Рыцарям вход запрещён (СИ)

Сам Ниран спокойно нагнулся и поставил на землю Принцессу, после чего поднял стрелу и принялся сосредоточенно разглядывать разноцветное оперение. 
– Эх, что такое не везёт и как с ним бороться! – посетовал он, а затем, широко улыбнувшись, крикнул куда-то в чащу. – Сабас, может, хватит в прятки играть? Выходи! Клянусь, на этот раз никуда сбегать не буду.
  
Нет хуже врага, чем обиженная женщина
   
– Твои клятвы – лишь пустой звук, – раздался из леса мелодичный женский голос. – Ты как легко даёшь их, так же легко и нарушаешь. 
– Поклёп чистой воды! – возмущённо воскликнул Ниран, пристально вглядываясь в окружающие заросли. 
Несмотря на видимую расслабленность и весёлость, держался колдун настороженно, из чего я сделала вывод, что его собеседница отнюдь не безобидна. 
– Красивая… – восторженно выдохнул Бао, уже привычно сидевший у меня на плече, держась за прядь волос. 
– Что? – я повернула к нему голову. – Ты её видишь? 
– Да. 
– А можешь поймать и связать? 
– Могу. 
Я аккуратно сняла Бао с плеча и, пользуясь тем, что из-за спины Кианга меня вроде как не должно быть видно, осторожно опустила грибочек на землю. Тот тут же ещё немного уменьшился, став совсем незаметным на фоне листвы, и бесшумно скрылся в кустах. 
Ниран тем временем старательно тянул время бессмысленной болтовнёй. 
– Я, честно говоря, не ожидал тебя увидеть в здешних местах, – тоном, будто вёл светскую беседу с приятельницей, вещал колдун. – Что занесло тебя столь далеко на север? 
Воздух со свистом прорезала очередная стрела, пролетевшая в каком-то миллиметре от головы Нирана – я не удержалась от испуганно вскрика, а сам мужчина даже не вздрогнул. 
– Мою рощу вырубил твой драгоценный братец! – яростно выкрикнула невидимая незнакомка. – Сначала ты сорвал мой цветок, а потом он уничтожил мой дом! 
«Э… – я ощутила, как предательский румянец заливает щёки. – Сорвал цветок, это в смысле лишил девственности?» 
– Я не несу ответственность за действия Хэйзела, – заметил Ниран. – А за цветок я уже извинился! Он был мне нужен для дела. Откуда мне было знать, что он у тебя такой один? 
«А, всё-таки цветок – это просто цветок», – с облегчением поняла я. Всё-таки иметь дело с обворованной лучницей намного проще, чем с лучницей обманутой в лучших чувствах и обесчещенной. 
– Если бы ты!.. – начала она свою гневную речь, а затем резко замолчала. А ещё спустя минуту послышался хруст веток и звук волочения чего-то тяжёлого по земле, после чего к нам из зарослей спокойненько вышел Бао, уже вернувший себе прежний размер и тащивший за собой огромный кокон из переплетённых лоз, в которые, как я догадалась, он и запеленал агрессивную барышню. 
– Бао, какой ты молодец! – похвалила я малыша. 
– Бао – молодец, – важно согласился со мной грибочек. – Бао хочет яблоко. 
– Кианг, дай ему, пожалуйста, яблоко. 
– Как всё-таки я вовремя снабдил вас даром понимать все живые существа! – радостно заявил Ниран, послав мне одобрительную улыбку. 
– Прекрати, – осадил его Кианг, наградив хмурым взглядом. – Что это за девица, и о каком цветке она говорила? 
– Ну, возможно, полгода назад я навестил Болотную королеву и позаимствовал у неё Златоцвет, – таким тоном, будто в этом не было ничего сверхъестественного, ответил Ниран. 
– То есть теперь за тобой не только люди Ролдэна гоняются, но ещё и вся болотная нечисть, – понятливо кивнул Кианг, а затем влепил приятелю мощных подзатыльник. – Ты вообще своей башкой дурной понимаешь, во что нас втянул? 
– Вот только давай без рукоприкладства! – возмутился Ниран. – За полгода я не встретил ни одного болотного демона – я думал, королева про меня забыла. 
– Ты стащил у неё цветок, который распускается один раз в пятьдесят лет! – в голосе Кианга слышалась едва сдерживаемая ярость. – И искренне полагал, что тебя за это простят? 
– Господа, давайте не будем ссориться, – попросила я, решив выступить в роли миротворца. – Если вы тут разругаетесь или подерётесь, легче никому не станет. 
– Ты права, – неожиданно перейдя на «ты», сказал Кианг. Тяжело вздохнув, он вытащил из вещмешка очередное яблоко и с просто-таки зверским выражением лица принялся его нарезать на дольки, чтобы Бао было сподручней есть. 
– Что не отменяет того, что этот идиот втянул нас в неприятности, – добавила Принцесса, с укором поглядывая на Нирана. 
– А договориться с этой Болотной королевой никак нельзя? Ну, предложить что-то взамен цветка. И вообще, а с чего вы взяли, что эта дама – я кивнула на кокон, – пришла именно по поручению королевы? Насколько я поняла из её слов, у неё к вам, Ниран, какие-то личные претензии. 
– Сабас – хранительница Златоцвета, – объяснил колдун не очень охотно. – Она ухаживает за цветком, пока тот не зацветёт, и охраняет его от всяких ушлых ребят, которые за ним охотятся. 
– Болотная дева? – уточнила Кианг мрачно, даже не глядя в сторону друга, полностью сосредоточившись на малыше Бао, которому накалившаяся обстановка была глубоко по барабану. 
– Она самая, – подтвердил Ниран. 
– И что мы будем теперь с ней делать? – задала я самый важный на данный момент вопрос. По спине у меня пробежал холодок от страшной догадки, и я поспешила уточнить: – Вы же не собираетесь её убивать, правда?
  
