Лучший подарок (ЛП)

Она развернулась и вышла. Броуди же, остолбенев, так и остался стоять, глядя на закрытую дверь.
Так вот кем все его считали? Бабником, который совершенно не разбирается в женщинах и их чувствах? И что, чёрт возьми, она имела в виду, говоря «якобы впечатляющая»? Ходили слухи о его способностях в постели?
Броуди провёл пальцами по волосам. Господи, он даже не подозревал об этом.
Уайетт, открыв дверь, вошёл внутрь и, увидев брата, улыбнулся:
— О, хорошо, что ты здесь. Итан тоже подъезжает. Умираю с голоду. Хочешь пообедать?
Броуди поднял голову:
— Что ты знаешь о моей сексуальной жизни?
Взгляд Уайетта стал озадаченным:
— Эм… ничего, к счастью. И не начинай делиться этим сейчас.
Вошёл Итан, Уайетт бросил свой портфель на стол и обратился к брату:
— Эй, Итан, что ты знаешь о сексуальной жизни Броуди?
Итан замер на месте, перекинул взгляд с Уайетта на Броуди и спросил:
— Что? Ты пил?
— Нет. Но, думаю, Броуди выпил.
— Вовсе нет, — возразил Броуди. — У меня только что состоялся странный разговор с Тори.
Итан обыскивал свой стол, но остановился, взглянув на Броуди:
— Ты говорил с Тори?
— Пытался.
Уайетт сел и спросил:
— И вы как-то затронули тему твоей сексуальной жизни?
— Ага. Хотя я не знаю, как.
— Ты, скорее всего, и поднял эту тему, — предположил Итан с ухмылкой.
— Не делал я этого. Просто спросил о рождественском корпоративе и о том, почему мы мало общаемся. Думаю, я кое-что выяснил… или хотя бы попытался. Не знаю, я все ещё работаю над этим. Но вы знали, что у меня, похоже, репутация этакого кобеля, который спит с женщинами, а потом бросает их?
— О, да, я слышал о тебе такое… — произнёс Итан.
— Ты своего рода член для женщин, — добавил Уайетт.
Броуди удивлённо уставился на своих братьев:
— Серьёзно? Вы оба так думаете?
— Когда были твои последние серьёзные отношения? — спросил Итан.
— Ты имеешь в виду девушку, с которой я долго встречался?
Итан бросил взгляд на Уайетта.
— Он определённо не понимает, о чём речь, — Уайетт покачал головой.
— Ладно, выходит, у меня никогда не было такой девушки, — ответил Броуди.
— И тебе сейчас сколько? Тридцать?
— Ну и что? Я был занят.
Уайетт фыркнул:
— Ага, занят тем, что перетрахал уйму разных женщин. Не удивляйся, если все они считают тебя мудаком. Когда в последний раз ты приводил домой девушку, чтобы познакомить её с родителями?
Броуди задумался:
— Наверное, в старшей школе?
Уайетт взглянул на Итана:
— Тема закрыта, он мудак.
Итан кивнул:
— Согласен. Пойдём пообедаем. Хочу есть.
— Эй, — не согласился Броуди. — Я не настолько плох.
Итан и Уайетт направились к выходу:
— Продолжай убеждать себя, бро. Ты идёшь с нами?
— Нет, съем что-нибудь из холодильника.
— Что-то с плесенью неизвестного происхождения? — Уайетт сморщил нос. — Удачи тебе с этим, бро. Мы вернёмся через час.
После их ухода Броуди откинулся в кресле и задумался над словами Тори.
Итак, у него была паршивая репутация среди женщин — он признавал это. Он не был пай-мальчиком, однако не мог вспомнить ни одной из тех, с кем ходил на свидание, кто пожалела бы потом о расставании; ни одного звонка поздней ночью от дам, которые плакали бы из-за разбитого сердца. Кент никогда не давал обещаний женщинам, никогда не искал отношений — не тогда, когда они с братьями создавали компанию.
Броуди развлекался и не собирался извиняться за это. Хотя, возможно, он как-то подталкивал своих партнёрш к тому, чтобы поверить, что они были чем-то большим, в то время как у самого не было ни единого желания, кроме как просто выпустить пар и приятно скоротать время. Тем не менее, никто из женщин не расстраивался, что их бросили. Может, именно этого ему не хватало.
