Осень бедствий (СИ)

Валежный.
Илья опустил голову и пошел за ним, словно телок на веревочке.
В канцелярии Валежный налил коньяка в стакан, протянул Илье, сам взял второй.
- Давай, на помин души... хоть и не любил я Петера, а все ж не стоило бы им так-то...
- А как - стоило?
Коньяк обжег горло, хлестнул по нервам.
- Не знаю. Сейчас и не скажешь уже...
- Тогда о чем тут говорить?
- О нас. Русина осталась, даже если Петера нет. И кто-то должен ей править.
- Вы?
Валежный покачал головой.
- Нет. Мое дело сражаться, страну я погублю наверняка.
- Тогда к чему весь разговор, тор?
- К тому, что власть надо брать. Петер успел оставить наследника.
- Что!?
- Это правда.
- И... кого?
- А вот это неизвестно.
И Валежный, и Илья знали, что под этим подразумевается. Пока стоит Русина, пока есть законный наследник - никому другому на ее престоле не сидеть. Погибнут в несколько лет. Вот если бы наследник сам кому престол передал...
Петер отрекся?
На словах-то да. А магия таких вольностей не признает. Император может потерять голову, но не корону. Перед смертью Петер мог передать наследство - так он и сделал, и магия этот выбор приняла. А до того - простите.
В глазах высших сил он был императором, он им и остался.
Илья опустил руки.
- Но если так...
- Скажи, Илья... ничего, что я так? Я тебя лет на двадцать старше...
- Ничего, Антон Андреевич. Все хорошо, - безжизненным тоном отозвался Илья.
- Не хорошо. Но что мы можем сделать - это взять Звенигород под свой контроль. А потом передать власть законному наследнику.
- Антон Андреевич...
- Эти крысы, что сейчас пируют в Звенигороде, как на туше дохлой коровы, добровольно власть не отдадут. Явись пред ними хоть сам Творец, что они сделают?
Илья невесело хохотнул.
- А мы что должны сделать?
- Я еду к войскам. Ты - со мной?
Илья помолчал пару минут. Но - что его ожидало? Анны нет. Сын в Звенигороде, он получил от сестры телеграмму, она собирается уехать в деревню, но чуть позднее. Боится голода, в Звенигороде все же можно достать хлеб, да и ребенок... Георгий достаточно болезненный малыш, врачи и лекарства должны быть под рукой. И потом, все это долго не продлится. Может, пару месяцев, может, год... но не больше, правда же?
Потом народы выберет себе нового императора, и тот будет править разумно и справедливо.
Илья не был пока ни в чем уверен, но ведь такой кошмар не может длиться долго, правда? Да и Звенигород - хорошее место. Столица же!
За сестру он покамест был спокоен.
А самому?
Что его ждет?
Да ничего хорошего, можно даже не сомневаться! Ничего! Либо он переходит на сторону Гаврюши, либо на сторону Освобожденцев, либо - Валежный предлагал третий путь, который позволял сохранить хоть каплю уважения к себе.
Они офицеры!
Они присягу давали...
- Приказывайте, ваше высокопревосходительство, - вытянулся в струнку Илья, давая понять, что беседы «по душам» закончились. - Все исполню.
- Приказ - идти на соединение с семнадцатым гвардейским. Сейчас подпишу приказ, будешь командовать. Оттуда телеграфируешь.
- Куда, выше высокопревосходительство?
- Мне. Я отправлюсь вот сюда, - палец с желтым крепким ногтем ткнул в карту. Здесь стоит Ферейский полк. Мы должны установить контроль над югом Русины. Если получится - можем начинать наступление уже зимой.
Илья подумал пару минут.
- Справимся ли?
- Маловато, конечно. И дезертирует много, и у освобожденцев частей хватает. Но должны справиться.
Илья кивнул еще раз.
- Приказывайте, ваше высокопревосходительство.
- Приказываю. Идти на соединение с семнадцатым кавалерийским, удерживать Подольский округ до моего подхода.
Илье оставалось только поклониться. Коротко, по-военному.
Валежный потратил вечер, разъясняя ему маневр. А когда наступило утро - уехал.
Илья поводил генерала и дал приказ собираться. Выступать.
Сам отправился на гауптвахту - и выпустил Орлова.
- Вы свободны, тор.
За время своего сидения тор изрядно отощал и пообносился, но злости поднакопил - на троих.
 