Похищение
 
– Разумеется нет! – возмущённо воскликнул Ниран, весьма правдоподобно изображая оскорблённую невинность. – Я что, похож на кровожадного злодея? 
– Очень, – заверил его Кианг совершенно серьёзно. – Особенно когда пытаешься казаться белым и пушистым. 
– Вокруг меня сплошные зануды, – посетовал колдун, а затем обратился к Бао. – Ты не мог бы развязать нашу гостью? Хотя бы частично. Я бы хотел с ней поговорить. 
– Плохая идея, – заявил малыш, продолжая деловито жевать очередную дольку яблока, которую ему дал Кианг. – Она убежит. 
Однако вопреки своим словам Бао вразвалочку подошёл к кокону и легонько постучал по нему ручкой: лозы пришли в движение, точно клубок дождевых червей, вывороченных из земли, и верхушка кокона «сползла», открывая вид на взлохмаченную голову совсем молоденькой девушки – я бы не дала ей больше шестнадцати лет, – с бледно-зелёной кожей, по-эльфийски заострёнными ушами и волосами, состоящими из узких продолговатых листьев, похожих на дубовые. Однако куда сильнее странных волос меня поразили глаза болотной девы – большие, ярко-зелёные, с тёмными разводами, напоминающими потёкшую тушь.  
«Она что, плачет?» – встревожено подумала я, неуверенно приближаясь к кокону. 
– Сабас, не смотри на меня так, – попросил Ниран, опускаясь перед девушкой на корточки и пристально вглядываясь ей в лицо. – Знаю, что поступил по отношению к тебе по-свински, но у меня, правда, не было другого выбора: Златоцвет мне был нужен позарез, и я не мог тратить время на уговоры твоей госпожи. 
– Ты – трус и подлец! – выплюнула ему в лицо та, яростно сверкая глазами. 
– С трусом я не согласен! – возразил Ниран, даже в такой ситуации, похоже, неспособный вести себя серьёзно. – Но, признаю, мой поступок был далёк от порядочности. Быть может, договоримся? Ты пообещаешь прекратить меня преследовать, а мы тебя развяжем и отпустим на все четыре стороны. Я же провожу эту милую барышню – кивок в мою сторону, – в замок к Кейлаш, после чего сразу же являюсь пред ясны очи твоей госпожи. Как тебе такой план? 
– Ты снова обманешь и сбежишь, – уверенно заявила болотная дева. Сабас, кажется, так Ниран её назвал? 
– Клянусь, что на этот раз я абсолютно честен с тобой, – проникновенно глядя ей в глаза, проговорил Ниран. И почему-то лично я не сомневалась: лгал и даже не краснел. 
Сабас несколько мгновений сверлила его хмурым взглядом, а затем, тяжело вздохнув, проговорила с явной неохотой: 
– Ладно, я не буду тебя больше преследовать. Но ты явишься к Болотной королеве и ответишь за кражу Златоцвета!