Академия Зож - 2 (СИ)
- Что, удивлены? Не ожидали? – я подалась вперед на стуле, обуреваемая жаждой подробностей. – И источнику поверили?
А потом поняла, что неправильно себя веду, и почти выдала себя с головой и застыла изваянием, но гном ничего не заподозрил с косого глаза. Интересно, это Кертис его так «скосил» все-таки? Уж больно хитрый вид у Алана…
- Да разве такое ожидаешь? А верить… Обет памяти в академии был, он сам за себя говорит, не важно, кто во что верит, раз человека нет. Но стоит признать, что у нас с твоей «пра» были сложные отношения. Я за столько лет так и не понял, то ли она так самоотверженно спасала тебя, то ли себя. Хотя, знаешь, при первой встрече я твою «пра» жутчайше невзлюбил: она меня поймала на сделке с ректором и принялась шантажировать. А мы – гномы, сама понимаешь, шантаж на дух не переносим. Сторговались на три капли крови и не микрокаплей больше, как бы она не просила спасти свою внучку от болезни, то есть тебя. Но судьба решила сыграть со мной злую шутку, и получилось, что получилось.
- Это про события двадцатилетней давности? – наводящие вопросы не оправдывали возлагаемых надежд. Эх! Зато тот красный квадрат на тарелке был хорош!
- А о чем же еще?! – важно заметил Альф и замолчал, явно не собираясь продолжать. Я в панике посмотрела на Кертиса и заметила, как шевелятся его губы, прикрытые чашкой от прозорливых гномьих глаз. И уже через минуту Альф с удовольствием рассказывал раньше, как под заклинанием болтливости:
- Обвала я не ожидал. И твоя «пра» появилась, как манна небесная. Правда, я сначала принял ее за интриганку, которая все спланировала и жутко орал на нее. Ой, страшно вспомнить, как только не обзывал, говорил, что она не ценит, что я ей дал. Но когда привидение позвала тебя на помощь, а нас с тобой вдруг завалило так, что чуть оба не погибли – я понял, как ошибался. Какая «пра» своего потомка угробит? И когда она своими советами нас обоих из могилы вытащила – я проникся благодарностью. Но потом она наглела все больше и больше, не стесняясь просила, а потом открыто требовала. А долги, как ты знаешь, гномы лучше всех считают! Так я подсчитал: свой долг за двадцать лет я столькими литрами гномьей крови и слитками выплатил, что хватит построить целый подземный город. Но как бы то ни было, я верил в ее искренне сердце по отношению к тебе. Как мое, ты знаешь! – Альф стукнул себя в грудь.- Я ради своей крестницы ничего не жалел! Но когда ты последний раз была здесь, ты не выглядела счастливой, помнишь? И когда ты мне сказала, что обнаружила то, о чем никогда не догадывалась.
- О чем? – я задержала дыхание.
- Как о чем? – Альф удивился. – Конечно же речь о том, что ты выяснила, что никогда не была больна и твое тело не требовало постоянных вливаний! Вот тогда я впервые подумал: а почему двадцать лет назад ведьма позвала свою пра-пра-пра…внучку, а не моих крепких ребят? «Побоялась, что не поверят?» - Такие мысли меня одолевали! – «Вдруг, это все задумано заранее!»
- Ты так сильно в ней сомневался?
- И да и нет. И хотел и не хотел верить в это. Странное для гнома чувство – эта ваша неопределенность, - тяжело вздохнул Альф. – Все-таки двадцать лет в деловых отношениях, пусть и своеобразных, а партнерами так легко гномы не раскидываются. Надо все сто раз перепроверить, прежде чем копнуть на глубину!
Истинный гном! И сравнения у него тоже гномьи!
Мне так и хотелось спросить у Альфа, что же еще в свой прошлый визит сказала Мари, но гном замолчал и я с мольбой посмотрела на Алана, но тот отрицательно мотнул головой – нельзя. Почему я не знала, но настаивать не стала – укротитель, как знаток приказных дел, вряд ли бы стал просто так упорствовать. Впрочем, я зря беспокоилась, гному и не понадобилась еще одна доза, он продолжил разговор:
- Я думал, деточка, что у нее, как у вагонетки без драгоценного камня – тормозов нет. Но если ты жива, значит, я зря так на нее грешил. И тот случай с нами, наверное, объясним…
- Греши. Она меня чуть не сгубила, - решилась на откровенность я, рассчитывая выудить еще что-нибудь о прошлом ведьмы и Мари.
