Академия Зож - 2 (СИ)
Свист стрелы, рассекающей воздух, слышали? Так вот, тут в сто раз круче! А понимание, что Летун со всего размаху зарядит в стекло с охранными рунами, заставило преодолеть слабость в коленях и бегом метнуться к окну, чтобы снять защиту. Расщепит же мое бревнышко на таких скоростях, как пить дать!
Тело Мари сохранило прекрасную мышечную память: стоило подумать о снятии защиты, как рука сама взметнулась к стеклянной глади, загорелись зеленым мелкая вязь рун. Все-таки хорошо быть опытной ведьмой!
Но первым делом в комнату влетел совсем не Летун, а какая-то облезлая метелка в паутине. Закрутилась на входе, дезориентированная, будто спутанная заметалась из стороны в сторону и через секунду тревожно замерла. Это что это? Прежний транспорт ведьмы Гортензии-Патриции Финис? Если правильно вспомнила, как нужно звать-величать бывшего куратора ведьм…
Похоже, метла-то завалялась пару столетий лежать без дела, постарела, бедняга. Пусть она и находилась под защитой магического сохранения, но многолетний простой еще ни на ком положительно не сказался.
- Так и думал! – многозначительно изрек интеллигентный свиток.
Призрачная ведьма в моем теле хищно улыбнулась при виде своего транспорта, а потом победно покосилась в сторону золотых перчаток. Тут можно даже не гадать – гадость задумала.
Вдруг воздух буквально распорол Летун, с лихого разворота зашедший на посадку и ловко влетевший в оконный проем. Злонамеренно или случайно, но бревно не смогло до конца остановить свое движение и слегка толкнуло ведьму в бок, отчего та упала, совершенно сбитая с толку.
Да-а-а, это тебе не прозрачное тело иметь! Надо было подумать перед захватом.
Я перевела взгляд на свое любимое бревнышко и закашлялась:
- Ты зачем его сюда притащил?
На самом конце бревна вверх тормашками висел великий потомок рода Гун. Костяшки пальцев Тео побелели от напряжения обезьяньей хватки, а ноги, кажется, больше уже не могли разжать стальной захват. А волосы, волосы-то! Абсолютно каждый белоснежный волосок бунтовал от ужасного обращения с хозяином и стоял по стойке смирно.
Бревно приподняло один край, будто мордашку и закачало им из стороны в сторону, словно оправдываясь – оно тут не при чем. Это он сам!
Но стеклянные глаза эмпата, что были расширены от ужаса, пока ничего не выражали, кроме шока. Хотя, вверх ногами точно распознать глубину эмоций было сложно – вот отлепится от древесинки волшебной, тогда и скажу.
Однако, Тео Гун оказался не так прост и быстро пришел в себя. Или же «Дженни» на него так повлияла… Стоило его взгляду сфокусировался на девушке, как он совсем не величаво матернулся, что уж точно было не достойно ушей великих предков. О, как умеет, оказывается!
Эмпат камнем рухнул вниз с таким глухим стуком, что даже слитки-перчатки озабочено запричитали. Но там где обычному магу – смерть, там питающимися эмоциями эмпату – разгул для деятельности. Вот только окунуться с головой в пиршество эмоций ему не удалось, он нынче на диете после поедания грибочка Летуна. Как только посмотрела на блондина, так сразу поняла, что не полегчало парню: впавшие щеки, неестественная бледность, бросающаяся в глаза синева прежде кукольно-розовых губ. В общем, эмпат в завязке – то еще зрелище, скажу я вам!
Пока я разглядывала Тео Гуна, он голодными глазами пожирал «Дженни», медленно поднимаясь на ноги. Двигался не спеша, словно боялся преждевременно спугнуть жертву, а потом внезапно сграбастал в захват ничего не подозревающую ведьму. Почему захват? Да потому что объятием блокировку всего тела сбоку с прижатием рук к телу было трудно назвать.
- Юноша! – взбрыкнула ведьма, но быстро осеклась, сообразив, что она же сейчас современная молодая девушка, которая сказала бы что угодно, но не это возмущенно-презрительное: «юноша».
