Нурарихен поневоле (СИ)

— У меня ожог на пол лица. И что это значит?
Так, навскидку у меня было два варианта: первый — зеркало показывает нутро человека, и я весь из себя хороший, а все трое бойцов во главе с Лысым те ещё сволочи, и второй — это то, какими видят себя сами люди. В любом случае, зеркало показывает только отрицательные качества человека, которые и пытаются вытянуть осколки, заморозив сердце. Правда, непонятно, почему люди превращаются в мёртвые ледышки, а не в холодных во всех смыслах маньяков-убийц, ведь Кай, получив осколок в сердце, просто стал бесчувственной сволочью и видел вокруг только плохое. Хотя, во всех предположениях всегда есть третий вариант, который звучит просто — «чёрт его знает».
  
Что делать с зеркалом, я, если честно, понятия не имел. Тащить с собой точно смысла не было, дополнительно запечатывать прямо на стене я опасался, чтобы не нарушить действие печати Джеймса. В целом, оно тут висело и вроде бы никому не мешало, может, потом придумаю, что с ним делать дальше, когда с основной опасностью будет покончено? Да, пожалуй, это оптимальный вариант.
— А если убрать этот знак, то твой поиск заработает? — спросил меня Гриша, задумчиво глядя на распластанный по камню бумажный самолётик.
— Возможно. Или просто полетит к следующей руне, установленной Джеймсом. В любом случае, есть немалая вероятность, что зеркало учудит что-нибудь, если его перестанет удерживать руна. Так что я бы так рисковать не стал.
— Тогда что мы будем делать дальше? — недовольно спросил Лысый.
Хороший вопрос. Я всё же надеялся, что смогу найти на месте убийства первого шахтёра хоть что-нибудь полезное, а тут загадок стало только больше, и куда идти совершенно непонятно. Мой опросник, который должен был помочь определить, кто обитает в шахте, пока тоже оказался бесполезен.
И тут вновь раздался яростный визг, и звон разбитого стекла.
— Осторожно, — предупредил я бойцов. — Сейчас появятся осколки, отойдите от руны на стене, чтобы не оказаться на их пути. И смотрите, откуда именно они прилетят.
Вскоре осколки действительно появились, и пролетев по воздуху мимо нас ударились в стену, восстановив форму зеркала. Похоже, руна Джеймса их притягивала сильнее, чем люди. А я ещё обвинял его в непрофессионализме. Да он такую ловушку придумал! Странно только, что в деле не было никакой информации об этом, да и Даймонды тоже не сказали мне ни слова. Не поверю, что Джеймс сделал всё это втихаря, и ничего им не рассказал.
— Они появились оттуда, — подтвердил моё наблюдение Гриша, указав на один из проходов.
Я тоже отчётливо видел, откуда именно они прилетели.
— Значит, идём туда, — логично решил я.
— А как же Ник с Русом? — раздражённо спросил Каска. — Мы просто их бросим⁈
— Мы не знаем где они, — ответил за меня Гриша. — Возможно, мы найдём ответ там, откуда прилетают осколки.
В целом лично меня не особо интересовало мнение сопровождающих, я-то мог бы отправиться на поиски и один. Возможно, было бы даже спокойнее дальше двигаться в камне, не ориентируясь на подземные ходы. Но демонстрировать свои способности лишний раз не хотелось, особенно если эту пятёрку приставили, чтобы в итоге избавиться от меня.
— Идём, — скомандовал я, невольно проведя рукой по напульснику с ампулами. Возможно, мне всё же стоило бы впитать душевную энергию Госу, чтобы получить телекинез? Он помог бы в экстренной ситуации. Или способность проходить сквозь камень всё же будет полезнее? Эта дилемма и вынуждала меня временить с активацией браслета.
Судя по карте, мы шли в одну из самых крупных естественных пещер, разумеется, связанных с провалом, в который шахтёры скидывали отработанную породу. Ох, чувствую, именно туда мне и предстояло в итоге спускаться.
Следующий женский визг застал нас в проходе. Рун Джеймса рядом не было, поэтому я слегка поднапрягся, и не зря: осколки атаковали всю троицу бойцов, вновь застряв в защите моих гофу, очень быстро сгорающих под нагрузкой. Причём, если в Гришу и Каску воткнулось лишь по одному осколку, то Лысого ударили сразу пять из них. И, если задуматься, в первый раз из всех бойцов осколок тоже выбрал именно его. Это наводило на определённые подозрения… Я изначально предполагал, что пятерку бойцов приставили ко мне не только и не столько для помощи, сколько чтобы избавиться от меня, если я узнаю что-нибудь лишнее. А может и просто избавиться, вне зависимости от итогов работы. Но если убийцей является только один из них, то именно в него, как самого злого, по логике, и полетит основная часть осколков.
