Нулевой мир 8. Мера Человек: Зов

Я взгромоздился в позе лотоса, и мы так сидели некоторое время, разглядывая друг друга. Никаких эманаций магии я не чуял, хотя в горле уже покалывало от задымлённого воздуха.
Сам я не рисковал использовать стихии, но в таких сумерках так и подмывало «прощупать» полуголую зверицу всеми сканерами.
– Странный зверь, – наконец, сказала Таджия, – Я не встречала таких.
Она затянулась.
– Позвольте посмотреть меру, мастер, – нетерпеливо сказал я.
Лёгкий кивок головы, и мне открылась её пятая ступень. Сильное владение стихиями воздуха и огня, и очень развитая сила духа. На самом деле это была невероятно сильная зверица.
А задумчивый, подёрнутый дурманом взгляд Таджии так и блуждал по хижине вслед за поднимающимся дымом. Она читала его будто книгу, потому что трубка так и подёргивалась, словно зверица перелистывала незримые страницы и сбрасывала мусор, мешающий смотреть.
Такой магии я ещё не встречал, и меня кольнула лёгкая тревога. Что-то мне подсказывало, что эту зверицу обмануть будет сложно.
– Расскажи, зверь.
Я не стал задавать глупых вопросов и сразу перешёл к сути. Прозвучала та же история, которую рассказал Арифу с его отрядом.
Прецептор, Бездна, Синий и Жёлтый Приоры. Совет приоров под Красной Столицей, где случилась резня. И смерть Оранжевого Приора на этом совете.
Таджия вздрогнула и издала страдальческий стон:
– О, Небо, за что такое великое горе?!
Резкий её крик меня слегка напугал, но внутрь никто не ворвался, да и зверица успокоилась, опять приняла задумчивый, слегка пьяный вид.
– Дальше.
– Ну, это всё, – я пожал плечами.
– Дым… Дым говорит, – Таджия протянула руку, и стала что-то писать передо мной концом трубки, – Ты знаешь о делах небесных.
– Хм, – я замялся.
О боге Каэле я предпочитал не распространяться, тем более звери зачастую и не знали его имени. Для них Небо – это просто Небо. А кто там его населяет, им и дела нет.
Осторожно, боясь излишней реакции, я всё же поведал о том, что на Небе теперь восседает другой бог. Но Таджия была совершенно спокойна, она лишь коснулась лба двумя пальцами, а потом махнула трубкой, подгоняя побольше дыма вверх. Словно укрывала себя зонтом.
Задумчиво она сказала:
– Какая разница, кто поджигает дрова, если дым один и тот же? Законы Неба это не отменяет.
Я поджал губы. Не слишком ли наивные слова? Впрочем, можно и поддержать умную беседу.
– Прости, мастер, но шальная рука может и весь лес сжечь.
Её глаза заинтересованно блеснули, зверица усмехнулась:
– Складно говоришь, зверь. Я знаю воинов своего племени, у нас животные иногда умнее мычат.
Мне пришлось промолчать, обсуждать внутренние отношения в их стае я не собирался.
– Дальше.
– Что дальше? Я всё сказал, – развёл я руками.
– Зачем ты убил Жёлтого Приора?
Настала моя очередь вздрогнуть.
– Он это заслужил, – хмуро ответил я.
Таджия часто закивала, а потом чуть ли не задрожала всем телом, отчего её грудь запрыгала ходуном. Дым, сгустившийся над ней, опускался, огибая смоляное тело прозрачной спиралью. Совсем как моя энергия земли, когда я управляю ей.
Я заворожённо наблюдал за шаманской пляской, как вдруг в мою сторону снова уткнулась трубка:
– Теперь слушай ты, зверь.
Удивительно, но эту шаманку нисколько не удивил факт, что зверь убил приора.
Таджия стала рассказывать о жизни в своих землях, хотя кое-что я уже знал. Например, про то, что Оранжевого Приора звали Рэджин, и что у него есть два сына.
Сидят они, оказывается, по разным краям Сапфировой столицы, каждый в своём замке, и дружбы между двумя наследниками трона не водится.
В западной части города тепло, а восточную уже обдувает Ледяное Дыхание. Таджия обмолвилась, что из-за погоды две части Оранжевого Приората: это совершенно разные миры. И звери зачастую не могут понять, какие проблемы гложут их соседей: ведь одни изнывают от жары, другие от холода.
