Красная дорама 2 (СИ)
— А если… Хм… А если попробовать со студентами договориться? — не унимался я. — Ну, чтобы поделились своим трактором?
— Так товарищ Ли уже пытался. Кажется, даже денег им предлагал. Отказали.
— Может, мало предлагал?
— Да нет, у них, типа, принципиальная позиция. Якобы завод не разрешает. А скорее всего, Хонг из Восьмого и тут нас опередил…
— Понятно… — пробормотал я. Новых вопросов, как и свежих идей, на ум мне пока что-то не шло.
— Товарищ Чон, а вы к ужину не опоздаете? — напомнила мне тут Пак. — У бригадиров он — в шесть!
Ну, в шесть, в шесть… В крайнем случае, могу и позже поесть, так сказать, вместе с народом. Хотя, если в шесть — это сразу для всех бригадиров…
— Да, поеду-ка, пожалуй, — принял решение я. — Надо бы поближе взглянуть на этого Хонга из Восьмого. А заодно и на приятеля его из Девятого.
И обменявшись с девушками еще разве что парой фраз, в глубокой задумчивости я двинулся по дамбе к байку.
9. Застольная беседа под соджу
Столовая располагалась прямо в здании колхозной Администрации — именно к ней вел его боковой вход, от уличного рукомойника. У водоразборных колонок, когда я к ним приблизился, толпилось человек семь-восемь. К одной из них — той самой, что по приезде пользовался я — подходили по двое. Один тянул рукоять — второй подставлял ладони, затем напарники менялись местами. А вот у другой, как выяснилось, рычаг фиксировался, и с ней легко можно было управиться в одиночку. Правда, вода здесь текла довольно тоненькой струйкой — зато вся твоя!
Шагал я неспешно, и к моменту, когда оказался возле умывальника, обе колонки как раз освободились — народ от них потянулся внутрь. Я, понятно, выбрал дальнюю — «полуавтомат». Заодно рассмотрел вблизи фиксатор рукояти: сделан тот был кустарно, не иначе — «по инициативе снизу» и силами самих колхозников. И все же не знать об усовершенствовании та же Шим Ку Ан никак не могла — почему тогда не подсказала, что я сунулся не туда? Нарочно, чтобы посмеяться над городским неумехой?
Хм…
Вымыв руки и ополоснув лицо — что вода будет ледяной, на этот раз я уже ожидал, но на поверку она даже не показалась мне такой уж нестерпимо холодной, вот что значит правильный настрой! — я направился в здание. Столовую отыскал без труда — по запаху: из правого от дверей коридора бил густой аромат горячей еды. Туда-то я и устремился — и вышел к обеденному залу.
Еще на подходе к нему на глаза мне попался вывешенный на стену график — согласно оному, как раз в 18:00 заканчивала ужин бригада Девятого Управления Пэктусан, и ее места за столами предстояло занять сотрудникам из Управления Восьмого. Затем, спустя полчаса, наступала очередь студентов из Сонним, и только после них — черед нашей «Семерки».
Почти на автомате я потянул из кармана телефон и сверился со временем: было без трех минут шесть.
Кивнув своим мыслям — примерно такие цифры и ожидал увидеть — я сунул трубку обратно в карман, но тут же достал ее оттуда снова: что-то меня на экране насторожило, сперва и сам не понял что. Пригляделся: нет, с часами все было в полном порядке, а вот сотовой сети мобильник почему-то в упор не «видел».
Нахмурившись, я прошел до конца коридора — в обход мерно гудящей толпы голодных работяг, ожидавших у обеденного зала. Проверил мобильник: связь не появилась. Я вернулся к боковому выходу, высунулся за двери — сигнала не наблюдалось и здесь. Уже не отрывая взгляда от экрана смартфона, обошел здание Администрации снаружи, поднялся на парадное крыльцо — ровным счетом ничего не изменилось, ни по пути, ни в его конце.
Какой-то сбой? Или здесь у них всегда так?
Нужно будет при случае уточнить…
Спрятав наконец айфон в карман комбинезона, я зашагал обратно к столовой. В коридоре разминулся с отужинавшей сменой — знакомых лиц в ней не встретив. И вслед за бригадой Восьмого сунулся в обеденный зал.
Тот оказался не слишком просторным — в первый момент мне даже показалось, что набившиеся внутрь три десятка человек нипочем здесь не рассядутся. Однако, на удивление, за столами все в итоге благополучно уместились — пусть и не без некоторой сопутствующей толкотни. Но вот теперь свободных мест в зале будто бы не осталось вовсе.
