Быть любимой
Кэрол молча кивнула, все еще не вполне понимая, и прошептала:
— Но почему нам нельзя просто встречаться?
Тут самообладание, с которым он держался, дало трещину. Пол выругался, схватил Кэрол за плечи и сильно встряхнул:
— Как ты не понимаешь? Я не могу ничего планировать на будущее. Я не могу ничего предложить тебе. Я только что сказал, что люблю тебя и не хочу, чтобы ты страдала, а если мы будем встречаться, то ты будешь страдать.
— Но я не просила тебя что-то обещать мне! — с горячностью возразила Кэрол.
Это лишило Пола остатков самообладания. Он застонал и прижал ее к себе.
— Знаю, что не просила. Но неужели ты не видишь, что я хочу любить тебя, я хочу, черт возьми, спать с тобой, а ничего не могу предложить тебе взамен!
— Ты можешь предложить мне себя, — ответила Кэрол.
Он остался у нее в ту ночь и оставался с тех пор очень часто.
Рассказывая все это, Кэрол не поднимала глаз. Закончив, она взглянула на Кэтрин и спросила:
— Тебя это не шокирует?
— Шокирует? — удивилась Кэтрин. — Да что тут может шокировать? Для меня не новость, что мужчина и женщина могут спать друг с другом.
— Ну да, конечно, — попыталась улыбнуться Кэрол, — но ты такая правильная, сдержанная. Как будто проза жизни тебя не волнует.
Вот теперь Кэтрин была действительно шокирована. Неужели Кэрол именно так ее воспринимает? А другие, неужели они тоже так думают?
— Ты что, действительно считаешь меня холодной и бесчувственной? — спросила она огорченно.
— Нет, нет! Совсем не бесчувственной! — Кэрол замотала головой, в глазах ее было раскаяние. — Но… я не знаю, как сказать… ты как бы не замечаешь мужчин. Я знаю, что выразилась неудачно, и поверь, Кэтрин, я совершенно не хочу тебя обидеть! Забудь, что я вообще что-то говорила. Я сейчас в таком состоянии, что не могу связно выражать свои мысли.
Увидев, как Кэрол расстроена, Кэтрин снова переключилась на ее проблемы. Они проговорили всю ночь, и о Кэтрин больше не было сказано ни слова. И все же она потом часто вспоминала слова подруги…
А сейчас Кэрол вытерла слезы и широко улыбнулась.
— Я такая глупая! Знаешь, я ведь не плакала все последние пять лет! А теперь вот не могу привыкнуть к мысли, что невозможное наконец случилось. — Несмотря на насмешливый тон, глаза ее сияли.
— Ты меня поражаешь, — с теплотой в голосе сказала Кэтрин. — Не представляю, как ты могла все это пережить без того, чтобы не поплакать хоть изредка. Я бы уж точно не смогла!
Вернувшись домой, Кэтрин вспомнила те давние слова Кэрол. Неужели она могла так воспринимать Кэтрин — холодной и сдержанной?! Если бы только кто-нибудь знал, что творится в ее душе, как хочется ей понимания, тепла, любви!
В следующие дни Кэтрин часто виделась с Кэрол, ходила по магазинам с Мэри, спокойно оставляя малыша с Клайдом.
В четверг Кэтрин проснулась поздно и лежала в кровати, обдумывая планы на день. Ей нужно было еще пройтись по магазинам, потому что все еще не выбрала подарок для Тома.
Кэтрин зевнула, потянулась в кровати и вспомнила о Джеймсе. На следующий день после приезда он позвонил и пригласил ее пообедать с ним. Тогда она сослалась на дела. Потом Джеймс звонил еще дважды. И вот вчера она все-таки приняла приглашение. В первый момент она чувствовала некоторую неловкость, но скованность ее быстро развеялась под напором его доброжелательности и обаяния. Они прекрасно провели время, так что Кэтрин вернулась поздно и легла уже во втором часу.
Настроение у Кэтрин было прекрасным, лучше, чем когда-либо за последний месяц. Она давно не ощущала такого безмятежного спокойствия и легкости. За две недели, проведенные в городе, она избавилась от мучившего ее внутреннего напряжения. Единственное, что омрачало ее радость, это отсутствие вестей от Мэта.
