Академия Зож - 2 (СИ)
Когда я подошла к мирно сопящей во сне ведьме и взяла в руки щекочущий комок шерсти, то тут же уверилась в подставе. Мирный сон Зака вдали от гномов – лишь миф, который навязала грымза. Братец до сих пор страдает, а эта нахалка решила избавиться от меня, да еще приплести в кровавые разборки мою родню. Ух, негодница! Мало тебя Тео опустошил, надо было…
Вот тут я пожалела собственное родное тельце и решила: что бы то ни было, надо отправить ведьму восвояси, от греха подальше, пока не придумала еще что-нибудь более извращенное. И эмпата отослать, а то больно прозорливый в своих гастрономических изысканиях. И Эриса найти, а то как претендовать на статус жениха Мари – так он первый, а как беда – поминай как звали. Где его носит? Сказал же до этого: я рядом, зови, если что. Так вот «Что» уже случилось. Где, спрашивается, защитник?
- Зак у гномов, - зачем-то сказала я чучелу, которого видела последним оплотом нормальности в этой странной ситуации. На что пугало важно кивнул, абсолютно разделяя мою точку зрения. И на том спасибо! Надо будет не забыть отметить его первое слово, сказанное недвано, дабы говорил побольше.
- Бабах! – дверь ударилась о стену и отлетела назад, закрывая стоящего в дверном проеме Эриса Драгоса. На лбу алой потрескавшейся кровью была начерчена руна забвения – это всплыло в мозгу Мари и моем само собой, будто непоколебимая истина. Ого, оказывается, иметь знания опытной ведьмы очень даже выгодно! И как же не повезло призраку со мной – в моих недрах серого вещества ни одного знания руны, ни единого заклятия – чистый лист. Пусть кушает, не обляпается.
Бабах! Ударилась дверь об стену второй раз, но сейчас дракон был более предусмотрительным - выставил руку вперед и не дал закрыться деревяшке.
Воинственный слиток, судя по всему, заключил с драконом союз и приступил к наступлению – бросился со всех своих бесценных ног к эмпату в пылу атаки, с золотой шпажкой наголо. И, как и следовало ожидать, потерпел сокрушительное поражение: в бесцельных попытках затыкать до смерти ногу, был отброшен пинком в дальний угол, из которого еще долго не мог выбраться.
Зато Эрис обещал быть в расправе гораздо успешнее. Так сказать, раздраконенный призрачной ведьмой и, наконец, скинувший сковывающее заклинание, он готов был рвать и метать, но мишень, как таковая, оставалась одна – Тео Гун. Драгос не знал подробностей предыстории, явно оценивая все с истинно мужской точки зрения, впопыхах: одна дева повержена (это Дженни), а вторая вот-вот попадет под удар (а это уже про меня). И, как истинный герой, решил вывести недруга из строя.
- Все не так, как ты думаешь, Эрис! – я вклинилась на пути его движения к убийству.
Драгос остановился, посмотрел на меня с видом «Что, серьезно?!» и спросил:
- Слишком заезженная фраза, не находишь, душа моя? – Эрис хищно втянул воздух через нос, грудная клетка раздалась вширь в размерах. – Я разберусь с незваными гостями, а потом мы поговорим…
- Эрис… - я одернула его за руку, когда он приблизился к стоявшему словно истукан Тео Гуну.
- Подожди, родная, мне нужна всего минутка и тут будет покой.
- Эрис!
- Минутка!
- Эрис!
- Мари!
- Я не Мари, Эрис, мать моя тигрица!
Пауза. Долгая, тягучая, словно растопленная смола, липкая. Скажи слово – и увязнешь так, что не выберешься. Оттого и остается, что просто смотреть и ждать. Чего? Реакции или вопроса, чего же еще!
Зато сразу стало легче на душе! Эта давящая каменным прессом тяжесть испарилась в мгновение ока, стало свободней дышать. Тугой корсет вины разошелся по швам, нитки лжи посыпались на пол. Да и не было смысла дальше разыгрывать этот фарс, если главная вражина не поверила в представление и четко нацелилась меня убить.
