Тебя искал (СИ)

- Только из-за того, что я знаю, что эта дырка проделана твоим задом, я не умру.
- Зря. Смотри, какая она идеально круглая получилась. Как твои щёчки.
- Эй! – возмутилась я, обхватив ладонями свои щёки.
Мои круглые щёки, как у очень пухлого ребенка, - моя вечная боль. Сколько бы я ни худела, она никуда не уходили.
- Шучу я. У тебя очень миленькие щёчки. Я бы потискал, да боюсь твоей выбивалки. Ешь, короче.
- Я не буду, - буркнула я. Обида за круглые щёчки шептала мне о том, что пора снова взяться за выбивалку.
- Точно не будешь? – спросил лохмач и, поднявшись со стула, взял верхний контейнер, открыл его и помахал крышкой, посылая в мою сторону умопомрачительный аромат шашлыка. – И теперь не будешь? М, как пахнет! Аж слюнки потекли!
- Дай сюда! – не выдержала я и отобрала у него контейнер, устроившись с ним на табуретке напротив. Аккуратно подцепила пальцами самый большой кусочек и вгрызлась в него зубами. – Офигенно!
- Я тут вилку принес, но вижу тебе и так вкуснее.
- Кто, вообще, шашлык вилкой ест? Пальцы после него облизывать вкуснее, чем вилку.
- Согласен, - усмехнулся мужчина и с лёгкой улыбкой в уголках губ продолжил наблюдать за тем, как я уминала мясо.
- М? – спросила я, протянув ему контейнер. Вдруг он тоже голодный.
- Не. Я уже поел. А ты ешь-ешь. Этим щёчкам нельзя худеть.
Злобно зыркнула на лохмача, на что он лишь беззвучно хохотнул.
- Салатик открыть?
- Угу, - кивнула я. – И вилку дай. Как тебя, кстати, зовут?
- А ты не помнишь?
- Откуда? Я мелкая совсем была, когда наша семья здесь появлялась.
- Точно. Ты еще на трёхколесном велосипеде гоняла, - кивнул он своим воспоминаниям. – А я Матвей.
- А я Маргарита. Просто Рита.
- Да, Майя мне рассказала.
- Мм, - только я и ответила я, поедая салат. – А ты контейнеры ждёшь?
- В смысле? – чуть нахмурился мужчина.
- Ну, почему не уходишь? Контейнеры ждёшь?
- Ты меня выгоняешь? И это после того, что я для тебя сделал?
- Сломал диван и, кажется, выбивалку?
- Нынешняя молодежь вообще краёв не видит, - возмущался лохмач. – Я к ней, значит, пришёл… а она…
- Тихо! – шикнула я на него и отложила на стол вилку и контейнер.
- В смысле?
- Тише ты! Слышишь? – спросила я шёпотом. – Будто кто-то пищит.
- Может я крысу какую в диване задом прищемил?
- Да нет же. На улице кто-то пищит. Не слышишь?
Мужчина насторожилась. Слегка опустив голову, прислушался. Писк повторился.
- Пойдём посмотрим, что там, - предложила я и, встав, прихватила выбивалку.
- Ну, уж нет. Мне достаточно того, что я тебя боюсь, а там ещё какая-то фигня пищащая. Я не пойду.
- Ссыкло, - закатила я глаза и пошла одна к выходу из домика.
Рука с мощным бицепсом в куртке отрезала мне путь и задвинула за широкую спину высокого лохмача.
- Ладно. Дай свою выбивалку. Посмотрю, что там.
Матвей вышел из домика и скрылся за углом, откуда снова раздался тонкий писк. Внезапно следом за писком я услышала мужской вскрик, который был быстро заглушен, как если бы мужчина решил крикнуть, но вдруг запихал в рот подушку, которой и подавился.
Быстро сообразив, что за углом творится что-то неладное, я схватила кочергу и, занеся её над головой для сильного удара, на цыпочках зашла за угол, приготовившись в любой момент бить.
- Ты дурак? – опустились мои руки, а сама я села на корточки. – Это всего лишь котёнок.
Глава 3. Мотя
Сидит и жрёт. Даже не смотрит меня. Пасть разинула, шашлык ею как комбайном собрала, и дальше жрёт. Чавкает. Даже не подавится для моего садистского удовольствия. Овца неблагодарная.
- Ты не лопнешь там, а? – спросил я у мелкого шерстяного комка грязи, который Рита назвала котёнком и едва ли в зад не расцеловала.
- Она голодная. Может, первый раз в жизни, вообще, нормально ест. Вон какая маленькая. Не трогай её, она нервничает.