Уже зная, что делать дальше, я запечатал все осколки, сложил в зеркало, и наложил дополнительные гофу. Оставлять зеркало прямо здесь не хотелось, поэтому я решил отнести его к руне Джеймса, которая, по логике, должна была находиться в следующей пещере. Так же я поступал и со следующими осколками, появлявшимися ещё дважды.
— А почему осколки атакуют только нас, но не тебя? — недовольно спросил Лысый.
Хоть мои гофу и защищали от осколков, неглубокие раны они всё же наносили, поэтому теперь лысый боец был весь покрыт бинтами.
— О-о, тебе не понравится мой ответ, — не стал молчать я о своих подозрениях. — Я думаю, что осколки наводятся на зло в сердце человека.
— Что за бред? — возмутился Лысый.
— И кое у кого этого зла больше, чем у остальных, — продолжил я.
— А ты, значит, такой добренький? — скривился Лысый.
— Именно, — не стал спорить я. — Между прочим, я трачу на вашу защиту очень дорогую энергопроводящую бумагу, которую мне никто не возмещает. И она далеко не бесконечна.
Тут уже напряглась вся троица.
— А что будет, когда она закончится?
— Очевидно, что осколок пробьет ваши сердца и превратит вас в ледышки.
— Так лепи скорее свою бумажку! — рявкнул Лысый.
— Обязательно, — ухмыльнувшись, ответил я. — Как только вы скажете мне, зачем вас отправили со мной на самом деле.
— Что за глупые шутки? — возмутился Гриша. — Чтобы помочь, разумеется!
— Возможно, вас двоих — для этого. А вот насчёт него я не уверен, — указал я на Лысого. — Скоро появятся новые осколки, но я не стану рисовать новые защитные руны, пока он не признается, какие указания получил от Даймондов.
Лысый затравленно посмотрел на Гришу и Каску.
— Парни, он же псих! Не получал я никаких особых указаний.
Если бы я умел врать, то мог бы сблефовать, что услышал очередной женский визг и сейчас прилетят осколки, но это произошло на самом деле.
— Сейчас они полетят, — предупредил я. — Поэтому советую поторопиться.
Если честно, я не был уверен, что его на самом деле послали меня убить. Возможно, Лысый просто по жизни очень плохой человек, но я всё же решил подстраховаться и наехать именно на него. Разумеется, гофу для его защиты у меня был заготовлен и лежал в кармане, готовый к использованию в любой момент.
— Ладно! — воскликнул он. — Ладно! Да, мне дали задание избавиться от тебя после того, как ты справишься с задачей. Давай скорее эту свою бумажку!
Я активировал и дал Лысому гофу, и тут же в него воткнулись уже традиционные пять осколков.
— Твою мать! — рявкнул он.
По-моему, один из осколков умудрился засесть особенно глубоко в плече, прежде чем я его вытащил. Будто по мере продвижения в глубь шахты они становились сильнее.
— И что же мне с тобой делать? — поинтересовался я у Лысого.
Как ни странно, Гриша и Каска встали на мою сторону, быстро разоружив своего товарища, скрутив руки за спиной, и взяв на прицел.
— Мы за ним проследим, — уверенно сказал Гриша. — Думаю, у тебя есть дела поважнее.
— Справедливо, — согласился я, хотя, всё ещё был не уверен, можно ли доверять остальным бойцам. Да, «проверка осколками», показала их менее гнилыми, чем Лысого, но всё же… К тому же, это я сам решил, что дело именно в зле в сердце, основываясь на сказке о Снежной Королеве, но вдруг осколки выбирают цели как-то иначе?
  
Тем не менее, мы уже вышли к большой ярко освещённой пещере. Руну, нарисованную Джеймсом, я увидел сразу, она была значительно крупнее предыдущих и в высоту достигала метров пяти. А самое главное — вся стена была буквально увешана абсолютно одинаковыми овальными зеркалами, их было более тридцати штук. Руна слегка пульсировала от энергии синим светом, а приблизившись к ней, я заметил, что некоторые зеркала выглядели так, будто частично расплавились. Похоже, руны Джеймса не только перехватывали летающие осколки, но и постепенно поглощали их, используя для пополнения энергии. И после этого Даймонды заявляли, что он ничего не сделал, кроме запечатывания шахты? Что за бред?