Нет, может, и нашлось бы одно, где-нибудь с самого краешку, но высмотреть его я не успел — из-за спины меня вдруг окликнули:
— Товарищ Чон!
Я обернулся: позади меня стояла Шим Ку Ан, зампредседателя:
— Товарищ Чон, что вы здесь делаете? Вам не сюда! Пойдемте, я вас провожу!
— Буду весьма признателен, — любезно улыбнулся ей я. — А что, мобильный телефон здесь у вас не берет? — осведомился, уже идя за женщиной по коридору.
— В Администрации стоит аппарат, — пожала плечами Шим Ку Ан. — Понадобится позвонить — дайте знать, покажу.
Это был не совсем ответ на мой вопрос, но одновременно — и он тоже, так что дополнительно уточнять я ничего не стал.
Тем временем мы подошли к какой-то распахнутой двери, и зампредседателя посторонилась, пропуская меня внутрь:
— Вот, сюда проходите.
Кивнув, я переступил порог.
Помещение, куда я попал, где-то втрое уступало размером давешнему обеденному залу, но зато и стол здесь стоял один-единственный — накрытый всего на четверых. Сидели же за ним пока и вовсе только двое — мужчины лет сорока, может, пятидесяти. Первый — в узком сером пиджаке, второй — в защитного цвета френче (оба, кстати, были при значках, причем «френч» носил необычный, хитрого дизайна — наградной, что ли?).
Так-то, в целом, не Бог весть что, но мой старый рабочий комбинезон, да еще и прямо с поля, пожалуй, смотрелся на этом фоне не слишком выигрышно — а встречают-то по одежке!
Нет, меня посещала мысль, что к ужину неплохо было бы переодеться, однако мой забрызганный грязью дорожный комплект выглядел сейчас, пожалуй, и того хуже. А ничего другого из Пхеньяна я, увы, не захватил — решил, что для сельской местности сойдет и так.
А собственно, почему бы и не сойти? Чай не на светском приеме!
Возвращаясь к мужчинам за столом: лица их показались мне отдаленно знакомыми — не исключено, что мельком мы пересекались на каком-нибудь праздничном митинге или в коридорах концерна. Но не более того. А они оба смотрели сейчас не столько на меня, сколько на показавшуюся из-за моей спины Шим Ку Ан.
— Товарищ Чон, из ваших, — коротко представила меня «старожилам» комнаты та — и сразу удалилась.
— О, как понимаю, Седьмое Управление пожаловало! — расплылся тут же в широкой, пожалуй, несколько слащавой улыбке «пиджак», удостоив наконец вниманием мою персону.
— Все верно, — коротко кивнул на это я.
— Я — Хонг И Джун из Восьмого, заведующий складом готовой продукции, — представился мой собеседник, сразу же обозначив свой статус в Пэктусан.
— Сим Бон Хва, начальник отдела контроля качества, Девятое Управление, — в свою очередь назвался «френч».
— Чон Сун Бок, референт начальницы Седьмого Управления, — в том же формате отрекомендовался и я — как бы подчеркнув, что должностью им отнюдь не уступаю.
— Присаживайтесь, товарищ Чон — будьте как дома, — по-хозяйски предложил мне затем Хонг. — По случаю знакомства — по маленькой? — кивнул он тут же на початую бутылку соджу на столе перед собой. — Пока ждем Профессора.
— Профессора? — переспросил я, опускаясь на стул.
Пить соджу на голодный желудок представлялось мне сейчас далеко не лучшей идеей, однако отказываться от угощения я все же не стал — решил не начинать встречу с конфронтации.
Тут ведь как. Если по служебному положению мы с этим Хонгом были приблизительно равны, то возраст уже играл на его стороне. А в Корее, по крайней мере, на Юге, проигнорировать предложение старшего выпить с ним — значит, проявить просто-таки вопиющее неуважение. Как с этим вопросом дело обстоит здесь, на Севере, я пока не имел случая проверить лично, но подозревал, что приблизительно так же.
— Да, Профессора — так мы его между собой называем, — хохотнул между тем «пиджак», наполняя из бутылки невысокие граненые стаканчики. — Куратора студентиков. На самом деле, никакой он, конечно, не профессор, куда ему! Методист учебного курса или что-то такое… Но мы решили — раз из института, пусть и промышленного, значит, будет у нас Профессором! О, а вот и он сам! — посмотрел тут собеседник куда-то мне за плечо. — Опаздываешь, Хан!