- Угу. Сестра твоя, поди, - буркнул я. – Она жевать-то хоть умеет? – поморщился я брезгливо, буквально слыша, как в бездонный кишечник кошки проваливалось мясо. – Хотя, нахрена ей уметь жевать? Глисты всё переработают. И её тоже.
  
- Нет у неё глистов. Даже если есть, я их выведу.
- Как? Надавишь ей на пушистое пузо, чтобы повыскакивали?
- Да. А подхвостье направлю в твою сторону, - ощетинилась Рита, злобно зыркнув на меня карими глазищами.
Машинально запрятал за спину выбивалку.
Что ж она злая-то такая?
- Вообще-то, я разрешил тебе занести ее в дом.
- Вообще-то, это дом моего дедушки и твоё слово здесь ничего не решает, - деловито заявила ершистая девушка и быстро сменила тему, крепко о чем-то задумавшись. – Может, это, вообще, мальчик? Почему ты решил, что девочка?
- Когда я толкнул её в дом, она пошла, а не пошёл.
- Ха-ха, - иронично выдавила девушка и встала на колени перед пушистой прорвой. Ловко заглянула под хвост и, отряхнув ладони, пришла к выводу. – Девочка. Ириской будет.
- Ириска? Кошка Ириска? – поморщился я. – А почему не Мурка? Ну, или… как их там ещё называют? Бомжурка! Точно! Бомжуркой будет.
- Сам ты Бомжурка. Ириска. Красиво звучит – киска Ириска. Жалко только, что молока нет. Даже напоить её нечем. Да, Ириска? – шерстяная отреагировала на свою кличку и вопросительно посмотрела на Риту, с трудом сглатывая очередной кусок мяса.
- Похоже, сегодня ты узнаешь, как звучит самый эффективный в мире будильник.
- В смысле?
- Вот начнет твоя Ириска ночью блевать от пережора, и ты сразу поймёшь.
- Блевать? – Рита посмотрела на меня так резко и грозно, что я аж вздрогнул. – Ты подсунул мне испорченное мясо?
- У тебя что, никогда кошки или кота не было?
- Нет. Ириска первая, - улыбнулась девушка, с нежностью и каким-то детским восторгом посмотрев на котёнка.
- Как это первая? Ты разве не носила в детстве домой всяких блохастиков?
- Носила. Но маме не нравилось, она говорила, что они воняют. Хотя иногда она разрешала из оставлять, но утром, когда я просыпалась, от них не оставалось даже миски.
- А я думал, моя мама - Дьявол в юбке, - присвистнул я мысленно. – И ты думаешь, она эту разрешит тебе оставить? Или ты отдельно от родителей живешь?
- Не отдельно. И разрешит. Надеюсь, я уже достаточно взрослая, даже в её понимании, для того, чтобы завести хотя бы маленького котёнка.
- Этот маленький котёнок очень быстро вырастет в ленивый, блохастый и жирный пуфик.
Предупредил я, на всякий случай, наивное создание. Скинул толстовку и повел лопатками, чувствуя, что спину пощипывало так, будто там были раны.
- Я посмотрю? – спросила Рита, указав мне за плечо. – Вдруг там что-то серьёзное? Ты весь вечер корпусом из стороны в сторону водишь.
- Ничего серьёзного, - фыркнул я нарочито небрежно. – Меня всего-то под отбивную пустили.
- Не ной. Нечего было в дом без стука и приглашения заходить, - отмахнулась от меня Рита, и прихватив со стола свечу, зашла мне за спину. – Я задеру футболку?
- Свою? Да сколько влезет.
- Твою, - прилетел мне мягкий подзатыльник, но в грозном голосе девушки, всё же, была слышна улыбка.
Но один хрен, выбивалку я ей больше не верну.
- Что там? – спросил я после затянувшейся паузы после того, как Рита задрала мне майку до самого затылка.
- Ну… красиво, - неуверенно и слегка запинаясь ответила Рита.
- Не зря я, всё-таки, рафтингом занимаюсь.
Сам себя не похвалишь – никто не похвалит.
- Причем здесь рафтинг? Я про узоры, которые выбивалка оставила на твоей спине. Они прям… чёткие. И красные-красные. Будто под кожей металл раскаленный.
- Нашла Терминатора. Крови нет?
- Нет. Но синяки точно будут. Может, что-нибудь холодное приложим?
- Ага. Кочергу, например, - усмехнулся я и тут же вскрикнул и подскочил на месте, когда кожу спины что-то обожгло.
- Прости, пожалуйста! – испуганно вытаращилась на меня Рита. – Это воск со свечи капнул. Я не ее успела вовремя убрать в сторону.