Ох, чёрт. Вот почему Броуди никогда не заводил романтических отношений. Он понятия не имел, как это делать и, тем более, как это делать правильно. Ничего не значащие мимолётные интрижки доставляли больше удовольствия и лучше подходили его образу жизни.
Но то, как Тори смотрела на него, и те слова, которые произносила…
  
Её ужасала мысль потерять всё, что имело для неё значение, лишь из-за одного поцелуя. Переступить с ним черту было так рискованно? Здесь было что-то большее, чем угроза потерять работу, он знал это. Но чтобы выяснить, что на самом деле беспокоило её, Тори должна была открыться ему.
— К чёрту всё. Почему я вообще беспокоюсь об этом? — Броуди провёл пальцами по волосам и решил раздобыть что-нибудь в холодильнике. Тори должна была стать проблемой кого-то другого, а у него и так забот хватало.
Тот необычный аромат её парфюма всё ещё витал в воздухе, когда он проходил мимо стола менеджера и осознал, что эта девушка была одной чертовски большой проблемой, которая уже давно засела у него в голове.
Она никуда не исчезала и по-прежнему оставалась той самой задачей, которую нужно было решить.
Глава 2
— Я не шучу, Каллиопа. Он зажал меня в углу в офисе и хотел поговорить о прошлогодней рождественской вечеринке.
Лучшая подруга Тори потягивала маргариту и притворно ужаснулась:
— Должно быть, это было невыносимо для тебя. Какой подлец!
Тори прищурилась, глядя на Каллиопу:
— Ты говоришь неискренне.
Каллиопа сдвинула очки на переносицу и подпёрла голову рукой — видно, эффект двух маргарит натощак уже давал о себе знать.
— Во-первых, я рада, что сейчас вечер пятницы, потому что я немного выпила. Во-вторых, мне кажется, я совсем не пьяна. Разве я так сказала?
Тори ухмыльнулась в ответ:
— Да.
— Ладно. В-третьих, в конце концов, вам с Броуди нужно обсудить важные вещи.
— Я не хочу разговаривать с ним. Мне нечего сказать.
— Игнорируя его, ты не придёшь к тому, что проблема — или твои чувства к нему — исчезнут, ты же знаешь, — она вытащила коктейльную палочку из бокала и указала ею на Тори.
— Я ничего к нему не чувствую.
— Врёшь. Ты не равнодушна к нему с тех самых пор, как тебе исполнилось пятнадцать, а он был сексуальным квотербеком-выпускником в старшей школе.
Тори, прищурившись, взглянула на Каллиопу и произнесла:
— Видишь, что случается, когда доверяешь все свои тёмные секреты лучшей подруге. Ты бросаешь их прямо в лицо.
Каллиопа пожала плечами и возразила:
— Нет, я возвращаю тебе твои же чувства, дорогая, как ты мне, когда я влюбилась в Уайетта.
— Это не одно и то же.
— Правда? Ты безумно влюблена в Броуди уже много лет. Разве не пора признаться и сделать что-то, как я в своё время поступила с Уайеттом?
Тори покачала головой:
— Твоя ситуация с Уайеттом совсем не похожа на мою с Броуди. Уайетт был подавлен из-за развода с твоей сестрой, и ты помогла ему пережить это, а в процессе он влюбился в тебя. Я и близко не подойду к Броуди, потому что он кобель с пресловутой репутацией, бросающий каждую женщину, перед которой обнажается.
Каллиопа фыркнула и сделала глоток:
— У него плохая репутация, согласна. Но дурная слава альфа-самца в постели ещё никому не мешала. Разве тебе не хотелось бы такого? Может, ты сможешь исправить его и превратить в однолюба.
Теперь, чтобы избежать неловкости, настала очередь Тори решительно фыркнуть, что было не совсем в её стиле:
— Вряд ли это произойдёт.
— Да ну? А он был с кем-то после той ночи на рождественской вечеринке?
— Откуда мне знать? Я не веду расписание его встреч с женщинами.
— Ой, успокойся. Это маленький городок — каждый знает, кто с кем спит, слухами земля полнится. А о таком горячем парне, как Броуди, молва не умолкает каждый раз, стоит ему появиться в городе с очередной женщиной, повисшей на его руке. Ты слышала что-то… что-нибудь о его похождениях с той прошлогодней вечеринки?
Тори задумалась, кусая нижнюю губу:
— Ну, в общем-то… нет.
Каллиопа опять указала на неё коктейльной палочкой: