Фантазия Огнекамня (ЛП)

— Давайте достанем этот камень, — объявила я.
Но когда я повернулась, чтобы поискать Сорена, ветры битвы приняли решительный оборот в худшую сторону — для всех нас. Огнекамень, очевидно, был слишком силён, чтобы он мог им управлять. Немёртвые напали на его живых солдат.
— Это должна была быть моя победа! — кричал Сорен на камень в своей руке, пока солдаты в чёрном падали под натиском армии нежити. — Моя победа! Моя армия!
  
— Сорен! — крикнула я ему. — Брось нам камень! Мы должны положить этому конец!
— Нет! — прорычал он, пока всё больше его людей погибало. Они образовали вокруг него защитное кольцо, но это ненадолго. — Ты просто хочешь его себе! Я не позволю тебе его заполучить!
— О, чёрт возьми, — проворчала я и повернулась к своим спутникам. — Как вы думаете, что произойдёт, если он будет держать камень, когда его убьют?
— Сомневаюсь, что мы хотим это выяснять, — отозвался Доминик.
— Согласен, — сказал Лекс. — Магия — сложная штука.
— Хорошо, тогда как нам избавиться от… — мой голос оборвался, когда я увидела Сереллу, несущуюся по полю боя и лавирующую между солдатами-нежитью. — Что она делает?
«Забираю камень», — прозвучал её голос в моей голове.
Ух ты, у этой пуки отличный слух. И двигалась она быстро.
— Мы должны помочь ей. Пожалуйста, — в отчаянии взмолилась я. — Если с ней что-нибудь случится…
— Не волнуйся. Я защищу её, — пообещал мне Доминик и побежал за Сереллой.
Лекс вздохнул, а затем сказал:
— Ох, какого чёрта? Я никогда раньше не спасал милую лисичку от армии нежити.
— Вообще-то, она пука, — крикнула я ему вслед, но он уже убежал.
Я сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, вытащила мечи и последовала за ними.
— Отдай его, маленькая воровка! — прошипел Сорен, размахивая руками.
Огнекамень был уже у Сереллы. Она спрыгнула с Сорена, пробежала мимо одного из его солдат, а затем совершила гигантский прыжок, приземлившись на вытянутую руку Лекса.
— Арина, лови! — крикнул мой брат, а затем перебросил Сереллу — и камень — через море нежити.
Я поймала её.
— Держу, — сказала я, прижимая к себе пуку. — С тобой всё в порядке?
— Да, только немного кружится голова. У твоего брата довольно сильный бросок. Держи, — она протянула мне Огнекамень.
Я покосилась на него.
— Интересно, как его выключить.
— Попробуй помахать над ним рукой, как это делал он, — предложила Серелла.
Я сделала, как она посоветовала, но ничего не произошло. Затем мы попробовали потереть его, встряхнуть, облизать. В конце концов, мы даже попытались ударить его о землю, чтобы разбить. Он не разбился. Но армия нежити превратилась в пыль, растворившись обратно в земле.
— Хм, — я наклонилась, чтобы посмотреть на Огнекамень, лежащий на земле. — Может, нам просто надо было перестать прикасаться к нему.
Серелла забралась мне на голову, присоединившись ко мне в моём бдении за камнем. Огнекамень не делал ничего впечатляющего. И пламя внутри него погасло.
— Как ты думаешь, его можно снова трогать? — спросила она меня.
— Ну, на всякий случай… — я сняла куртку и обернула ею Огнекамень, стараясь избегать контакта моей кожи и камня. — Теперь нам просто нужно куда-нибудь его спрятать. В безопасное место. Туда, где его никто никогда не найдёт.
— Я знаю, куда, — Серелла спрыгнула с меня, превратившись в большую обезьяну. Она схватила свёрток и исчезла.
— Она может телепортироваться? — спросил Доминик, подходя ко мне сзади.
— Это не было похоже на обычную телепортацию, — ответила я. — Я думаю, это что-то другое.
Серелла снова появилась в поле зрения, превратившись обратно в маленькую лисичку.
— Готово, — сказала она мне. — Камень в безопасности.
— Что ты с ним сделала? — спросил Доминик.
— Он в безопасности, — повторила она.
Он просто уставился на неё.
Не думал ли он о том, чтобы забрать камень себе? Для своего Дома?
— Никто не может владеть этим камнем, Доминик, — сказала я. — Он слишком могущественный. Слишком опасный.
