Время выбора (СИ)

Кто рвёт задницу и кому прищемили хвост более остальных? Тут надобно переговорить с Морозовым старшим. Я не в курсе всех дел, по малости лет меня не приглашают на заседания узкого кабинета. Но кое-какие мысли имею.
Утром сразу побежал в импровизированную медсанчасть. Все пятеро ещё слабы, но уже нет плохой симптоматики. Вдоль стен стоят шкафы, где на полках красуются баночки и скляночки. Мы с аптекарем и Тимофеем много достигли на этом поприще. Хотя изначально у нас были нерешаемые проблемы.
И если с антисептиками было более-менее неплохо, мы использовали различные настойки и мази растительного происхождения, то с анестезией и наркозом — полный швах.
Для анестезии в это время использовали отвары мака и белладонны. Имелось это и у нас. А также настойки из опиума и смесь вина с растёртой в порошок коноплёй.
А вот для полного наркоза использовали простую дубинку и плотный выверенный удар по голове.
Как говорил великий Парацельс, «Всё есть яд и всё есть лекарство. Только доза делает лекарство ядом и яд лекарством». Я бы добавил ещё — и метод использования. Типичный образец — таже белладонна.
А вот с ядами, на первом месте судя по рассказам опытного аптекаря, идут сулема (соли ртути) и мышьяк (мышье зелье). Но это из долгодействующих ядов, которые не действуют мгновенно. А накапливаются в печени и почках. Мгновенного действия тоже хватало, таже кантарелла. Яд убивает при соприкосновении с кожей человека.
  
Глава 11
 
Видимо Прасковья вычислила, что я стал заинтересованно поглядывать на молодых служанок. Да и следы ночного позора на простыни подсказали ей многое. И когда молодая дебелая девица из тех, кто убирали в комнатах, зашла ко мне перед сном в опочивальню, я не сразу заподозрил неладное. Но девица упрямо не уходила, а уж когда она скинула сарафан, я прозрел.
Когда и вторая попытка подложить мне опытную любовницу провалилась, Глеб Иванович попытался поговорить со мной о деликатном деле.
М-да, не с его манерами заниматься сводничеством. Моё инстинктивное отторжение вызвано не только нежеланием спариваться с той, кого приведут. У меня в прошлой жизни было достаточно женщин самых разных возрастов и темпераментов. И меня не тянет к женщинам старше себя. Вылезла на поверхность первая сущность моего тела со свойственным молодости стремлением удивить и покорить партнёршу. Пройтись перед нею гоголем, распушить перья и похвастаться своими умениями. А они мне предлагают девок не первой свежести, явно вдовиц с глазами, уставшими от невзгод.
В тот день я перехватил взгляд, который лукаво бросила на меня Проша. Уже третий день одной из девок, помогавших ей в моём вечернем омовении оказалась Степанида. И её я стеснялся, стараясь быстро закутаться полотенцем. Когда на девушку попало немного воды и сарафан облепил её грудь, я невольно засмотрелся. И это не осталось незамеченным.
А сегодня Стефании, это греческий вариант её имени, не было. Вместо неё какая-то новая рябая девица с большой задницей. С одной стороны некого стесняться. А с другой жаль, мне приятно было наблюдать за девчонкой.
Когда открылась дверь и внутрь опочивальни скользнула стройная фигурка, у меня учащённо забухало в груди сердце.
Девушка просто подошла ко мне ближе, при этом смотря в пол.
Первой реакцией было её выпроводить, проявив благородство. Но видимо почувствовав мою нерешительность она начала быстро раздеваться. По мере того, как кучка одежды на полу увеличивалась, я стремительно терял остатки рассудка.
И вот передо мною первая нагая женщина в моей новой жизни. Небольшие грудочки дерзко смотрят на меня, руки покорно висят по бокам. Стефания будто предлагает мне себя, ничего не скрывая. Кожа девушки покрылась пупырышками от холода и я заторопился затянуть её в постель.
Признаю, первый опыт этого тела был неудачен. Мне не удалось поразить умениями девчонку, кончил через несколько мгновений, как вошёл в неё. Понять можно, первые касания и всё такое, но всё равно стыдно. А когда проснулся утром, обнаружил перепачканную кровью простынь и следы своего позора.
 
