ФорсМажор. Незачёт по браку, Босс!

Забрав телефон и закинув в сумочку выданную боссом карту, я оделась и побрела с работы, не особо понимая, а чем, собственно, себя отвлечь от бардака, бушующего в распухшей башке. Дошла до ближайшего парка и, купив мороженое, устроилась на лавочке.
Долго собиралась с духом, но, решив, что карму надо как-то восстанавливать, номер сестры всё же набрала.
– Привет, – выпалила максимально беззаботно и, лизнув любимое лакомство, поёжилась. Решение поесть мороженое на морозе теперь казалось не очень удачным.
  
– Какие люди, – не особо приветливо отозвалась сестра и, хмыкнув, добавила: – Ну привет, предательница. Как поживаешь?
– Не очень, – обречённо выдохнула я и, прицыкнув языком, пожаловалась: – Босс озверел. Такое придумал, что… Ой, лучше тебе не знать.
– Да ты что? – притворно сочувственно охнула Агата и, хохотнув, съязвила: – Так мне тебя благодарить оказывается надо, а я всё обижаюсь.
– Стервочка, – тявкнула я, а сестра снова рассмеялась.
– А у меня тут солнце, море, пальмы, скоро купальный сезон. Работа не пыльная, постояльцы спокойные. Красота-а-а…
– Язва, – буркнула я обиженно.
– Есть немного, – извиняющимся тоном подтвердила Агата и, вздохнув, уколола: – Но это у нас семейное, ничего не поделать.
– Ну всё, пока, – вконец расстроившись, проворчала я, но сестра неожиданно сжалилась.
– Не злись, Камила. Имею же я право немного позлорадствовать.
– Имеешь, конечно, но я надеялась на добрый совет, а не вот это вот всё.
– Так в чём проблема? – фыркнула она и, заговорив строже, потребовала: – Деталями делись. В чём суть его придирок?
– Пока не знаю, – отозвалась я и, вздохнув, добавила конкретики: – Вместо себя ставит своего сына, а тот меня кхм-м… недолюбливает и жутко бесит.
– Хах, нашла из-за чего расстраиваться, – воодушевилась Агата и, выдержав паузу, посоветовала: – Он всего лишь мужик. Марш в салон красоты, а потом в бутик. Наведи марафет и срази своего нового босса, чтобы думать забыл, из-за чего недолюбливал. А потом ка-а-ак полюбит…
– Шутишь? – хмыкнула я и, оглядевшись, заметила через дорогу парикмахерскую.
– А ты тупишь! Марш преображаться! Потом ещё спасибо скажешь!
Следующим утром, глядя на своё отражение, я расплылась в широкой улыбке. Преображённая, похорошевшая и расслабленная я себе очень нравилась.
Свой отгул и выданную боссом карту постаралась использовать по максимуму. Маникюр, педикюр, куча полезных и приятных процедур не только расслабили, но и добавили уверенности. Теперь мои волосы рассыпались по плечам блестящими, чуть завитыми волнами, грамотный макияж подчёркивал мои глаза и губы, а новый гардероб поднимал настроение до неведомых высот.
Пока стилистка приятно вошкалась с моими волосами, я много чего обдумала и всё же решила согласиться, но… Почему я должна вести себя честно, если меня загнали в угол? Мой новый план был прост. Решила выводить и доводить Марка до белого каления, чтобы он сам отказался от нелепой идеи своего папаши.
Может, даже сам найдёт кандидатку, и необходимость выходить замуж за любого из Амеличевых отпадёт сама собой. Требуя от сына немедленной женитьбы, босс не ограничил его выбор, значит моя услуга эксклюзивной воспитательницы может и не понадобится.
Ну, либо он откажется наотрез, и я выйду замуж за босса. Всего год и я свободна, а в перспективе ещё и богата. Только потребую полной конфиденциальности. Имею же право? Вполне!
О потраченных деньгах не переживала, решив в случае чего ответить боссу его же монетой. Шантаж дело такое… Не думаю, что он захочет придать огласке всю эту ситуацию, а у меня будет на руках подписанный договор, он же компромат в чистом виде.
Азарт от предстоящего бреда напрочь перекрыл все остальные страхи и чувство самосохранения. Прорвёмся…
 
