Время выбора (СИ)
Затем появился из внутренней горницы и брат. Бедный, наверное нелегко ему под весом тяжеленных праздничных одежд. Золотой с белым атлас верхнего одеяния украшен жемчугом. Высокая горлатная шапка и в руках драгоценный жезл.
Первые из бояр вынесли несколько предметов на золотых блюдах. Сначала патриарх Иосиф принял «Крест животворящий» и поместил на аналой.
«Мономахову шапку» и скипетр водрузили на другой аналой, а державу на третий. Действо затянулась, процессия выдвинулась из «Золотой палаты» в Успенский Собор.
Впереди шёл царский духовник, окропляя путь государя святой водой. За царём шествовал весь синклит, массы народа заняли всю территорию Кремля. Сам обряд коронования совершал патриарх Иосиф с тремя митрополитами, пятью архиереями и несколькими десятками архимандритов. На чертожном месте, за царем стоял я с ближним комнатным боярином Борисом Ивановичем Морозовым, за моей спиной постельничий Иван Михайлович Аничков.
Здесь важен каждый штрих. Я стоял сразу позади царя, на сантиметр ближе Морозова, чуть поодаль ближники. Сразу после церемонии Алексей объявил царские милости некоторым из приближённых.
Я смотрел на шестнадцатилетнего юного государя, на его лице лежала лёгкая улыбка. Он ещё не понял, что уже не принадлежит себе. Теперь все свои шаги ему придётся соразмерять со своим возможностями и государственной необходимостью. Совсем молодой государь пока что находится под влиянием Морозова-старшего. И этот вариант меня вполне устраивает. Намного хуже будет, когда придёт ему на смену честолюбивый святоша Никон. Но у меня есть в запасе несколько лет. И я очень постараюсь воплотить свои задумки в жизнь.
После длительных рождественских праздников ударили холода. Деревья в Кремлёвском саду трещали от мороза и люди старались поменьше бывать на улице. Главными действующими лицами стали истопники. Во дворце несколько десятков печей, которые надобно протопить как положено. Я расположился в кабинете и задумчиво рисую линии, а листе бумаги. Кружочками у меня указаны боярские значительные кланы, от них идут линии. Я стараюсь понять связи между родами, кто куда гнёт. В последнее время усилилось внутреннее противостояние между царём с его ближниками и крупными родами. Дело в том, что Борис Иванович подвиг моего брата на действия по усилению централизации царской власти. Важные посты Алексей раздавал тем, кому больше доверял. Так сам Морозов оказался сразу во главе трёх важнейших «приказов». Это «большой казны», «аптек» и «налогов». Такие перемены пришлись не по нраву многим и началась подковерная возня. Долетало и до меня, моя свита заколыхалась. Девять моих ближников растерянно выжидают. Дома на них родня наседает, а на ежедневных встречах я не даю им расслабиться. Как и у царственного брата у меня есть свой двор и на его содержание выделяется немалая сумма денег. И я вынужден жить в определённых рамках. Так утром происходит одевание моего высочества. При нём и присутствуют все девять человек. Если я хочу одному из парней показать своё недовольство, то не допускаю его в покои. И пока парни помогают мне облачаться, я узнаю много нового из жизни их семей.
Вон тот же Иван Долгоруков, ему уже почти пятнадцать лет и даже усики пробиваются над губой. Парень жалуется, что дядя заставляет его наушничать и докладывать о наших разговорах. Сам факт, что молодёжь передаёт мне, о чём судачат дома, говорит о доверии ко мне. Или скорее я смог их убедить, что заслужить моё доверие важнее, чем родительская похвала. И в ответ я поощряю свою свиту выпрошенными у брата должностями. Для молодого человека получается очень важно состоять в свите принца и получить долгожданную, пусть и не великую, но реальную должность при дворе. При чём не благодаря отцовской помощи, а только по моей прихоти. То есть я их приучаю к хозяйской руке. Заслужил — получи награду.
Услышав шум в коридоре насторожился. Это Аня, я узнал её возмущённый голос. Требует пропустить, а там мой страж у дверей имеет строгое указание сначала спрашивать моё дозволение.
— Пропусти, — я выглянул в смежное помещение и запустил девушку в кабинет.