- Мари, что за околесицу ты несешь? - Эрис упорно не хотел верить собственным ушам. Хмурился, жмурился, делала все, что угодно, лишь бы не слышать правду. – Ты просто не помнишь, в этом нет ничего страшного. Мы пройдем этот путь вместе, ты все вспомнишь…
- Нечего вспоминать! – чересчур громко крикнула я, и, заметив тень непонимания со стороны Драгоса, сбавила тон, слегка стушевавшись: - Прости, я понимаю, как тебе больно, но я не твоя Мари. Я… Дженни…
Щека Эриса дернулась, а эмпат показательно хмыкнул, заведя глаза к потолку. Что-то в выражении лица дракона дало мне уверенность, что я все правильно сделала: Эрис на необъяснимом уровне, похоже, тоже чувствовал неладное, но упорно игнорировал тревожные звоночки. Пусть ему будет больно сейчас, но эта необходимая и неизбежная боль. Нельзя оттягивать, если ведьма все и так знает – обмануть ее не удалось.
Эрис заново осмотрел комнату, внимательно пробежался взглядом по всем деталям разыгравшейся недавно сцены и ее последствиям, задержал взгляд на мирно сопящей «Дженни». Потер лоб, будто у него резко началась ужасная мигрень, а потом внимательно посмотрел на ладонь. Отпавшие от нарисованной руны частички засохшей крови остались на ладони, и дракон уже совсем другим взглядом посмотрел на спящую на полу девушку. Золотые перчатки на руках ведьмы в кои-то веки молчали – умные, не хотят попасть под горячую руку. Чучело на кровати озабоченно завозилось, эмпат вытянулся в тугую струну. Драгос подошел к кровати и поднял что-то с пола. Сверкнуло фиолетовым отливом заговоренное острие магического кинжала. Узнавание четко отразилось на лице куратора, после чего он дернулся всем телом, будто его поразила молния.
Чучело, что находилось в максимальной близости от трансформатора, стало отползать подальше, но больше никто в комнате не смел двинуть и пальцем. Драгос стоял ко мне спиной, но для того, чтобы почувствовать сгущающуюся вокруг тьму болезненного понимания не нужно было смотреть в лицо мужчине. Каждая мышца тела была натянута, словно тетива лука, напряжена до предела. Похоже, что в этот момент Эрис и без подсказок все разложил по полочкам, без лишних объяснений осознал, что произошло. Все-таки подчерк призрачной ведьмы за время совместной работы он мог узнать издалека, да вот только раньше не хотел видеть все намеки. Но теперь правда обрушилась на него, словно чан кипятка, заставляя испытывать боль до самых костей.
- Вон! – отчаяние кричало в каждом звуке этого слова. – Пошли все вон!
Пространство окатило предупреждающей энергетической волной. Животный страх скрутил кишки, затошнило, инстинкты кричали: «Спасайся!».
- Бежи-и-им! Дракармагедец наступает! – первым скинул оцепенение болтливый слиток. – Но нам надо что-то с ведьмой делать!
- Боюсь, он прав, как никогда. Трансформатор близок к обороту и сейчас… - воспитанный слиток так растянул речь, что собрат не выдержал.
- Да и так ясно! Что с ведьмой-то делать?! Не бросать же! – крик души дошел до меня не сразу. Я нехотя перевела взгляд с гранитных по тяжести переносимой боли плечей Эриса на золотые голосящие перчатки, после на ничего не подозревающую спящую ведьму и силой заставила себя действовать. Драгосу я сейчас ничем не помогу, он никого не желает видеть, эту дробящую сердце боль он должен пережить сам, без лишних глаз. Но угроза оборота, что давила на глубинный инстинкт самосохранения, была нешуточная, грозящая разнести дом в клочья, если мы не уберемся отсюда в ближайшее время.
И слитки правы – вопрос с ведьмой надо решать. Прошлой пыльной метелке нашего врага доверить я не могла, тем более – в моем родном теле, оставался только верный помощник – летающее бревно.
- Летун! – позвала я, с удивлением слыша усталый еле слышный голос, что исходил из моего пересохшего горла. Похоже, резерв сил тела Мари был практически на нуле, я стояла на ногах на чистой силе духа.
Бревно на ходу боднуло эмпата, отчего тот тут же порастерял весь свой заносчивый вид, и с готовностью зависло рядом со мной.
- Давай посадим на тебя ведьму, - я подошла к собственному телу и обратилась к смекалистому золотишку. – Сможете удержать ее на бревне?
- Да легкотня! Только давайте быстрее, у меня аж проба плавится!