А между тем у блондичика глаза быстро подернулись сизым туманом, что, как я уже прекрасно знала, свидетельствовало о том, что он вовсю использует свой дар и вытягивает эмоции из ведьмы. Было так странно наблюдать, как страдает мое тело от непомерных аппетитов эмпата, а душа между тем радуется, что спасение пришло, откуда и не ждали. Вражина на глазах теряла силы, судорожно пыталась освободиться их плена сковывающих перчаток, но с каждым движением действовала все медленнее, а тело становилось все более вялым. Изрядно похудевший Тео спустил голод с цепи и не контролировал свои силы, отчего уже через несколько секунд у моего настоящего тела подогнулись коленки.
Похоже, сейчас призрачная ведьма могла использовать свою силу только при помощи моей крови и не владела чистой силой слова. Вот только, интересно, почему? То ли действительно еще не вернула все знания, и ее умения не устаканились в новой голове, то ли нужно было освежить все с помощью гримуара? Интуиция подсказывала, что второе, и она просто растеряла свои знания за спустя столько десятилетий магического бездействия в статусе привидения.
Хотелось надавать великому потомку по бледным ушам, но тут эмпат резко отстранился от «Дженни» и выпучил глаза так, будто хлебнул эмоций через край и они у него полились из носа и ушей. Потом парень надул щеки, словно готов был отдать обратно все только что жадно съеденное, после чего судорожно сглотнул и стал захватывать ртом воздух, будто рыбка на берегу.
Значит, голодал великий потомок рода Гун, голодал, а потом, припомнив, что только от меня по-прежнему мог чувствовать вкус эмоций, решил взять в осаду Летуна и ждать появления хозяйки? Помнится, последний раз мы как раз на бревнышке и встретились…
А тут что – не вкусно? Ну да, родименький, тебе-то невдомек, что Дженни нынче не та, - мрачно восторжествовала я про себя.
Но тут же поймала прямой и слегка сметенный взгляд Тео Гуна.
- Вы живы? – еще раз сглотнув неприятное послевкусие, спросил эмпат. И как-то так подозрительно-вопросительно голову на бок повернул. Думка в глазах появилась и пропала вновь, а парень согнулся пополам, будто от боли в животе, словно хотел поесть на и так переполненный желудок.
- Жива, - я наблюдала, как ведьма борется с тем, чтобы не закрыть глаза. О, как я ее сейчас понимала, знакомое чувство полного эмоционального опустошения. Я тоже как-то была под ударом голода эмпата и больше не желаю. Ведьма, конечно, и подумать не могла, чем обернется эта ее ночная вылазка в стан врага. Теперь, она медленно соскальзывала на пол по телу эмпата, засыпая на ходу.
- Дженни? – внезапно в лоб спросил Тео Гун, отчего я вздрогнула всем телом. Не ожидала! Никак не ждала узнавания с его стороны! Да, мать моя тигрица, Алан мне в глаза смотрел – не признал, Эрис смотрел – не разглядел, а это блондинчик только присосался на эмоции – и на тебе. В яблочко!
Пока я вставала с морального броска на лопатки, золотишко ликовало:
- Что и требовалось доказать! – важно заметил слиток-интеллигент в форме правой перчатки.
- А я че говорил! Поведется! – левая перчатка раздувалась от гордости.
- Точные расчеты и никакого допинга, - хвастался воспитанное золотце.
- Уработали! – подвел итог второй братец.
Оставалось только диву даваться такой хитросделанности обоих товарищей. Вот не зря говорят, что детище на творца похоже! А эти два кадра так, вообще, от двоих хозяек понабрались. Подумать страшно что будет, если эволюция продолжиться…
Между тем метелка бросилась к своей хозяйке, на ходу запутавшись в прутиках и шмякнулась навзничь на пол. Грохот разнесся такой, что я вопросительно покосилась на дверь: « А где, вообще, Эрис?!» – но драконом и не пахло.
Зато распаленным любопытством эмпатом – вполне. Я же хранила гробовое молчание, изо всех сил игнорируя вопрос великого потомка рода Гун.
«Меньше знаешь – лучше аппетит, Тео» - транслировала я про себя. Но голодающей оставаться в стороне не желал и думал по-другому.
- Дженни! – сказал, словно пнул словом, поставил в упрек. Небрежно отодвинул ногой от себя мое настоящее тельце и я еле сдержалась, чтобы одернуть его. Но я же Мари, так нельзя! Хотя, стоит признать, эмпат внес огромный вклад в «разоружение» ведьмы. Но могу ли я ему доверять?