Два дня я только мельком встречался со Стефанией в коридорах. Мне не нравится её полное имя. От Степаниды веет чем-то дремучим и таёжным. Пусть будет Стефанией. А ещё Стеша вроде звучит неплохо.
Девчонка при встречах опускает глаза и краснеет. Но я чувствую, как она смотрит мне вслед, когда прохожу мимо. Мне тоже непросто сдерживать порывы своего юного эго. Да, я способен мыслить с высоты своих прошедших лет. Но, зачастую гормоны и молодое тело берут своё и тогда я действую как обычный подросток. На самом деле я затрудняюсь сказать, сколько мне реально лет. Но не старик — это точно. А чем тогда ещё объяснить мой поступок на следующий день?
Я решил сократить дорогу до «счётного приказа» и вышел на галерею, связывающую Грановитую палату с Благовещенским Собором. Впереди меня, как обычно шёл Пахом, ещё два охранника прикрывали сзади. Я с недавних пор никогда не выхожу из своих покоев один. Хочется ещё пожить немного.
Так когда мы уже почти прошли галерею, я тормознул. В одной из ниш краем глаза заметил стоящую парочку. Ну, эту стройную фигурку я всегда узнаю. Стеша стоит с ведёрком, а рядом с нею красуется парень лет семнадцати. Крепкий и широкоплечий, одной рукой опирается о стену, другой помогает себе, рассказывая нечто интересное. Стоят близко, и он вдохновлённо что-то зачёсывает девушке. Меня резануло два момента. Первый — это то, что моя девушка очень даже не против этой компании. А второе — смотрятся они весьма гармонично, и внешне и с точки зрения разницы в возрасте. Пауза затянулась и Стеша обернувшись, заметила меня. Я же резко развернулся и продолжил идти вперёд. Но в голове образовалась пустота, только звенело от обиды. Уже вечером я проанализировал ситуацию и улыбнулся. Молодо-зелено, я помню себя в этом возрасте. Тогда подобные моменты казались ужасающей вселенской трагедией. А собственно, что случилось? У девчонки есть определённые знакомые. С её внешностью было бы странно, если бы парни не обращали на неё внимание. Да и знакомец довольно видный, такие девкам нравятся. А тут озабоченный царевич со своим пубертатом. Для неё я просто поигрался с нею разок и позабыл. Я же не давал ей каких-либо надежд. Её одарили, сделали женщиной и на этом всё.
Хуже то, что мой Пахом всё понял. И отреагировал по-своему. Того парнишку на следующий же день услали в глухомань под надуманным предлогом. Я мог бы и вмешаться, но не стал. Уже трезво пройдясь по щекотливым моментам, решил оставить всё как есть. В принципе Стеша для меня хороший вариант. Всё равно придётся решать вопрос полового созревания. А моё тело или вернее остатки личности Иоана, второго сына царя, просто зациклились на этой девчонке. Этот момент в боярских кругах хорошо отработан. Знатные вельможи и их отпрыски используют для этих целей молодых служанок. Так как контрацептивы ещё не скоро появятся, то девчонки быстро залетали. И их пристраивали по-барски. Выдавали беременных замуж за достойных слуг. Разумеется, с хорошим приданным. В итоге девица получала здорового малыша, не самого плохого мужа и крепкое хозяйство. Многие простолюдинки об этом только мечтали. Чаще всего папаша выдавал дочурку за престарелого компаньона или хромого соседа. Никого не смущала огромная разница в возрасте и желание самой девчонки. И ежели приданное совсем никудышное, то готовы были отдать хоть за оборванца, промышлявшего на паперти. Лишь бы избавиться от лишнего едока.
А я сам дурак, надо было просто обозначить своё желание. В тот же день я, встретив Стефанию в коридоре, зажал её в угол. Девчонка только пискнула, когда я обхватил её за талию и приблизил своё лицо, — Стеша, навести меня сегодня. Соскучился ужасно. Придёшь?
В ответ она несколько раз кивнула и выскользнув из-под моей руки побежала дальше.
Испытывал ли я нравственные сомнения? Абсолютно нет. За семь лет пребывания в 17-м веке я давно понял, что не стоит подходить к этому времени с точки зрения жителя 21-го века. Из глубины веков вся эта муть с толерантностью и терпимостью к менее развитым народам кажется смешной и глупой. При дворе моего брата есть несколько чернокожих слуг. Их завезли к нам голландцы. Никому в голову не приходит ставить их вровень с нашим. Эти уродцы с выпечными губами и налитыми кровью глазами служат игрушками для придворных, не более. У нас на Руси про сексменьшинства и их забавы знают только из описаний жизни древних греков и римских императоров. Я бы назвал это время обществом с нулевой терпимостью к этой гадости, принесённой к нам с развращённого Запада.