Послушание и наказание (СИ)
Естественный страх одолел мной, и я заметалась в руках Декарта.
– Успокойся, – властно, но все же ласково проговорил он. – Просто расслабься и прими меня. Выдыхай через рот.
Я снова заскулила, когда мужчина начал плавно двигаться во мне, но теперь мне было хорошо. При каждом толчке Декарт натягивал мои трусики вверх, доводя меня до дрожи. Второй рукой он с силой давил мне на спину, словно пытался размазать меня по обивке. И это движение мне понравилось больше всего. Оно лишало всяких сил на сопротивление и буквально приказывало отдаться моему партнеру.
Толчки мужчины стали резче, агрессивнее, а все его прикосновения более настойчивыми. В один момент Декарт натянул ткань трусиков и вошёл в меня до конца, пронзая собой насквозь.
Я застонала, но мне не хватило воздуха, и мой стон резко оборвался. Все тело наполнилось эйфорией, напряглось до предела и тут же обессиленно расслабилось.
Пользуясь моей безвольностью, Декарт крепче обхватил меня за бедра и принялся вбиваться в меня со всей строгостью. Он склонился надо мной, касаясь грудью моей спины. Распластавшись под ним, я терпеливо ждала, когда мужчина напользуется мной, ощущая странное удовольствие и даже гордость собой.
Только вот чем я гордилась?
Совершив последний толчок, Декарт на мгновенье сжал мой ошейник, заставляя почувствовать секундное удушье, и замер во мне, изливая свою похоть.
– Что ж, Гая, – проговорил он, а я с трудом включила свой мозг. – Пожалуй, я оставлю тебя себе.
Глава 3
Несколько дней назад.
– Привет, у меня проблемы, – вместо приветствия проговорила я, когда вошла в квартиру к своей подруге Марусе. Вообще-то ее звали Аллой, но имя Маруся она выбрала себе как сценический псевдоним.
Маруся была певицей в закрытом БДСМ клубе и выступала в костюме милой кошечки. Она не участвовала во всей той вакханалии, которая именовалась «публичной сессией», а лишь разогревала гостей, грациозно виляя пушистым хвостиком на сцене и подмяукивая в фонограмму.
– У тебя всегда проблемы, – вздохнула подруга и сонно потянулась. – Что на этот раз?
– На этот раз все серьезно, – я уселась на расправленную кровать девушки и обхватила голову руками. – Я влипла. Крупно!
– Гая, у тебя каждый раз серьезно и крупно, – девушка укоризненно спихнула меня с кровати, намекая, что я села в уличных джинсах на ее белоснежную простынь. – Что, опять отсидеться где-то надо? Учти: теперь я живу не одна, так что спрятаться здесь у тебя не получится.
– Да нет! – с паникой в голосе возразила я. – На этот раз все действительно плохо!
Маруся сокрушенно вздохнула и направилась к аптечке:
– Кофе с валерьянкой, да? – на всякий случай спросила она.
– Да, – несчастно ответила я.
Я не знаю откуда у меня эта странная склонность, но я обожаю запах валерьянки, особенно в сочетании со свежесваренным кофе. Мне кажется, эти два запаха просто созданы друг для друга.
– Держи, наркоманка, – усмехнулась она, протянув мне бокал с кофе. – Как раз только сварила. Вот чувствовала, что придешь.
– Спасибо, – я приняла из ее рук бокал и с удовольствием сделала глоточек.
Боже, как хорошо! Мне казалось, что я испытывала каждый раз эмоциональную разрядку, едва только запах этого божественного напитка проникал в меня.
– Я попала в аварию, – наконец призналась я. – Разбила две машины!
– Две? – удивилась Маруся, поморщившись от запаха моего напитка.
– Ну, въехала кому-то в зад, – объяснила я. – У него жопень на полдороги выпирала, а я не успела скорость сбросить. А жопень у него знатная – Инфинити. Тут без вариантов: разве что сразу себя на органы продать.
– Ты не пострадала? – забеспокоилась Маруся. – А на чьей машине ты так вписалась?
– Да нет, только локоть содрала, – буркнула я. – А разбила я машину шефа. Вся морда в хлам! Ну и зад у Инфинити. Он попросил ее в автосервис отвезти. Вот я и отвезла!
– А… кто остался-то на месте аварии? – нахмурилась Маруся.