Так повелось издревле, и короткие стычки между соседями в истории приората – не редкость. Войны возникали по любой мелочи, ведь делить соседям было особо нечего, а дружить они причины не видели. Звери из Пекла особо не хотели лезть в морозные долины, а воины Сквозняка, пройдясь по изнуряющей жаре, быстро понимали, что этот климат не для них.
 
Потом следовало короткое перемирие, или же прибывали войска приора, чтобы поглубже насадить в умы зверей закон, что они все жители одного приората.
Но уж слишком велика была разница между землями. И, слушая вождя, я понял: это примерно, как если бы африканское племя жило по соседству с глухим северным народом.
– Там, у них, говорят, ходят огромные белые медведи. И в реку не нырнёшь, не поработав сначала топором, – вещала Таджия, – Наши воины говорят, сколько не одевайся, а Ледяное Дыхание всё равно заставляет спать.
К счастью, приор Рэджин действительно обладал талантом если не объединять, то хотя бы не ссорить Пекло и Сквозняк. Именно поэтому он отдал их сыновьям, и старался, чтобы будущие правители прониклись каждый своим миром.
Рэджин надеялся, что родственные узы послужат крепкой связью не только между братьями, но и между частями приората.
– Между нами действительно давно не было грызни, – подытожила Таджия, но грустно добавила, – Вот только раньше в столице восседал великий господин Рэджин, и он одинаково любил всех нас.
Я сразу понял, что зверица закончила свой рассказ.
– Где же я могу найти этого вашего наместника Райнера, мастер? Он правит вами?
– Зачем тебе наш господин?
– Ну, я же говорил о войне. Скоро она придёт к вам.
Таджия задумчиво склонила голову:
– Она уже пришла.
Я нервно усмехнулся, раздумывая о том, что копьё оставил снаружи.
– К нам часто прибывают посланцы из столицы, – поспешила успокоить меня шаманка, – И иногда дым искрит вокруг них. Небо предупреждает, что дела там нечисты.
Стало ясно, что ересь проникла и в Оранжевый Приорат. Впрочем, ничего удивительного, оставалось лишь разобраться, насколько глубоко. Отдельные заговорщики, или уже вся столица?
Но поразило меня совсем другое:
– Так ты тоже говоришь с Небом? Ты – оракул? – я слегка удивился.
– А разве могу я вести за собой зверей, не чувствуя небесной поддержки?
– Но ведь… – я растерялся, – Ариф сказал, что…
Я вспомнил слова Буйвола о том, что оракулов у них нет. И то всё ради того, чтобы ересь не проникла в умы зверей.
– Ариф знает то, что ему отмеряно, – Таджия улыбнулась, – Все мы скрываем что-то, ведь так?
Она чуть прищурилась, и я понял, что дым тут всё-таки не простой.
– Но это же твой народ.
– Не суди по мере своей, Небо каждому своё отмерит, – строго сказала Таджия, – Да, я оракул, но ради безопасности я общаюсь через дым.
И она повела трубкой, разгоняя всполохи.
– Я ждала твоего прихода, Белый Волк. Дым говорит, что тебе суждено сожрать и эти земли.
Эти слова заставили меня напрячься, выпуская стихии.
– В моих планах не было сражаться с вами, – хмуро сказал я.
– Так это дым тоже сказал, – Таджия засмеялась, и я расслабился, – Если слушать каждое видение, что приходит, так и зарождается ересь. Нужно думать головой.
Она, наконец, встала, едва не коснувшись макушкой соломенного потолка.
– Белый Волк, позволь предупредить…
И вождь рассказала о том, что моё появление в приорате не будет встречено с радостью. Оказалось, что пока приор Рэджин для всех жив, его сыновья существуют мирно. Но едва окажется, что пришла пора кому-то заявлять права на трон, то в столице разразится война.
Зверица склонилась, взяла сложенную у стены накидку, и набросила на плечи, как пончо. Накидка, связанная из белой пушистой шерсти, будто светилась в сумраке.
– Так. И что мне делать? – растерянно вырвалось у меня, – Я пришёл, чтобы предупредить вас.
Таджия прошла мимо, мягко коснулась моего плеча:
– Белый Волк. Райнер, наш наместник, с радостью пошлёт на войну своего брата, Левина и воинов Сквозняка. А те в свою очередь скажут, что это должны делать мы, Пекло.