Подумав о муже, Кэтрин вздохнула и, перевернувшись на живот, зарылась лицом в подушку. Волна желания затопила ее, так что Кэтрин почувствовала себя совершенно обессиленной. Неужели ему настолько наплевать на нее, что он даже не потрудился позвонить? Вопрос, терзавший ее в последнее время, опять встал перед ней. Почему он сделал ей предложение? Почему именно ей? Похоже, этот вопрос может испортить ей настроение в любое время суток. Кэтрин резко села в кровати и приказала себе не думать о Мэте хотя бы в течение дня. Но это имело обратный эффект.
В тот понедельник после Рождества и Нового года Кэрол сама позвонила ей на работу и пригласила на ленч в один уютный ресторанчик. Кэтрин немного опоздала, и Кэрол успела заказать ей коктейль. Едва Кэтрин успела сделать один глоток, как подруга спросила ее:
— Как ты собираешься встретить Новый год? — Потом засмеялась и добавила: — Надо бы положить эти слова на музыку, вдруг я заработаю целое состояние?
— Мне кажется, ты опоздала с этой идеей, — засмеялась Кэтрин. — Я никак не собираюсь встречать Новый год, просто буду дома. Увы, никаких интересных предложений нет. Том отправится к приятелю, а Дженис с Карлосом — к его родителям.
— Тогда я делаю тебе интересное предложение. Ричард и Энн просили передать тебе приглашение. Они будут рады, если ты приедешь. Они бы и раньше сами позвонили тебе, но почему-то решили, что вы с Томом поедете на праздники в Вашингтон. Я сегодня разговаривала с Ричардом, он спросил про тебя, и я обещала узнать о твоих планах. Он просил обязательно тебя уговорить.
— А гостей будет много? — спросила Кэтрин с интересом.
— Ну, не особенно. Они, слава Богу, не любят собирать большую толпу. Но и не так уж мало. В новогоднюю ночь — побольше, на следующий день — поменьше. Ты многих знаешь. А те, с кем ты незнакома, надеюсь, тебе тоже понравятся. Так как Новый год приходится на четверг, Ричард предложил, чтобы мы приехали вместе вечером в среду и остались до воскресенья. Что скажешь?
Кэтрин думала, что это просто замечательно. Ей совсем не улыбалось провести праздники в одиночестве. Дженис с Карлосом собирались полететь в Аргентину, чтобы провести праздники с его родителями, а Том уехал после Рождества в горы покататься на лыжах, а оттуда должен был ехать к сокурснику, чтобы вместе с друзьями встретить Новый год.
В последний момент в их планы были внесены некоторые изменения. Ричард решил, что Кэрол незачем ехать на своей машине, поскольку он собирался быть в городе на деловом обеде и мог после этого забрать их обеих. А в понедельник после праздников он поедет в город рано утром и вполне может подбросить Кэтрин до работы, а Кэрол погостит у них еще немного.
Дом был торжественно украшен темно-зелеными ветками падуба с бантами из темно-красного бархата. Напротив центрального окна в гостиной стояла живая голубая ель, ее верхушка почти касалась потолка. Вся она сверкала серебристо-белыми блестками.
После радостных приветствий и объятий с Энн Кэтрин была представлена уже приехавшим друзьям Ричарда — супружеской паре, тоже приглашенной на все праздники. Доктор Чарльз, которого все звали Чак, и Коринна Керни приехали из Бостона. Они не виделись уже несколько лет, и в доме царила атмосфера радостного оживления и предвкушения праздника.
Следующие несколько часов прошли в приготовлениях к празднику и непринужденных разговорах. Кэтрин узнала, что Чак учился на медицинском факультете в том же колледже, где на юридическом учился и Ричард, и оба они входили в так называемое «ужасное трио». Третьим в нем был столь часто упоминаемый, но еще незнакомый ей Мэт. К сожалению, и на этот раз хозяевам не удалось заполучить старого друга — он всегда встречает Новый год у себя дома, принимая многочисленных гостей.
— Единственный ритуал, в который он позволяет Бет себя вовлечь! — со смехом заметила Кэрол.
Кэтрин решила тогда, что Бет, очевидно, его жена.
Праздник прошел очень весело, и хотя гостей было все-таки много — около сорока, большой дом свободно вместил их. Кэтрин переходила от одной группы к другой, смеясь и разговаривая с гостями, с удивлением отмечая, что почти все разговоры так или иначе касались таинственного Мэта.