Он моргнул.
— Да. Я знаю. Ты поступила правильно, спрятав его.
Сорен бросился на нас в ярости, и всё его тело было заряжено магией.
— Вы всё испортили! — он вытащил из-за пазухи пистолет и направил его на меня. И, прежде чем я успела подумать, он выстрелил три раза.
Доминик бросился вперед, принимая пули на себя. Я закричала, но из моего рта не вырвалось ни звука. Всё стихло. Казалось, само время остановилось. Доминик упал на землю, как в замедленной съёмке. Я подбежала к нему, но я была такой медленной.
В тот момент, когда Доминик ударился о землю, всё стало по-настоящему громким. Раздались гневные крики Сорена о том, что он попал не в ту мишень. Лекс выхватил пистолет у него из рук и грубо оттащил его в сторону. Стук моего сердца отдавался в ушах, как тиканье часов.
— Доминик! — вскрикнула я, рухнув на землю рядом с ним. — С тобой всё в порядке? Поговори со мной, Доминик! Ты жив?
Он открыл глаза.
— Само собой, — проворчал он.
— Ты сумасшедший, глупый мужчина! — я отодвинула края его пиджака и распахнула рубашку, даже не заботясь о том, что при этом оторвала все пуговицы. Мне нужно было осмотреть раны у него на животе.
Он издал горловой смешок.
— Тебе просто не терпелось сорвать с меня одежду, не так ли?
— Ты самый невыносимый мужчина, которого я когда-либо знала, — я перевернула его, ища выходные отверстия. Их не было. Дерьмо. — Почему ты бросился под пули?
Он поднял руку к моему лицу, нежно касаясь его.
— Я должен был защитить тебя.
— Тебе правда нужно прекратить это делать, бешеный ты псих, — сказала я.
Безумие, должно быть, оказалось заразительным, потому что в тот момент меня так переполнили эмоции — гнев, облегчение, страх и ещё кое-что пострашнее — что я поцеловала его. Его тело отреагировало мгновенно.
Руки сомкнулись у меня на затылке, его хватка была твёрдой, но нежной. Его губы прижались к моим, поцелуй был медленным и глубоким, безжалостным и чувственным. Руки Доминика медленно скользнули вниз по моей спине и сомкнулись на бёдрах. Его прикосновение пробудило во мне то, что я долго считала умершим.
— Арина, — прошептал он мне в губы, и в его голосе прозвучала опасная ласка.
И я чуть не потеряла рассудок. При условии, что от этого рассудка ещё что-нибудь осталось. Я обхватила его горячее, твёрдое тело и…
Я остановилась,
— Ох, что я делаю? — я убрала руки.
— Ты больше не целуешь меня, — укоризненно ответил Доминик.
— Ты ранен, — я слезла с него. — А ты — это… ты.
— Насколько я помню, да, — сказал он, слегка приподняв брови.
— А я — это я, — я указала на себя.
— Я, э-э, чему-то помешал? — спросил Лекс, присоединяясь к нам в нашем уголке непристойностей.
— Да, у Арины тут личностный кризис, — ответил Доминик, закинув руки за голову.
— Не двигайся, — рявкнула я на него. — Тебе нужно лежать спокойно.
Он бросил на меня удивлённый взгляд, но ничего не сказал.
— Тогда ладно, — я неловко откашлялась. — Серелла, не могла бы ты, пожалуйста, принести мой рюкзак? Он упал во время боя.
Серелла убежала и вернулась с моей сумкой.
— Спасибо, — я достала из рюкзака аптечку, чтобы как следует обработать раны Доминика. Поцелуи не могут заменить лекарство, что бы ни говорили нам поп-песни. — Не двигайся. В тебе три пули, и мне нужно немедленно их извлечь. Прежде чем я начну, может быть, тебе стоит принять обезболивающее?
— Я не принимаю обезболивающие, — сказал Доминик. — Они замедляют мой разум, и мне нужно быть начеку на случай, если мы столкнёмся с новыми неприятностями.
— Ты ожидаешь, что это произойдёт?
  
— Мы только что уничтожили армию нежити, спрятавшуюся под городом. Я не ожидал, что всё это произойдёт, Ари.
Я приготовила свои инструменты.
— Да, что ж, я думаю, это был волнующий день для всех нас. И, боюсь, для тебя он станет ещё более волнующим. Ты уверен, что тебе не нужно обезболивающее? Боль будет довольно сильной.