Путь Ками (СИ)
Заняв заказанный заранее столик – у панорамного окна – я уселся на застеленную плоской подушечкой деревянную скамью и, лениво попивая цветочный чай – его здесь наливали бесплатно, в качестве комплимента от заведения – принялся ждать.
Маша подъехала даже раньше, чем обещала – я еще и первой чашечки не успел осушить. В окно я видел, как у тротуара остановилось такси – обычное, а не социальное, которым Антонова пользовалась еще недавно. Задняя дверца машины распахнулась, и из салона появилась… Ну, да, это была Маша, но, Небо свидетель, узнал я ее не сразу – даже машинально скользнул глазами к зеленой надписи над головой. Нет, все верно: Антонова Мария, Уровень 11 (в игре девушка времени зря не теряла), Спящая. Она – и словно не она.
В бытность свою инвалидом-колясочницей, выходной гардероб – последнее, чем Маша заморачивалась. Старые тренировочные штаны? Сойдут! Все равно под пледом не видно! Линялая безразмерная футболка? Отлично: не сковывает движений, когда нужно дотянуться из неповоротливого кресла до полки на стене! Обувь? Зачем она вообще нужна мертвым ногам? Сгодятся и бабушкины шерстяные носки!
После исцеления первым вопросом для Антоновой опять же явилось не «В чем ходить?», а «Как ходить?», не «Что надеть?», а «Как надеть?»: отвыкшие от работы ноги слушались ее поначалу плохо, и натянуть на них что-то ýже безразмерных домашних шаровар являлось, должно быть, той еще задачкой. На вторую-третью неделю новой, «ходячей» жизни пару раз Маша было рискнула влезть в джинсы – широкие, расклешенные – но чаще все же предпочитала им нарочито-невзрачный, но практичный спортивный костюм…
На вышедшей же на моих глазах из такси элегантной пассажирке было длинное, «в пол», узкое черное платье. Обнаженные плечи, накачанные годами двойной работы, совсем не казались с ним такими уж непропорционально широкими, а вся фигурка загадочным образом постройнела. Ну, как загадочным – в разрезе подола на миг мелькнула элегантная туфелька – не на шпильке, конечно, но вполне себе на каблучке. По новому смотрелась даже прическа обычной для Антоновой модели «сама-себя-обкорнала-перед-зеркалом-с-закрытыми-глазами-в-темноте» – теперь ее хотелось назвать «творческой асимметрией».
Словом, хромой серый утенок внезапно обернулся прекрасным лебедем – пусть и не белым, а черным.
Хромота, впрочем, никуда не делась – правая Машина ладонь опиралась на тонкую длинную тросточку. Что ж, еще две недели назад это были громоздкие уродливые костыли.
Слегка ошеломленный увиденным, опомнился я, лишь когда Антонова пересекла тротуар, вошла в ресторанчик, и швейцар в нелепом пестром халате, призванном, по всей видимости, вызывать у посетителей ассоциацию с самурайским кимоно, услужливо проводил ее к моему столику.
– Привет! – улыбнулась мне девушка, присаживаясь на скамью напротив.
– Э… Привет! – чтобы ответить, мне пришлось срочно набрать в легкие воздуха – похоже, последние полминуты дышать я как-то не удосужился.
– Что-то не так? – безошибочно уловив мою заминку, обеспокоенно спросила Маша.
– Все так – и даже лучше! – горячо выпалил я. И добавил: – Выглядишь просто шикарно!
– Спасибо, я старалась, – снова улыбнулась она – кажется, зардевшись. Последнее, впрочем, могло мне и показаться – как раз в этот момент Антонова отвернулась, чтобы найти место для своей тросточки, и луч света от красно-желтого бумажного фонарика-тётина скользнул по ее лицу.
Подошедшая официантка поставила перед девушкой чашечку и наполнила ее горячим чаем из чайника с длинным, не менее чем полуметровым носиком. Затем положила на столик меню в кожаном переплете и, получив в благодарность вежливый кивок, удалилась.
– Ты уже что-то заказал? – спросила меня Маша, пристроив наконец тросточку в нише между стеной и скамьей.
– Нет, тебя ждал, – ответил я.
Взяв в руки меню, с минуту Антонова с любопытством изучала перечень блюд и напитков.
– Может быть, умэсю? – подняла вдруг она глаза на меня, наткнувшись на знакомое название. – Как тогда, в идзакая?
