, чтобы я мог часами слышать ее сладкий голос.
— Ты её любишь?
Я посмотрел на Эддисон, на ее поджатые губы, когда она смотрела на фото, и грустно улыбнулась мне. — Я имела в виду сестру Хейдена. Айви. Когда мы учились в старшей школе, ты всегда называл ее особым прозвищем. Лепесток, да?
Моя челюсть сжалась, когда она продолжила тихим голосом: — Я всегда завидовала ей. Я знала, что она всего лишь ребенок, но то, как она смотрела на тебя, как будто ты был всем ее миром, как будто ты никогда не мог сделать ничего плохого, оберегало ее. Прекрасный Принц — ты знаешь, она до сих пор смотрит на тебя так же, — я знаю. — Она была такой милой, всегда пекла для меня дополнительное печенье, даже когда я так завидовала ребенку только потому, что ты ее так сильно любил.
Я застыл, слушая ее признание.
— И я подумала, что никогда не смогу с этим конкурировать, — когда она вытерла слезы, с ее губ сорвался тихий всхлип. Ее нос и щеки покраснели. — Я никогда не смогу конкурировать с тем, что было у тебя и Айви — есть . Поэтому я старалась любить тебя, показывать тебе все свои совершенства и скрывать все свои недостатки, потому что я не хотела терять и тебя, Эйден. Когда отвезти тебя в Денвер оказалось недостаточно, я намекнула на наше будущее, и на следующий день ты сделал мне предложение. Ты до глупости преданный человек, доктор Эйден Стоун, — она слабо усмехнулась и, глубоко вздохнув, посмотрела на меня. — Но теперь тебе нужно быть настолько преданным ей, потому что она этого заслуживает.
Эддисон достала из сумочки газету и протянула мне. — Прости, я солгала тебе.
— Что? — я развернул её и увидел, что в тексте указано ее имя как матери и имя ее босса как отца.
— Я знаю, кто отец, я просто хотела… Не знаю, посмотреть на твою реакцию, и я была права. Прости за это, — она погладила свой живот, игнорируя мой взгляд. — Это Джереми, но я не уверена, оставлю ли я ребенка. Я пришла сюда, чтобы попрощаться, и… тебе не придется беспокоиться о том, что ты когда-нибудь увидишь меня снова.
Мои глаза расширились: — Эддисон, ты…
Она улыбнулась и покачала головой: — Нет, тебе нужно научиться оставлять мозг терапевта в офисе. Я переезжаю в Лондон. Лучшие возможности трудоустройства среди британских мужчин и все такое.
Я кивнул, обдумывая все, что она сказала. Она уезжала и уезжала из страны. Несмотря на то, что мы использовали друг друга ради денег, статуса и секса, я почувствовал облегчение, узнав, что с ней все будет в порядке. Может быть, я отправлю ей по электронной почте список терапевтов, когда она обустроится в Лондоне.
На кухонном острове она хранила знакомую коробочку для колец. Ту, которую я открыл перед ней, стоя на коленях.
— Тебе лучше относиться к ней правильно, Эйден, — её голос был сломан. — Или я скажу ее брату. Я слышала, что он теперь принц, так что тебе нужно быть осторожным.
— Я буду относиться к ней правильно, — мой голос был тяжелым, и я ничего не мог с этим поделать. Я притянул ее ближе и обнял в последний раз. — Береги себя, Эддисон.
Она всхлипнула и отступила назад, улыбаясь мне. — Я буду. Пока.
Я смотрел, как она выходит из дома с высоко поднятым подбородком, и знал, что с ней все будет в порядке. Откинувшись на стойку, я вздохнул.
Это был чертовски длинный день.
Мне нужно поговорить с Айви. Я должен поговорить с ней.
Постучав в дверь, я открыл ее и обнаружил, что ее комната пуста. Душ работал, а дверь была приоткрыта. Мой член прижался к моим штанам, когда я подумал о ее обнаженном теле, принимающем душ в теплой воде.
 
