Капитали$т: Часть 4. 1990 (СИ)

— Решим, — сказал Матвей уверенно. — Задолбали, мля! Особенно малолетки — понасмотрятся фильмов дурацких про мафию и начинают себя охренеть крутыми мафиози считать. Так что, решим, не боись!
— Часа в четыре к нам подъезжайте, — сказал я. — Оттуда двинем к этому племяннику на Московскую. Плохо только, что мы не знаем, кто это такие.
— Да похрен! — Матвей был решителен и суров. — Обломаем любых! Как говорится, на чужой каравай рот не разевай!
Мы попрощались, и я включил программу «Время» — обновленную и перестроившуюся, с новой заставкой и с новой музыкальной темой. Все было хорошо и прекрасно. Вожди республик договариваются с Москвой о новых принципах взаимодействия. Вожди хотят, чтобы внешнеэкономическая деятельность, особенно — квоты и лицензирование, определялась не на уровне Москвы, а на уровне республик. Я усмехнулся — ну естественно. Квоты и лицензии — огромные деньги для тех, кто их распределяет. И — главное! — валюта. Еще вожди хотели раздел собственности — вот здесь республиканская, а вот здесь — союзная. Тоже солидная кормушка. Ельцин — председатель Верховного Совета РСФСР — ездит по республике, зарабатывает политические очки. Летает, верный своим принципам, не на персональном самолете! Обычным рейсом «Аэрофлота»! Его любят вообще все. Любит номенклатура — в глазах встречающих в аэропорту товарищей любовь, верность и радость. Любят журналисты — он долго и охотно общается с ними. Любят и простые советские граждане. Восходящая звезда. Новый кумир. Что интересно — программа «Время» показывает сначала Ельцина, а уж только потом — премьер-министра товарища Рыжкова. Я слегка удивлен. Где цензура, спрашивается? И где субординация? Премьер Союза в советской табели о рангах всяко выше, чем председатель парламента… Николай Иванович посещает предприятия ВПК. Оказывается, они выпускают половину велосипедов в стране. А еще — кастрюли, мойки и швейные машинки. Хорошие, но мало. А вот Горби за время выпуска не показали вовсе. Это интересно. Его уже начали сливать? Или?..
Просмотр программы «Время» нагонял на меня состояние меланхолии. В голове роились ленивые мысли о том, что все тлен, все тщетно, и даже деяния сильных мира сего — большей частью бессмысленная муравьиная возня. И что толку от народной любви, если она настолько скоротечна? Сегодня тебя превозносят до небес, а уже завтра ненавидят и проклинают. Прав был Экклезиаст — все суета и томление духа!
Половина следующего дня прошла в обычной суете и предвкушении будущей встречи. Серега был на адреналине — он рвался в бой. Валерик выглядел расслабленным, словно предстоящая встреча его совершенно не касалась. А меня обуревали двойственные чувства. И вроде бы все было как обычно — мы не первый раз отмазывали от криминала людей Григория Степановича, но что-то было не так…
Матвей со своей бандой не приехал в четыре часа. Что странно, обычно он был точен как «Роллекс». Но его не было. И в десять минут пятого. И в пятнадцать.
— Позвоню «диспетчеру», — сказал Серега и решительно снял телефонную трубку. Диспетчер всегда сидел на домашнем телефоне и отвечал за связь в группировке. В этот раз диспетчер ничем не смог нам помочь, он сам был не в курсе дела.
— Обещал узнать, — сказал Серега с некоторой растерянностью в голосе. — Сказал, что минут десять надо.
— Да елки-палки! Нас уже племянник ждет! Нужно выезжать, — сказал я. Дурные предчувствия начинали сбываться.
— Ни хрена с этим племянником не случится, — махнул рукой Валерик. — Подождет еще, тут ехать минут десять, а встреча на пять. Времени куча. Вообще, может они подъедут сейчас.
Серега нервно поднялся с кресла.
— Ждем звонка. Может там случилось чего.
— Если что, сами съездим, — улыбнулся Валерик. — Вы чего, парни? Мы что, сами какую-то шантрапу не разгоним, не гоните беса! Вот, Борю возьмем, он всех супостатов запугает! Как его увидят — обосрутся! Боря, поедешь с нами рэкет лупить?
— Без базара! — сказал Боря кровожадно, и с удивительной для его комплекции легкостью, вскочил с диванчика.