Сестре уже четырнадцать, отец года два назад предпринимал попытку и даже засылал посольство к крулю польскому и Великому князю литовскому Владиславу IV. Хотел выдать нашу Анну за его племянника Кароля Фердинанда. Но сделка сорвалась, что казалось нимало не огорчило сестрицу. Анна немного округлилась, но по-прежнему тихой тенью скользит по коридорам дворца. А вот на занятиях с детьми и подростками она расцветает. Как курица кудахчет над ними. Это та первая группа, которую я набрал ещё три с половиной года назад. С тех пор был дополнительный набор способных детей и эти уже полностью воспитанники Анны. Её как будто подменили, если вопрос касается её воспитанников, то она тигрицей бросается на обидчика. Обычно достаётся Глеб Ивановичу, который по привычке жмёт каждую копейку. Но сейчас случилось нечто иное. Сестра бледна, глаза лихорадочно блестят, а руки живут своею жизнью. Это поведение вообще не типично для неё.
— Так, успокойся и выпей воды, — я буквально силой усадил её в кресло напротив. Сделав большой глоток она закашлялась и отвернулась от меня. Пришлось ждать, пока пройдёт приступ кашля.
— Дети.
— Что дети. Что с ними?
— Не знаю, несколько человек занемогли. Прямо на уроке их начало рвать.
Я не дослушал сестру и быстрым шагом поднялся на этаж выше в классную комнату.
М-да, дюжина человек сидят в классе и растерянно смотрят на корчившихся на полу товарищей. А там пятеро. Две девочки помладше и три парня. Запах в комнате стоит ещё тот, рвотные массы щедро украшают каменный пол. Когда на помощь прибыл Тимофей и охрана, я начал отдавать приказы. Пострадавших срочно спустить в наш медпункт, оборудованный ниже. Остальных перевести под наблюдение в другое помещение. Класс убирать осторожно, не исключено заражение. Заодно приказал блокировать помещения и никого не выпускать.
Так, все пострадавшие в сознании, жалуются на тошноту и боли в желудке. Головная боль и сухость во рту с привкусом металла.
Что же мне это напоминает? Когда я помог пострадавшей девочке сесть поудобнее на стул, мне показался запах чеснока изо рта.
Думай Чапай, думай. Налицо признаки отравления, выглядят они плохо, просят пить. Ну думаю, обильное питьё им не помешает.
Дальше всё закрутилось, удалось споить каждому по паре литров кипячёной воды и заставить очистить желудки, засунув два пальца в рот. Потом по моему приказу принесли скисшее молоко и заставили также его выпить. Что-то мне это напоминает отравление мышьяком. Королевская отрава, сколько королей и царедворцев погибли от этого яда без запаха и вкуса. Единственный плюс, он не имеет мгновенного действия, как минимум несколько часов у нас есть. Зависит от полученной дозы.
Вроде после интенсивных действий ребята стали чувствовать себя получше. Пришлось устраивать их на ночь здесь же. Остальные ученики вроде в порядке.
А теперь время следствию. Быстрый опрос показал что яд, скорее всего попал с ягодным киселём. А вот это совсем другой разговор. Многие знают, что я обожаю ягодные киселя и морсы. Их насыщенный сладко-кислый вкус напоминает то, что варила в детстве бабушка, когда я приезжал к ней в деревню.
Как правило я после полуденной дрёмы люблю выпить кружечку. Но сегодня не стал пить, так в таких случаях Прасковья отдавала питьё детям. Особенно радовались малые. Ребята говорят, что как раз пострадавшие и пили. Остальным не досталось. Вот малые и пострадали за меня.
Сразу же я послал за Борис Ивановичем. Тот пришёл через полчаса и началась катавасия. Из «судного» приказа пожаловали три человечка и от нас сразу отправились на кухню. Вскоре выяснилось, что исчез один служка. Вот буквально час назад его видели и вдруг испарился. Нисколько не сомневаюсь, что его уже не найдут. Труп поди уже спустили под лёд и концы в воду.
До вечера я продолжал вычерчивать стрелки, объединяя и перетасовывая различных интересантов. Кому выгодна моя смерть? Я же не самодержец всея Руси. Надобно тогда и Алексея с его ближниками порешить. Вот тогда можно и призывать к новым выборам на Земском собрании. Более прямых претендентов на трон нет. Тогда логично.