Когда нельзя умирать (СИ)

— Смешно, — оценил Генрих. — У нас еще будет время наговориться, а сейчас я рассчитываю, что ты пойдешь со мной.
— А я рассчитываю, что ты поцелуешь мою задницу, уважаемый.
— Твоя девушка у меня.
— Не верю, — фыркнул я, хотя внутри все и оборвалось.
— Я не стану убивать этих двоих, — пообещал вампир. — И не пытайтесь убиться, у меня с собой зелье, которым твоего деда обратили.
— А мы зелье от вампиризма час назад принял.
— Врешь. Его нельзя смешивать с зельем от ликантропии.
— Вру, — сознался я. Терракинез еще действовал, но у меня осталось всего два клинка с крохами магии внутри. Дальше только собственный резерв, которого в бою с этим монстром ну никак не хватит! Поэтому я продолжил тянуть время и врать. — Выстрел в голову решает эту проблему.
— Да кто тебе даст его сделать?.. И спасибо, что подтвердил.
Я выгнул бровь, и вампиру пришлось объяснять.
— Я наблюдал за тобой, чтобы убедиться в том, что ты ничего вроде ошейника смерти не прихватил. Признаюсь, ты умеешь удивлять, парень, и прошлые ошибки учитываешь. Девушку, на этот раз, хорошо защитил. Вытаскивать ее из палаточного городка было бы той еще морокой. Легче тебя отыскать.
С Эйли все в порядке! Проклятье, а ведь раньше, после такой новости я бы не колеблясь приставил ствол к подбородку и спустить курок. Хотя нет, не спустил бы, пока Логан и Эван в опасности. Но дело не в том! Впервые, в столь сложной ситуации все мои мысли были не о том, как выгоднее продать свою жизнь. Я не хотел с ней расставаться! Черт его дери, хватит уже смертей! Нельзя мне умирать! Я хочу жить!
Мои кузены сразу поняли, с кем имеют дело и замерли, позволив мне вести разговор. Сами же не отсвечивали и вообще не шевелились. Логан перестал пытаться напоить Эвана зельем лечения, а Эван пытался не стонать, хоть каждый вздох и заставлял его корчить лицо от боли, а на выдохе воздух с подозрительным свистом вырывался из груди.
— Ладно, — сказал вампир, — пора бы вам, ребята, умереть.
В тот же момент, невесть откуда появившаяся тень врезалась в Логана и отбросила его от Эвана. Мужчина наступил на грудь Эвану, заставив кузена орать от боли и бросил ему в лицо заклинание «крови». Кузен затих.
Произошедшее и для вампира стало неожиданностью, он окутался тенями и поднял руки с комками клубящегося меж пальцев «тумана» в сторону незнакомца. Я воспользовался неразберихой, провел рукой с пистолетом над левым предплечьем, и формула заклинания кармана повисла в воздухе, но активировать ее я не успел. Незнакомец повернулся ко мне и выставил перед собой руку со сложенными пистолетиком пальцами. Перед указательным и средним в воздухе горел крохотный, но весьма опасный огонек.
— Замри! — приказал Шон Ферон.
Вампир его тоже узнал, опустил руки и злобно вскрикнул:
— Какого хрена?!
Я хоть и замер, но стал медленно вытаскивать кристаллические клинки из живота оборотня. Все равно в ту сторону никто не смотрел, а круговой обзор здесь только у меня, надеюсь. Заряд в клинках истощился окончательно, и я перешел на личный резерв.
Надо активировать «карман» и достать накопитель!
— Последнего блохастого вот-вот прикончат, — ответил колдун вампиру, — а ты поболтать решил?! Уходить нужно!
— Я неделю здесь гуляю, — возразил вампир. — Единственный, кто меня заметил — наш юный друг.
— Отлично. Дай ему своей крови, и покончим с этим. Этот, — Шон пнул Эвана по сломанным ребрам, — еще жив, если нужен.
— Конечно, нужен! — сказал Роберт.
— Предатель! — прошипел я.
С двумя точно не справлюсь. Да и будет всего мгновение. А вот себя убить… Проткнуть мозг клинком не так и сложно. Я даже Эвана с Логаном могу от участи кровососа обезопасить! Но не хочу! Не хочу! Не хочу я убивать родных! Да и сам умирать не хочу.
Боюсь? Я стал трусом?
За последнее время этих смертей было столько… Слишком много. Все были отданы за клан, ради тех, кого мы любим, но смерти не принесли любимым радости. Только страдание. Вдовы, родители, родня и друзья были обречены на горе. Эйли будет страдать. Кинкейды будут горевать, а когда узнают, что нас убили мои клинки… Не могу представить лицо тети Мэри, когда она узнает, что в голове ее сына нашли мой кристалл. Я не смогу! Пускай брат и мертв…
 