– Здесь оно не просто бодрит, – в принципе, ожидая чего-то подобного, не сдержал легкой усмешки я.
– Понятное дело, – кивнула Маша. – Ничего, я девочка уже взрослая…
– А, давай! – согласился я, подзывая жестом официантку.
Через пару минут на столе перед нами появились два бокала золотисто-желтого напитка, в которых, помимо кубиков льда, плавало еще и по круглому оранжевому абрикосику.
Определившись с выбором, мы с Антоновой заказали еду. Девушка ограничилась набором из полудюжины роллов, я же попросил себе тяхан – жареный рис с говядиной и овощами.
– Ну, давай за встречу? – приподнимая порцию умэсю, предложил я, когда официантка отошла от нашего столика с принятым заказом.
– За встречу, – откликнулась Маша.
Звякнули бокалы.
Для начала я ограничился одним глотком, моя спутница – разве что двумя.
– Приятная кислинка, – проговорила она, смакуя напиток. – Вроде и похоже на вкус, как было в игре, а вроде и нет… И совсем не то, что в бутылке из супермаркета – помнишь, я покупала? Оказалось бурда бурдой…
– Может, китайская подделка попалась? – попытался пошутить я.
– Я потом посмотрела этикетку: немецкая.
– А, ну тогда понятно… – почему-то заключил я.
Несколько секунд за столиком длилось молчание.
– Ну, что у тебя нового? – спросила затем Маша, снова поднимая свой бокал.
– Нового? – задумался я. Новостей, вообще-то, было море, но главной – о том, что мне предстоит разработать для нее важный квест – делиться с девушкой ни в коем случае не следовало. «Ищѝте – и потеряете!» – а с нее ведь станется, будет искать! – Пашку вот тут мельком видел! – тут же, впрочем, вспомнил я о немногим менее важном.
– Пашку?! – на лице Антоновой разом отразилась целая гамма самых разнообразных эмоций. – Где?
– Сэнсэю при мне звонил японец из Осаки… Глава одного игрового клана, – предпочел я не вдаваться сходу в детали. – Среди прочего, хвастался панорамой своего додзё. Пашка был там. Вместе с Егором Черных.
– Далеко пошел кузен, – покачала головой Маша. – А что за клан?
– Очередные адепты Перезагрузки.
– Понятно… А фиг ли им было нужно от Владимира Александровича?
– Честно говоря, я не очень понял. Сэнсэй сказал, что ему, типа, бросили вызов. И что он его принял. Со всем этим как-то связано некое сокровище, которое, якобы, хранится у Сэнсэя, но объяснять мне, в чем дело, он отказался.
– Сокровище? – слегка нахмурилась девушка. – Квест, наверное, какой-нибудь…
– Может быть – непонятно только, чей и для кого…
Мáшины слова снова вернули меня к мысли о задании, которое мне предстояло для нее подготовить. С чего начать работу над квестом, за что зацепиться – я пока не знал, хоть убейте. Откровенно говоря, собираясь на сегодняшнюю встречу, подспудно надеялся, что решение – или, хотя бы, намек на него – придет само, в ходе общения тет-а-тет… Но пока получалось или/или – либо беззаботно-дружеское времяпровождение, либо размышления над заданием.
– А меня же тут с работы уволили! – похоже, я все же отвлекся и пропустил момент, когда тема нашего разговора сменилась.
– Что это вдруг? – поднял я глаза на собеседницу.
– Да все из-за этого Стрелка! Владимир Александрович мне рассказал, что тот не забанен, ну и я, как дура, поперлась к начальству разбираться. Оказалось, что контора не просто не заблокировала ему доступ в игру – еще и привлекла к сотрудничеству! Ну, подставным игроком – типа как меня. Я им: «Какого фига?!» В ответ мне: «Не суйся не в свое дело!» Ну, слово за слово… Короче, получила пинка под зад без выходного пособия!
– Вот гады, – покачал я головой.
– И не говори! Инвентарь мне выпотрошили – Редкие Предметы там почти все казенные были. Оплату аккаунта отозвали – спасибо хоть саму учетку не аннулировали… Нет, понятно, что я и сама виновата, – резко сбавив напор, поморщилась Антонова. – Зачем полезла? Шло бы все, как шло… Ну, работает теперь Стрелок на игровой холдинг – мне-то что? Детей нам вместе не крестить… и умэсю не пить! – девушка со стуком отставила в сторону опустевший бокал.