– Никто, – я жалобно сдвинула брови. – Я как вмазалась, так сразу деру дала. Машину бросила. Шефу, наверное, уже позвонили и он точно едет меня убивать.
– Вот, черт, – выдохнула Маруся.
– Это еще не самое страшное! – я поспешно сделал еще пару глотков. – Самое страшное, что в машине остались документы шефа. Липовые. Я должна была оставить машину и вернуться на базу с документами. Он их три месяца ждал! Груз какой-то там важный. И все они уже в руках ментов! Мне конец.
– О-ох, – Маруся присела на стул. – Вот это ты влипла.
– А я о чем! – вновь запаниковала я. – Где мне спрятаться?
Маруся закусила губу и задумалась.
– Есть один вариант, – сообщила она. – Ты можешь спрятаться в нашем клубе.
– В клубе? – я сомнением уставилась на девушку. – Да у тебя там одни извращенцы! Они меня даже быстрее убьют, чем мой шеф.
– Да какие извращенцы! – воскликнула Маруся, а затем взяла меня за руку и подвела к большому зеркалу во весь рост с лампочками по периметру. – Будешь моей подтанцовкой, и никто тебя пальцем не тронет. Это тебе не бордель. У нас приличное общество. Просто люди с интересами, что тут такого? Нарядим тебя и все. Весь день моя подтанцовка репетирует, а ночью выступает. И кстати многие ночуют прямо в клубе. Ну, кому домой ехать за город. А в клуб просто так никого не пустят. Даже ментов и твоих бандитов. Потому что это элитный клуб и прийти в него можно только по абонементу. Понимаешь, там такие шишки тусуются, которые не настроены афишировать свои пристрастия. Так что это выход.
– Скорее вход, – сыронизировала я.
– Если ты такая умная, то чего ко мне пришла? – надула губы Маруся.
– Прости, кисуль, – я заскребла ноготками по ее плечу. – Ты действительно дело говоришь. Только… я же танцевать не умею.
– Ну ты уж постарайся, – упрекнула меня Маруся. – Уж лучше на подтанцовке, чем официанткой. Мало ли кому понравишься, потом ведь снова влипнешь серьезно и по-крупному. У тебя ж по-другому-то не бывает!
– Не бывает, – согласилась я. – Хорошо. А с внешностью надо что-то делать? Ну, не знаю, губы увеличить? Что там твоим извращенцам нравится со сцены?
– Не называй их так! – укорила меня подруга. – Никто же не осуждает тебя за твою любовь к валерьянке, хотя это, знаешь ли, еще более странно.
Маруся критически оглядела меня через зеркало, и я постаралась взглянуть на себя ее глазами.
Меня нельзя было назвать женственной ни разу. Я была девушкой небольшого роста, с маленькой грудью, узкими бедрами, немного жилистая, поэтому никогда не увлекалась спортом, иначе мышцы проступали у меня через кожу канатами. Я была не из тех, кто наращивает волосы и ресницы, накачивает губы или скулы, ходит на каблуках и в платьях. Я предпочитала выглядеть немного как мальчишка, и только длинные темные волосы до талии порой выдавали во мне девушку. И то, волосы я отращивала не потому, что хотела быть красивой – мне просто было лень стричься. Своей изюминкой я считала красивые глаза: желтовато-зеленого цвета с многогранной карей снежинкой внутри. Я любила свои глаза и старалась их всячески подчеркнуть. Но это, пожалуй, единственное, что я делала.
– Да, поработать над образом придется, – вынесла свой вердикт Маруся. – Ну ничего. Сейчас главное быстрее попасть в клуб и не влипнуть куда-то по дороге. Поедем прямо сейчас?
– А кофе? – я жадно обхватила свой бокал, будто это было последнее, что осталось в моей жизни.
– Бери бокал, – Маруся закатила глаза. – Допьешь по дороге. Но таксисту сама объяснишь, что за дрянь ты с собой везешь. Договорились?
– Договорились, – кивнула я и пошла обуваться.
Глава 4
Я залезла в такси, крепко сжимая в ладонях драгоценную кружку с кофе, и беспокойно оглядела улицу.
Мой шеф, конечно, не знал адрес Маруси, да и мой смартфон был отключен, но все же я боялась, что он вот-вот появится где-то поблизости и схватит меня.