Стоп! Он жив! Какого черта?!
— Эй! Не дергайся, я сказал! — строго произнес Ферон, но огонек погасил, наклонился над Эваном и легко взвалил безвольное тело на плечо. — Не тяни! — сварливо сказал колдун вампиру. — Сам ты, может, и уйдешь, но тела и детишки твои останутся здесь. А плату я в любом случае возьму.
Сказав это, Шон снова размазался в воздухе, применив заклинание быстрого перемещения.
— Какой неприятный человек, — сказал Роберт. — Неудивительно, что вы его выгнали.
— Надо было убить, — сказал я и метнул один из клинков, что лежали на земле, в спину вампира.
К моему большому удивлению, тело и кости новоиспеченного грандмастера оказались куда мягче, чем у его сестрицы и оборотня. Клинок вошел в тело примерно на треть, пробил ребро под лопаткой и застрял. Роберт выгнулся дугой от боли и неожиданности. Он не понял, что это я и развернулся, а я активировал «карман», сунул руку за накопителем и вытащил… монетку…
Где к черту мой накопитель!?
Пять пенсов…
— Я смотрю, что-то пошло не так? — зло поинтересовался Роберт, увидев мое озадаченное лицо, завел руку за спину и вытащил клинок. — Ну все, хватит сюрпризов, парень.
Я не клал монету в новый «камень», только в старый, который в Древних камнях расстрелял.
Крепкий подзатыльник, встряхнул мое тело и выбил монетку из руки. Пятипенсовик нырнул обратно в окно портала, которое почему-то не спешило закрываться, и я рефлекторно потянулся за ним, просунул руку и словно опять в месте силы оказался. Магия земли бурным потоком хлынула в родник, раздирая его изнутри.
Вампир сделал резкий шаг вперед, и я бросил в него сразу все три свободных клинка. Энергии хватало, но кровосос взорвался клубами черного дыма и буквально пропустил их сквозь себя, что-то похожее делала Матильда на пристани Неттона. Но в этой форме скорость вампира сильно замедлилась, хоть облако и ползло в мою сторону, но вполне себе с человеческой скоростью, что позволило мне отступить. Но едва я вытащил руку из окна «кармана», давление силы на родник исчезло. Я лишился притока магии, а без нее я кровососу на один зуб! Поэтому я снова решительно шагнул вперед и сунул руку в «карман», а вампир принял твердую форму и сделал рывок уже на сверхскоростях. У меня было лишь мгновение чтобы среагировать и я не пожалел сил, вырвал толстый кусок асфальта и поставив его между нами стеной. Роллан врезался в него и попытался разорвать руками. Плита затрещала и поддалась, но я тут же укрепил ее магией и отбросил вместе с тем куском асфальта, на котором вампир стоял, на добрый десяток метров.
Генрих не стал больше соревноваться в силе и просто оттолкнул плиту в сторону, но до меня уже дошло, что я стою посреди каменных джунглей и чувствую каждый кирпич, каждую тротуарную плитку и каждую песчинку в асфальте. Да я не просто удивить сейчас способен, а сделать это со смертельной эффективностью!
Прежде чем вампир снова бросился ко мне, я поднял руку вверх и сломал внешнюю стену на пятом этаже соседнего дома. Большие куски кирпичной кладки, ускоренные моей волей и магией обрушились прямо на вампира. Но он снова взорвался дымом и собрался воедино уже поверх обломков. Тогда я поднял в воздух гору обломков, на которых он стоял. Вампир потерял устойчивость и провалился между них, так что я снова поспешил впечатать кирпичи в асфальт, но добился только новой вспышки дыма и более злого вампира поверх более мелких кусков кирпичной кладки.
 
Проклятье, эта зараза неубиваема! Если быть в лицо…
Я выбрал пару самых острых кусков кирпича сзади под кровососом и выстрелил ему в спину. Этот удар он пропустил, выгнул спину от боли, оскалился, но не дал развить успех. Я собирался протолкнуть осколки внутрь его тела и устроить ту же мясорубку, что и с оборотнем, но вампир снова взорвался дымом и куски кирпича пролетели его насквозь.