Будучи джентльменом, я постучал в дверь ее ванной и услышал ее писк, что заставило меня улыбнуться. — Это Эйден, лепесток. Могу ли я присоединиться к тебе?
Она не отвечала несколько секунд, и я нахмурился, гадая, слышит ли она меня. — Но я голая.
— И что ты хочешь сказать?
— Ты хочешь принять душ со мной?
— Да. Желательно без одежды.
— Я… входи.
Айви не нужно было говорить мне дважды.
  
11
 
АЙВИ
— Я предпочитаю сиреневый цвет.
— Конечно, ты предпочитаешь.
Я надулась и хлопнула ресницами, но он ткнул мне в нос и сказал: — Веди себя хорошо, — Эйден подошел, чтобы увидеть еще одну занавеску.
Мы были в ИКЕА, покупали мебель и все необходимое для нового дома Эйдена. После того, как он присоединился ко мне в душе, совершенно обнаженный, он кондиционировал мои волосы, когда я сказала ему, что уже помыла их шампунем, и попросил — нет, приказал мне оставаться устойчивым и держать спину выгнутой, когда он встал на колени на пол в ванной, чтобы съесть меня. Я бы поскользнулась и получила сотрясение мозга, когда через пару минут достигла оргазма, если бы его рука не удержала меня.
Когда мы наконец вышли из душа и оделись, он сказал мне, что хочет отпраздновать со мной обретение нового дома.
— Ты купил дом? — я была взволнована. Очень взволнована. Так сильно. Но это означало, что он не будет чаще появляться в доме Хейдена. Это означало, что нельзя вместе завтракать или ужинать, принимать душ или спать с ним на кровати после совместного просмотра фильма ужасов.
— Да, лепесток, — он сжал мою руку на обеденном столе. — Я купил… — жар пробежал по его шее, и я была потрясена, увидев, что Эйден Стоун нервничает впервые за всю мою жизнь. — Если ты свободна, можешь прийти завтра и… остаться? Если хочешь.
Я не знала, что ответить, услышав его.
— Ты хочешь, чтобы я завтра пришла в твой пустой новый дом и осталась с тобой?
— Да. Нет, — он провел рукой по волосам и посмотрел на меня, по-настоящему посмотрел на меня. — Да, я хочу, чтобы ты осталась со мной. В моем доме. Вместе. Если хочешь, в разных комнатах, но да. И тебе не обязательно отвечать мне прямо сейчас, потому что нам нужно рассказать твоему брату о наших отношениях, и может показаться…
Я помахала ему рукой, вскарабкаясь со стула: — Подожди. Стоп. Что? Рассказать моему брату? Отношение?
Он выровнял мой взгляд. — Айви, у нас не было связи на одну ночь…
— Технически это был полдень.
— Хочешь, чтобы тебя еще раз отшлепали?
Да, пожалуйста.
Он взял меня за руку и притянул между своими бедрами. Было мило и в то же время жарко, как мы оба пахли моим гелем для тела, но к нему прилипал собственный мужской запах, и мне хотелось окутаться вокруг него, как пиявка.
Эйден продолжил: — Я серьезно говорю об этом, лепесток. Я хочу нагнуть тебя над этим столом и трахнуть глубоко и грубо, но я также хочу проснуться с тобой завтра в одной постели и приготовить тебе завтрак, а затем пойти вместе за продуктами, потому что нам очень нужны продукты.
Я усмехнулась и подошла к нему ближе. Его большая рука прижалась к моей спине, когда он посадил меня к себе на колени, его пальцы заправили мои волосы за уши, как будто он хотел, чтобы я его увидела. Мои щеки покраснели под его милым, нежным взглядом. Я даже не могла посмотреть ему в глаза. Поэтому я сосредоточилась на его ключице и сказала: — Я тоже серьезно отношусь к этому, Эйден. Я имею в виду… ты прочитал все мои смущающие фантазии.
— Мм, я это сделал. Было очень трудно не устоять перед тобой после прочтения того, как мой толстый, обхватывающий член растягивал твою мокрую киску.
— Перестань дразнить меня.
— Никогда, лепесток.
Он ухмылялся.
Застонав, я спрятала лицо в его грудь, а он притянул меня ближе, целуя мои волосы. — Если мы оба настроены серьезно, нам нужно рассказать твоему брату.