Нулевой мир 8. Мера Человек: Зов

Зверица двинулась к выходу, и я встал, пошёл вслед за ней.
–А не может ли быть так, что каждый из братьев будет рваться отомстить за отца? – последовал мой вопрос.
Таджия остановилась, чуть смущённая моей версией, задумчиво коснулась трубкой лба. Потом свела на ней зрачки, рассматривая дым, и тут же рассмеялась:
– Небо говорит, что каждый из братьев мечтает, чтобы это сделал другой.
Я только вздохнул в ответ.
Мы вышли на улицу. Жители уже разошлись, дети копошились на площади у тотема. И никто их не гонял, не запрещал играть рядом со священным столбом.
Ариф с парой воинов стояли неподалёку, и сразу двинулись к нам, но вождь махнула ладонью. Буйволы послушно остановились, не стали подходить.
– Белый Волк, тебе решать эту проблему, – разглядывая далёкие Проклятые Горы, сказала Таджия.
– Но ты же знаешь, что я пришёл помочь. И что грызня братьев – это нулячья возня в сравнении с той войной, что придёт сюда.
– Знаю. Ариф рассказывал о безумии зверей в Жёлтых землях. Но что можем мы, звери?
– Мастер, ты сама говоришь, что в столице у вас уже есть меченые. И вы видели, что делают метки со зверями. Надо рассказывать, надо донести до всех стай.
Вождь молчала, а я, радуясь красноречию, продолжал давить:
– Если Буйволы, Слоны, все вы соберётесь, пойдёте к столице. Люди послушают вас, и наместникам придётся разбираться.
– Наше дело малое, звериное, – неожиданно ответила Таджия.
Я чуть не завыл от досады. Да чтоб их, какие же тугие и непробиваемые! А ведь эта шаманка казалась такой мудрой, мне чудилось, что она насквозь меня видит со всеми моими частицами Абсолюта.
– Вы не можете просто сидеть и ждать, когда к вам придут проповедники Бездны, да ещё и по воле наместника, – хмуро сказал я.
– Небо поможет нам, дым узрит обман.
– Да уже узрел, – возмутился я, – И что вы сделали? Убили гонца с меткой?
Таджия даже чуть испугалась:
– Как смеешь, зверь, такое произносить?
Я понял, что на улице дышалось гораздо лучше. Голова работала яснее, и не только у меня. Там, в хижине, она даже не удивилась, когда узнала, что я убил Жёлтого приора. А тут смотри, опять пустилась в звериные суеверия.
– Да, ну дерьмо нулячье, – процедил я сквозь зубы.
Она поморщилась. Видимо, при вожде звери старались не ругаться.
– Прости, мастер. Но мне придётся показать вам мою силу… – я покосился на копьё, прислонённое к стене.
Если попробовать призвать опять Зов Белого Волка, и надавить на зверей волей вождя. Чтобы они пошли за мной, как за великим пророком, или кто там ещё был в предсказаниях оракула?
– Силу твою я вижу, – вздохнула Таджия, – Но объединит ли она? Если наместник услышит о том, что новый вождь ведёт зверей к столице, что он подумает?
Я потёр подбородок. А ведь я ещё не пробовал направлять волю зверей против их правителей. Нет, под Каудградом я уже толкал пламенные речи, но там звери сами уже не желали служить Жёлтому приору. И на это их сподвигли десятилетия тяжкой жизни.
Да и то, там удалось убедить, что служба Хорасу не нарушает законов Неба.
А здесь все вроде как благоволят погибшему приору Рэджину, а значит, и власти его наместника Райнера. А тут я пришёл из пустыни, и начал смуту наводить.
Да и нужен ли этот бунт? Вдруг Райнер чист, и такой же душка, как и Зигфрид? А я вместо того, чтобы поговорить по душам, зайду в столицу с ноги.
Думай, Марк, думай. Подсказчиков нет, и даже мудрая на первый взгляд Таджия всего лишь вождь, которая в первую очередь заботится о благе своего племени.
– Говорят, – осторожно произнесла зверица, – Что приор Рэджин перед поездкой оставил слово.
– Слово? – только и вырвалось у меня, я непроизвольно коснулся груди, где за пазухой покоилась табличка Каэля.
Опять запечатанные слова. В Инфериоре без этого, судя по всему, никуда.
– Да, слово приора. На случай его смерти, чтобы оракулы могли узнать у Неба, кто наречённый наследник.
Я растерянно спросил:
– Так в чём проблема, мастер? Почему не узнать?
Таджия мельком подняла глаза наверх, коснулась пальцами лба, и её действия повторили Ариф с Буйволами. Пришлось и мне, чтобы проявить уважение.
 
