Новая жизнь темного властелина. Часть 2 (СИ)
Я посмотрел на неё поверх бокала с вином.
Заверил:
— Клиентки все, как на подбор знатные, госпожа Барелла. В нынешнее время вы вряд ли найдёте для своего салона более подходящих. Не сомневайтесь.
Вопросительно приподнял брови.
— Надеюсь, — сказал я, — что и вы меня не подведёте.
— Господин Силаев! — сказала хозяйка борделя. — Мои девочки лучшие! Неужели мы хоть раз дали вам повод в этом усомниться?
— В ином случае я бы к вам и не пришёл, госпожа Барелла.
Краем глаза уловил движение. Повернул голову — увидел, вверху знакомые лица. Склонившись над перилами второго этажа, мне махали руками Чёрная и Белая. Заметил, что с того дня, как я их выбрал из десятка претенденток, компаньонки сдружились. Послал им воздушный поцелуй — жрицы любви радостно взвизгнули. Вот они-то мне сейчас и нужны.
— Когда вы сможете принять гостей, госпожа Барелла? — спросил я.
Выбрался из-за стола.
Почувствовал желание прилечь, вздремнуть. Скастовал на себя «бодрость» — пока мне было не до сна. Чтобы выполнить данное Мышке обещание придётся этой ночью немало побегать.
— Да хоть прямо сейчас! — сказала хозяйка борделя.
— Ладно, — сказал я. — Тогда готовьтесь.
* * *
Вернулся в Мужскую крепость, убедился, что в зале для игр ничего не изменилось. Дети оставались на своих местах. Змеихи… или гадюки, как они представились самопровозглашённому городскому совету, спали там же, где я их усадил.
Скастовал «массовый сон». Никогда не любил это заклинание: уж очень неодинаковый оно давало эффект. Попавшие под его воздействие живые существа засыпали на разные сроки, часто по времени отличавшиеся на порядок.
Детские голоса смолкли.
Я окинул взглядом зал, оценил объём работы.
До утра должен управиться. Вздохнул.
Поднял с пола первую пару детишек — направился с ними в эльфийский дом.
* * *
Вынес из апартаментов очередных спящих девочек, передал их компаньонкам.
— Господин, откуда вы их там берёте? — спросила Чёрная.
Погладила ребёнка по лбу — убрала с того слипшуюся от влаги чёлку. Прижала девочку к своей груди. На мгновение позавидовал спящей боярышне.
— Много их там ещё? — поинтересовалась Белая.
Ей досталась девочка постарше, с эмблемой рода Сомовых на грязной одежде.
— Осталось примерно столько же, — сказал я.
Вытер вспотевшие ладони о кафтан. Из зала для игр перенёс в бордель всех. Теперь собирался наведаться в столовую Мужской крепости.
— Ээээ… господин Силаев, — сказала госпожа Барелла. — Вы так и не объяснили, что нам с ними делать.
Повторил ей то, что уже говорил компаньонкам:
— Дарить ласку и наслаждение.
— Детям?
— Дети тоже любят ласку, госпожа Барелла, — сказал я. — А наслаждение они сейчас испытают, если вы их помоете, накормите и уложите спать.
— Спать? — сказала хозяйка борделя. — Куда?! Господин Силаев! вы говорили: их будет…
— Сто пятнадцать.
Хозяйка салона всплеснула руками.
— Но у нас же нет столько кроватей! — сказала она.
— Я уверен: вы что-нибудь придумаете, госпожа Барелла, — сказал я. — Я в вас верю. Не сомневаюсь, что вы и компаньонки меня не подведёте. Ведь вы же профессионалки!
* * *
Перенёс из столовой в Мужской крепости последнюю девочку — передал её на попечение компаньонок.
Всё.
Сдал детей в бордель.
Это подвиг носителя белого плаща?
Или злодеяние тёмного властелина?
Посмотрел на своё отражение в зеркале. Да уж — тот ещё у меня вид. Мне бы тоже сейчас не помешала забота жриц любви. Как и детям. Не отказался бы, если бы меня помыли, накормили и уложили спать.
Скастовал на себя «бодрость» и отправился в Реву. Подумал, что Мышка и Васелеида уже наверняка спят. Но ошибся в своём предположении.