- Теперь ты уверена в этом? Появились доказательства? – гном не дал ответить на свой же вопрос и сам себя перебил: - А ведь я еще тогда подумал, что как-то все слишком гладко получилось с нашим обменом крови, чтобы выжить. И что она все так детально знала, будто готовилась…
А ведь судя по его словам – он долго об этом думал. И подробно. Гномов, все-таки, трудно обдурить. Только если они сами не желают обратного. И, словно в подтверждение моим словам, Альф добавил:
- Только я тогда совсем не пойму, зачем Вам понадобилось мальчишку спасать? А ведь доказательство вон – перед носом, - гном показал на кота, что так и растелился на полу после гостеприимства шкурки редкого создания, и я перевела взгляд на тщедушную тушку.
И почуяла неладное. Шкурка кота как-то странно поблескивала, будто испарялась на миг и появлялась вновь.
- Что с ним? – я мигом забыла о том, кто я есть и в чьем теле, бросилась к брату во второй бедовой ипостаси и аккуратно дотронулась до шерсти. От нее шел жуткий жар, что чуть не опалил подушечки пальцев. Кот стал метаться по полу, будто его мучили насекомые, но глаза не открывал. Хвост вытянулся от напряжение палкой и так и застыл, а потом кот в один миг стал Заком.
- Ой, опять переворот! – Альф попытался встать на ноги, но уперся пузом в стол и шлепнулся обратно на седушку, приговаривая: - Зря блокирующий поводок снял! Опять голой задницей сверкать будет! Вот почему этих перевертышей не люблю – ни стыда, ни совести, да и кошелек, беднягам, положить некуда.
Ну да, последнее для гнома – особо весомый аргумент в симпатиях. А вот мне было сейчас не до предпочтений малого народца, брат снова превращался в кота, не успел Кертис прикрыть его голое тело своим камзолом. Я же считала, что не до стыдливости, когда дело пахнет жаренным. А судя по напряженному и до боли серьезному лицу Алана – ничего хорошего в такой постоянной смене превращений не было. На наших глазах он продолжал меняться туда-сюда не прекращая, отчего я не задумываясь, взъелась на гнома:
- Что с ним сделали?!
Альф нахмурил кустистые брови и пожал плечами, доблестно снимая груз ответственности со своих плеч.
- Это бесконечный переворот, - Кертис пояснил сквозь плотно сжатые зубы. – У нас мало времени. Это отнимает у него очень много внутренних сил и магии.
- Из-за чего? Это все шкура этого редкого животного? – я тут же передумала вещать ее к себе в комнату. Ни к чему такое счастье!
- Нет, из-за сдерживающего оборот поводка, - Алан показал глазами на серебристую цепь-ленту, что небрежно свисала с одного из стульев, концом касаясь пола. И я вспомнила, что Альф именно ее отстегнул или развязал на теле кота.
Как там он сказал про Зака? Что не надо его в человека оборачивать? Больно шумный? И он таким образом решил проблемы свободы своих ушей, усложнив жизнь нам с братом? Ну гном, ну молодец! Как будто мне мало проблем! Хорошо хоть немного свет пролили на прошлое Мари и ведьмы, а то бы ушли с одними потерями.
- Надо торопиться! – Кертис взял на руки кота и он тут же превратился в Зака, заставляя Алана широко расставить ноги, чтобы перенести центр тяжести и подстроиться под разом потяжелевшую ношу.
- Куда это вы? – Альф усиленно моргал, пытаясь протрезветь, но у него из рук вон плохо выходило.
Кертис повернулся с таким видом, что у гнома все вопросы отпали, кажется, на скунду в нем даже шевельнулось чувство вины. Но это только на секунду, потому что дальше он спросил:
- Мари! Но ты мне так и не рассказала, как выжила и что произошло!
- Потом, крестный! Все потом! – отмахнулась я и одной рукой взяла край шкурки-двери, а другой – за Алана. – Если я не спасу Зака, то не прощу себя.
-Какая ты сердобольная, деточка! Все-таки у тебя с ним особая связь с детства… - Альф тяжело сел на алую софу и прокричал вслед: - Алан Кертис, отца не забудь привести!
Когда мы оказались к подземном ходе, то я запоздало поняла, что не спросила, куда же нам бежать. Не по подложке же для чучел вверх, должен быть нормальный вход!