– Так лишь говорят. Но Небо никакого слова не видит.
 
Глава 4. Участь гонца
 
– Рог ты трухлявый, не гневи Небо!
– А что?! – Самир не сдавался, – Карающий вот молодым пошёл в Проклятые Горы, чтобы…
– Самир! – рявкнул Ариф, и животное под ним недовольно промычало.
Два Буйвола провожали меня на пути к столице, и пока наш путь лежал параллельно текущей вдоль горизонта Слезы Каэля. Несмотря на разницу в возрасте, оба зверя просто обожали спорить, но в итоге всё сводилось к тому, что Самир «гневил» Небо и замолкал.
Непривычно было ехать на широкой спине буйвола, но спустя время я приноровился. Человечья мера быстро осваивает незнакомые навыки.
– Мастер Ариф, ну разве я не прав? – после паузы продолжил Самир, – Можно мясо поставлять в соседние деревни, но весь добытый в горах дух пойдёт мне…
– Карающий Рог, когда ушёл в горы поднимать свою ступень, был вынужден это сделать, – строгим тоном продолжил Ариф, – И, кстати, владел уже пятым рогом.
Я слушал их перепалку, одновременно пытаясь из разговоров узнать об истории и традициях приората. Этот Карающий Рог, знаменитый воин племени Буйволов, достиг шестой ступени и, судя по всему, в своё время навёл немало шороху.
Впрочем, Спику Белую Волчицу, бабушку Хильды, тоже до сих пор помнили. Звери чтят своих предков.
– А мы разве не вынуждены сейчас? – вздохнул Самир, – Я не хочу вот так… ну, как эти меченые, носиться потом без мозгов.
Я покосился на них. Один молодой, которому не терпелось бежать и действовать, второй умудрённый опытом, который понимал, что в спешке можно таких дел наворотить. Впрочем, и медлительность сейчас тоже может навредить.
Мой разговор с Таджией закончился всё на той же ноте: Буйволы ничем не могли мне помочь, но препятствовать въезду в приорат не будут. Мне самому надо думать и гадать, что делать дальше.
Хотя первый шаг и так был сделан – Красные Буйволы теперь знают о событиях возле Престола Ордена, и о предательстве самого прецептора. А ещё мне теперь известно, что в Оранжевом Приорате есть наречённый наследник.
Вот только кто из двух сыновей, неизвестно. Запечатанное слово ещё пойди найди. Таджия обмолвилась, что молчание Неба можно объяснить только в двух случаях: либо слова нет вообще, либо приор на самом деле жив.
То есть, у этой магии есть нюансы – оставляя такое «завещание», приор может прицепить его к своей смерти. Помрёт – слово «активируется», и воля человека станет видна Небу. А не помрёт, приедет обратно, будто ничего и не было. И наследники ничего не узнают, лишний раз волноваться не будут.
Я промолчал о том, что знаю о третьем способе спрятать слово. Это аурит, и лишний раз о нём говорить было бы чревато.
Возможно, слово закрыли в какой-то «секретнице», как называли такие шкатулки хитро-мудрые Серые Волки. Или спрятали в богатой жиле с ангельским металлом.
Что мне даст «слово» приора?
С одной стороны, ничего.
С другой стороны, открывается много возможностей. Зная, кто истинный наследник, можно сразу начать с ним диалог. В противном случае, если наследник вдруг окажется сам сторонником Бездны…
Я вздохнул. Слишком много «если», а у меня по факту пока ничего. Я совершенно ничего не знаю о местных, и с чего начать поиски «слова», даже не представляю. Те же Буйволы согласились проводить меня лишь до земель следующего старшего племени – Стрекочущие Ласточки.
– А Муравьиные Горы? – не унимался Самир, – На нашей границе с Жёлтым прио…
– Я знаю, где они находятся. Ещё туда, голова твоя безрогая, попробуй сунуться. Лично в усыпальнице за тебя помолюсь, чтоб духи племени мозги вправили.
Я вспомнил, что уже слышал о Муравьиных Горах. На границе с Жёлтым Приоратом? Да уж, приору Гильберту при жизни не повезло с его владениями: то Шмелиный Лес, то Паучьи Овраги, то пустыня, полная скорпионов. Муравьиные Горы, судя по всему, тоже место не самое гостеприимное.