* * *
Вошел в комнату борделя в Реве — застал Мышку и Васелеиду сидящими на кровати. Боярышня и слуга рода заметили меня, прервали разговор. Мелкая улыбнулась, смахнула с лица влагу; Вася соскочила на пол, опустилась на одно колено, склонила голову.
— Господин! — сказала она.
Подняла на меня опухшие от слёз глаза — ну точно, как совсем недавно Мышка.
Спросила:
— Ведь мы же отомстим?
Глава 62
Слышал, как утром Мышка и Васелеида решили спуститься в общий зал, чтобы не мешать мне спать.
— Спи, братик, — сказала боярышня.
Почувствовал: мелкая поцеловала меня в щёку, прежде чем ушла из комнаты.
О том, что я мужчина Мышке сообщила Васелеида — в моё отсутствие. Не знаю, как именно слуга рода Силаевых сумела объяснить мелкой этот факт. Но уже сегодня перед сном боярышня меня обняла и впервые назвала «братиком».
Даже я почувствовал, что в этом мире слово «братик» звучало более чем странно.
* * *
За обедом выслушал Мышкину историю.
Фонтанируя эмоциями, боярышня рассказала, что произошло с ней после того, как я отправился путешествовать. Поведала мне о том, как они с Рослей часто меня вспоминали; как разглядывали карту, представляя, где именно я успел побывать; как гадали, когда увидят меня снова.
Мышка призналась, что они с Рослевалдой скучали по мне. Боярышни часто рыдали вместе перед сном; говорили друг с другом о моей с ними первой встрече, о моих «замечательных» глазах и «чудесном» голосе, вспоминали тот «печальный» день, когда я уехал.
— Правда-преправда! — сказала Мышка. — Росля плакала. И успокаивала меня: твердила, что ты обязательно к нам вернёшься, что нужно только немного подождать, потерпеть. Мама тоже так говорила, когда видела, что я грущу. Она пела нам по вечерам бабушкины песни. Не каждый день. Но чаще, чем раньше. У неё получалось не так хорошо, как у тебя, братик. Но нам с Рослей нравилось её слушать.
Вздохнула. Улыбнулась мне. Она не замечала, что плачет.
— Я дождалась тебя, братик, — сказала Мышка.
И добавила:
— А они — нет.
Варлая Силаева отправилась к Оргоне, чтобы наказать пираток. Пообещала дочерям, что постарается не задерживаться. С тех пор Мышка её не видела.
Боярышня каждый день ждала, что мама вот-вот вернётся. Гадала, какой подарок та привезёт ей из Оргоны. По утрам ходила к маминой спальне: проверяла, не расправлена ли постель.
А однажды обнаружила, что дверь в кабинет Варлаи приоткрыта. Заглянула туда и увидела на любимом мамином диване сестру и тётку Кишину. Обе рыдали.
С того дня Рослевалда ночевала в Мышкиной комнате, на диване. Но случилось это лишь дважды — когда Мышка ещё жила дома.
Те самые пиратки, которых отправилась прогонять её мама, пришли к Бригдату. Боярышня случайно узнала об этом из разговоров служанок.
В то утро Росля разбудила Мышку на рассвете, покормила завтраком и отвезла в первый квадрат. Сказала сестре, что до вечера той придётся побыть в Главном храме предков, где до прихода Мышки уже собралось много детей.
Рослевалда не обманула: ночевать в храме детям не пришлось.
— Верховная жрица сказала, что мы должны уйти, — сообщила Мышка. — Прогнала нас из храма и из квадрата — к этим… тёткам. Сказала, что все наши родные оказались слабыми и погибли. Она назвала нас… я точно не помню… Сломанными? Плохими?
Всхлипнула.
— Кира, так это правда, что их всех убили? — спросила она. — Кира, что мы теперь будем делать?
* * *
Я скастовал на Мышку «сон». Пусть мелкая отдохнёт и успокоится. Оставил её в ревском «Доме ласки и удовольствий» под присмотром Васи.
Сам же решил прогуляться в первый квадрат Бригдата.
* * *
Столица Кординии встретила меня полумраком, запахом меллорна…
… И ударом в грудь.