ГЛАВА 6
 
Камила
На работу приехала чуть раньше и, впервые оставив дублёнку в гардеробе на первом этаже, до зоны лифтов шла в своём новом образе. Узкая юбка-карандаш, сапожки на шпильке, чулки, полупрозрачная блузка с манящим декольте и задорно торчащим воротничком, ажурное бельё.
И пусть о белье и чулках знаю только я, но… Взмах ресницами, томный взгляд. М-м-м… красотка!
Пока походкой от бедра цокала к толпе скучающих у лифта сотрудников, чуть не задымилась от всеобщего внимания. Коллеги, большую часть из которых я знала лишь поверхностно, сканировали меня удивлёнными взглядами, а при моём приближении расступались в стороны.
Ух ты! Вот как это работает. Моя неземная красота повлияла на всех как-то странно. Мало того что меня пропустили в кабину лифта первой, так ещё никто следом не поспешил. Раннее утро и кабина лифта мне одной? Круто! А я ещё боялась, что помада слишком яркая.
Не торопясь закрывать створки, подошла к зеркальной панели и, приоткрыв губы, провела пальцем по уголку рта. Типа помаду поправила… Сзади раздались предобморочные ахи, причём преимущественно женские, а потом я увидела, к кому было приковано всеобщее внимание.
В кабину лифта вальяжной походкой зашёл Марк и, скосив на мою задницу взгляд, полный превосходства, нажал на нужную кнопку. Гулко сглотнув, я обернулась и, забившись в угол кабины, начала следить за табло, отчитывающим этажи. Чёрт! И чё я так высоко забралась-то?
– Это что за шлюхо-стиль? – вякнул мой, прости господи, потенциальный муж и, прищурившись, прошёлся по мне дотошным взглядом: – Жопу обтянула, блузка просвечивает, сиськи напоказ, а волосы?.. не могла собрать в пучок или хотя бы в хвост? А помада?..
– И вам доброе утро, – стараясь игнорировать его неприкрытое хамство, томно выдохнула я и, похлопав ресницами, указала на драные джинсы Марка, резонно заметив: – А это что за пофиг-стиль? Не тянете вы на биг босса. Или папочку позлить решили?
– Не тяну, но я им буду, – расплылся в коварной улыбке этот нахал и, поиграв бровями, намекнул: – И на мужа не очень, но если придётся, то…
– Предпочту выйти замуж за вашего папу, – начиная закипать, максимально невозмутимо фыркнула я и, выпятив губы, мечтательно перечислила: – Мужчина он взрослый, щедрый, опытный и…
– Это у тебя просто меня не было, – огрызнулся Марк и, шагнув ближе, предложил: – Можем проверить хоть сейчас. Начнём, пожалуй, с поцелуев.
– Оу-у, как многообещающе, – нервно хихикнула я и, пользуясь его перемещениями, шагнула ближе к дверям кабины. – А не боитесь опозориться, Марк Егорович?
– Фу, как официально, – скривился он и, выпятив губы трубочкой, плаксиво потребовал: – Нет, так не пойдёт. Давай, назови меня, как называла бы, будь я твоим мужем.
– Маркуша? – хмыкнув, поддразнила я, а у потенциального мужа дёрнулся глаз, а рожа смешно вытянулась.
– Нарываешься, зайка, – прорычал Марк, а я ощутила дерзкий азарт и добила новым вариантом.
– Маркусик, не нервничай так, я же типа любя и…
– Ну я тебя сейчас… – рявкнул Маркусик и, растопырив пальцы, пошёл на меня тараном.
Захотелось проломить двери лифта, оставляя в металле характерный силуэт, и дальше пойти уже пешком. Вверх или вниз, – неважно… Он же неадекват полнейший.
– Помогите, хулиганы зрения лишают! – добровольно примыкая к толпе неадекватных личностей, заверещала я, тарабаня руками в непрошибаемые створки.
Потом обернулась и, выставив руки вперёд, зажмурилась. Раздался смешок, потом носа достиг аромат мужского парфюма, а губ коснулись тёплые пальцы. Приоткрыв один глаз, уставилась на сосредоточенную рожу Марка, занятого размазыванием моей помады.
– Вот так явно лучше.
Лифт тренькнул, оповещая о прибытии на нужный этаж, а Марк усмехнулся и, подмигнув, первым вышел из кабины. Я пулей вылетела вслед за ним, обогнала с характерным фырканьем и, нервно процокав до приёмной, рухнула в своё кресло.
  
Щёки пылали от стыда, а грудь вздымалась от сорванного дыхания. Гадёныш! Довёл и доволен. Зайдя в приёмную размашистым шагом, Марк плюхнулся на диванчик для гостей и, щёлкнув пальцами, скомандовал: