Каролина. Часть третья
– Что в капельнице? – спрашиваю я, особо не надеясь на ответ.
– Снотворное. Не хочу, чтобы он пришел в себя с воспоминаниями, как я скинул его с третьего этажа.
Поул говорит будничным тоном, словно рассуждает о базовых вещах, а не о том, что пытался убить отца.
– Почему ты хотел избавиться от него?
Поул с улыбкой поворачивается ко мне и говорит:
– Оставим эту тему для следующего визита.
Согласно киваю и подхожу к кровати. Лицо Беринга бледное, под глазами синяки, на скуле уже засохшая царапина. Он растил сына и наследника тридцать лет, а в итоге чуть не погиб от его руки.
– Не тяни.
Кладу ладонь на лоб Беринга, но даже не пытаюсь влезть ему в голову. Безвольный Беринг мне не поможет. Если я сделаю то, что Поул просит, то он может убрать меня с шахматной доски сразу же. Около минуты я стою, касаясь теплого лба человека, который воспитывал меня, как родную.
– Я слаба, – говорю я, поворачиваясь к Поулу. – Мне нужно быть хотя бы в средней физической форме, иначе ничего не получается.
Поул молча смотрит на меня, я не отвожу взгляда. Лгать и прятать свои эмоции меня учили долго и упорно. Поул не находит признаков лжи, или делает вид, что поверил.
– Уведите ее обратно, – командует он.
Успеваю бросить последний взгляд на Беринга и мысленно обещаю ему еще вернуться.
5. Цена лживой власти
Вечерний Салем, погрузившись в тишину и недоумение, был готов слушать очередную выдуманную историю Люка Куин.
Еще днем из всех динамиков местные жители услышали голос Люка и возрадовались, что он вернулся. Они не знали причин его возвращения и не ведали о том, как изменился его внешний вид. Люди ликовали, не подозревая, какой страх и растерянность испытают, стоя на площади и смотря на человека, который будет рассказывать им небылицу.
После очередного изнурительного рабочего дня народ стал собираться в сердце Салема. Туда шли все, даже те, кто отстраивал стену. На охране периметра остались только люди Брайана. В них он не сомневался, а остальных должен был увидеть лично в момент общего сбора.
Брайан проходил сквозь толпу, умея быть незаметным как тень и наблюдал за местными, которые с трепетом ожидали появления любимого правителя Салема.
В это время Адриан уже сошел с крыльца дома Куин и встал рядом с Дейлом. Он испытывал легкую нервозность, но был рад мутации своего организма, ведь она гасила все чувства, и поэтому он смог пойти туда, где его ожидало людское непринятие.
– Я буду за тобой, – сказал Дейл.
– Меня больше интересует, где будет Брайан.
Они переглянулись, понимая, что Брайан будет выслеживать не поверивших в их очередную ложь. Ранее Адриан просил его быть снисходительным, но тот лишь отрицательно покачал головой.
– Ты хотел сказать, Крис, – напомнил Дейл о необходимости использовать имя, придуманное для Салема.
– Разумеется.
Они отправились на шум толпы. Ардиан шел в черном плаще, на голову был накинут капюшон. Он не хотел испугать людей раньше времени. По периметру были расставлены законники, с которыми уже переговорил Брайан и объяснил ситуацию. Они должны будут удержать людей в случае непредвиденных обстоятельств. Например, таких, как всеобщая паника.
Направляясь к площади, он на мгновение прикрыл глаза и постарался почувствовать мутировавших, поблизости их не было. Адриан не знал, рад этому или нет.
По мере того, как расстояние до площади сокращалось, он все больше становился уверенным в том, что все делает правильно. Он нужен Салему в той же степени, что и Салем необходим ему.
Адриан зашел под свет фонаря и скинул капюшон. Людская молва тут же утихла, но тишина правила балом всего лишь несколько секунд, а потом по толпе пошел шепот. Адриан молча смотрел на них и ждал момента, когда все рассмотрят его лицо, неправдоподобно красную радужку, рисунки на открытых участках тела. Первые ряды немного сдвинулись назад, но никто не побежал, не завопил от ужаса, словно чувствовали, что от хищника не скрыться и его лучше не гневать.
Адриан, надев личину Люка, начал говорить. Его голос был уверенным и твердым, он прямо смотрел людям в глаза и рассказывал историю, которую они с Брайаном продумали до мельчайших деталей. Он рассказывал о том, как узнал о нападении и спешил в город, чтобы спасти Салем. Особенно он подчеркнул два момента, что он после укусов мутировавших остался человеком и по-прежнему помнит о своем долге главы семейства Куин – защищать и оберегать жителей Салема. О том, что он изгнал мутировавших и спас множество жизней.
Брайан тем временем двигался в толпе и слушал тихие пересуды. Большинство верило Люку и были рады, что он вернулся, и восхваляли Дэйли за лекарство, которое может изменить мир, убрать человеческие потери от мутации.
Адриан продолжал говорить, пару раз беря паузу, чтобы выслушать вопросы самых смелых, и тут же начинал на них отвечать. А Брайан, притаившись в тени здания, наблюдал за фермерами, которые не верили ни единому слову самозванца.
Речь Адриана набирала обороты, он даже несколько раз пошутил и окончательно разрядил обстановку. Он действительно имел талант управления людьми. Но Брайан знал – всем мил не будешь. Именно поэтому он пошел за фермерами, когда Адриан распустил всеобщее собрание. Много людей остались на площади и продолжили беседу с Адрианом. Брайан поймал взгляд Дейла и кивнул ему, тем самым сообщая, что уходит с площади и охрана вернувшегося Люка ложится на плечи Дейла.
Адриан с энтузиазмом общался с местными, одна женщина, которой было уже далеко за шестьдесят, и вовсе попросила потрогать Люка за руку, чтобы понять, не трупной ли температуры его тело. Он позволил, и женщина улыбнулась, поняв, что Люк живой. Дейл все это время был рядом, внимательно смотря на каждого, кто подходил к главе города.
Брайан уже был в баре, сидел за столом в тени и внимательно слушал разговор троих фермеров. Двое из них сомневались в происходящем, они не понимали, верить сказанному Люком на площади или нет. А вот третий упорно гнул линию, что люди не должны подчиняться мутировавшим тварям. Брайан сидел и мысленно закатывал глаза на каждое замечание третьего фермера. Он знал его имя и фамилию, был в курсе расположения его дома на территории Салема, он знал, на каком поле тот работал. Брайан знал все и был доволен отсутствием родственных связей у этого человека.
На рассвете фермера по имени Итан Шарп нашли недалеко от бара. По слухам, блуждающим в Салеме, он слишком перебрал, пошел домой, упал и разбил голову. И только один человек знал, что Итан Шарп упал трижды, прежде чем его сердце и мозг перестали функционировать.
6. Жестокая правда
Сижу у стены в подвале и доедаю последние крошки из тарелки с витиеватым золотым узором по кайме. Джонни придвигается ко мне, бросаю на него косой взгляд.
– Прости, друг, но мне нужны силы, – с жалостью говорю я. – Зато теперь все тараканы твои.
Он моргает, и я отворачиваюсь. После того, как меня снова начали кормить, мысли стали не столь разнобойными и запутанными. Теперь я знаю, что и в какой последовательности должна делать.
Я не буду показывать, что физическая сила стала возвращаться, а болевые ощущения в теле начали отходить на задний план.
Я буду притворяться слабой и делать попытку за попыткой влезть в голову Беринга, не по-настоящему, разумеется. Может, мне удастся вынуть иглу из его вены, чтобы снотворное перестало кочевать в крови. Будучи в глубоком сне, он мне не поможет, а я могу потерять сознание на неопределенное время. Что Поул сделает в этот момент, неизвестно никому.
Я буду покладистой и смирной. Не стану перечить Поулу, более того буду подпитывать его самолюбие. Мне нужно собрать как можно больше информации о том, что ему известно про Салем, и кто те люди, которые помогают ему изнутри города. А Поулу точно кто-то помогает. Он вошел в город и смог добраться до дома Куин, а потом вынес меня и остался незамеченным. Без поддержки это невозможно было бы сделать. Могу предположить, что незнакомый предатель Салема помогает Поулу еще с момента правления моего отца.