 
За последние полгода Боря добавил килограмм двадцать и действительно выглядел устрашающе.
— Там еще двое пацанов у нас на вахте! — важно сказал Боря. — Правда, в средней весовой… — добавил он с сожалением. — Но парни все равно боевые!
— Что ж такое… — нервно проговорил я. — Знали бы, что так получится, с Сенсеем бы договорились и поехали…
— Нахрен, — покачал головой Серега. — Сенсей сначала бьет, а потом разбирается, здесь так нельзя…
Его прервал телефонный звонок. Я поднял трубку.
— Алло! Это диспетчер!
— Слушаю, — сказал я.
— Короче, такое дело… Есть проблема. Пацанов менты забрали.
— Как⁈ — поразился я.
— Обычно, — сказал флегматичный диспетчер. — Только что пацан позвонил, на барахолку автобус ОМОНа пригнали и загребли всех. Чего, за что — неизвестно.
— Ясно… — сказал я. — Будут новости — звони.
— Позвоню, — пообещал диспетчер и отключился.
Мои партнеры с нетерпением смотрели на меня.
— Чего случилось-то? — спросил Серега.
— Говорит, что Матвея и пацанов менты забрали, — сказал я. — В общем, Валерка прав, нужно ехать самим. И так уже время… Эти может заранее подтянутся, там племянник один…
— Да нормально, — сказал Валерик. — Нас шестеро здоровых рыл, все спортсмены, чего мы, сами не справимся⁈
— У тебя есть с собой чего-нибудь? — спросил я Серегу.
Тот хитро улыбнулся.
— А как же! В «девятке» тайник замостырил! Там и лежит! Так что, ништяк!
— Ладно, — сказал я. — Тогда по коням!
Через несколько минут кортеж из двух машин — «девятки» и «Волги», выдвинулся на всех парах в сторону улицы Московской, где находился офис племянника Жоры. Парни из охраны без проблем согласились поучаствовать в предстоящем мероприятии, для них это было не впервой. Тем более, что мы обещали хорошие премиальные. Милиция, задержавшая Матвея, конечно, спутала нам все карты. В самом задержании не было ничего необычного — время от времени их задерживали, а иногда даже показательно, с ОМОНОм, как сегодня, но всегда отпускали без особых проблем.
Мы успели — приехали за десять минут до назначенного времени. Офис племянника Жоры располагался в старой части города в небольшом одноэтажном здании, где раньше располагалось фотоателье. Вывеска у входа гордо гласила: «Кооператив 'Луч». В самом офисе никого, кроме перепуганного директора, не было.
— Ну вы даете, парни! — сказал бледный Жора, пожимая нам руки. — Я сижу, вас нет и нет! Я не знаю, что делать! Думал, что все, хана. Не приедете.
— Не боись! — весело подмигнул ему Серега. — Мы тебя в обиду не дадим!
— Все, парни, — выдохнул Жора. — Вы уж тут теперь сами, а я пойду. Не буду вам мешать. Эти с минуты на минуту могут приехать.
— Далеко не убегай, — сказал я. — Вон, в тир сходи, у вас прямо напротив тир классный. Постреляй немного, пригодится в жизни.
— Я ничего такого не знаю! — плачуще сказал Жора. — И оружия с детства не люблю, даже игрушечное!
Сбивчиво рассказав о своем врожденном пацифизме, племянник убежал в неизвестном направлении, а мы расположились в его офисе. Боря нагло занял директорское кресло, которое жалобно запищало под его массой, мы втроем расположились на диванчике, а парни из охраны заняли наблюдательную позицию у окон. Ждали мы недолго, минут пять-семь, пока один из наших наблюдателей не объявил:
— Кажись, гости!
Мы подошли к окну. Перед входом остановилась грязная бежевая «копейка», из которой вывалилась пятерка парней. Мои компаньоны обменялись ироническими улыбками — приехавшие явно не производили впечатление опасных или серьезных людей. Да и автомобиль их смотрелся несолидно, особенно на фоне нашей черной «Волги».
— Зря этот племянник сбежал, — усмехнулся Серега. — От кого тут сбегать, ё-моё!
— Козел этот племянник! — категорически объявил Валерик. — В гости позвал и даже чаю не предложил!
— Тихо! — скомандовал я. Они заходят!