- Вы хоть представляете, что делаете, Алексеев?
- Отчетливо, - оскалился Илья. Пока была неопределенность, он и подвис. А когда стало ясно, что делать - сорвался с тетивы, словно стрела. И не собирался останавливаться, пока не напьется крови.
Илья был исполнителем, исполнителем талантливым, но увы - не лидером.
- Его высочество вас в пыль сотрет!
Илья чуть склонил голову.
- Передайте его высочеству мои уверения в совершеннейшем к нему почтении. Обещаю прислать ему самую лучшую ступку - и пестик.
- З-зачем?
- Для личного употребления.
Не обращая больше внимания на титулованного холуя, полковник вскочил в седло.
- Песню запевай!
Тор Орлов скрипнул зубами.
Полк уходил. И явно - на войну. Но куда?
Ох, как же он провалил поручение. Что ему скажет великий князь?
Тор Орлов предчувствовал опалу. А не хотелось, ой как не хотелось...
* * *
Жом Тигр в этот момент сидел в вагоне-люкс. И думал, что сюда только сигары не хватает.
Рюмка дорогого коньяка, сигара...
Курить ему не нравилось.
Ну и другие соображения были. Запах табака отлично выдает курящего человека. Некурящий человек его унюхает за версту. Ни к чему...
Табак - это зависимость, а зависимостей жом Тигр избегал всю свою сознательную жизнь.
Насмотрелся...
Впрочем, вспоминать сейчас детство и юность, ему не хотелось. А вот подумать о брате...
Что с ним?
Жив ли?
Хотя сердце покалывало еще вчера. И было, было у Тигра подозрение...
Что ж.
Если брат мертв...
Самого себя Тигр тоже не обманывал. Брат был единственной его привязанностью. Единственным родным и близким человеком, человеком, с которым они прошли через ад каторги, человеком, который полностью его понимал... пусть жестокий, пусть неуравновешенный, пусть хоть какой, но безмерно преданный и отчаянно верный своему брату. А это дорогого стоило.
Тигр прикрыл глаза.
- Жом Тигр...
Услужливый лакей кланялся, и только потому не упал в обморок. Таким гневом и яростью вспыхнули глаза Тигра, которого отвлекли...
- Выйди вон, - голос был холоден и равнодушен. - Выйди вон и не смей входить без вызова.
Лакей вылетел за дверь так, словно за ним настоящий тигр гнался.
А жом вытянулся на мягком диване и нагло скинул ботинки. Не принято?
Так носки меняйте чаще! Или портянки!
Хотя здесь и сейчас - носки. Тигр мог выглядеть как угодно, но сейчас ему хотелось выглядеть аристократом. Дорогой чесучовый костюм, шляпа, которая сделала бы честь даже великому князю, идеально повязанный галстук, сияющие, словно солнце ботинки...
И вагон, которым раньше он пользоваться права не имел.
Мечтать не мог, особенно в свете указа о посконном быдле, которое закрывало крестьянам дорогу к образованию, навеки оставляло в навозе...
Он - имеет и право, и силы, чтобы отстоять свое право. Он зубами его у судьбы вырвал! Из глотки выгрыз!
Но не стоит о грустном. Он - здесь, а его враги...
Их уже нет. И это радует...
Жом Тигр коснулся колокольчика, и когда появился испуганный халдей, приказал принести рюмку коньяка, лимон, графин с ледяной водой и какую-нибудь закуску.
Когда все было доставлено, он запер за лакеем дверь, сбросил пиджак, и улегся на диван. Достал из чемодана книгу и погрузился в чтение.
Да, страшный порок одного из столпов революции...
Он обожал читать.
Причем - все подряд, от текстов статей жома Пламенного, до дешевеньких дамских романов. Обожал читать настолько, что забывал обо всем.
Брат знал.
И еще одним тайным пороком жома Тигра была мечта о собственной библиотеке.
 
Громадной.
Заставленной книгами от пола до потолка...
И чтобы посреди этой библиотеки стол, кресло - и никто не мешал...