Ты изменяешь ей со мной (СИ)

Но что делать мне?
Я не могу разделить прошлое и настоящее, как будто это два разных Вадима. Для меня он один.
И пусть прошлое я отпустила, но в настоящем Вадим все же выбирал Злату. Пусть у них и не ладится сейчас, я не знаю, что будет дальше.
Готова ли я дать шанс? И не думать о том, что если мы вдруг сойдемся, он снова мне изменит с ней?
Замкнутый круг.
***
Инге я звоню в обед, она говорит, с детьми полный порядок. И я могу заниматься дальше рабочими вопросами. Разгребаю офисные задачи и с волнением смотрю на время.
Сегодня назначена встреча с Аксеновым в офисе Вадима.
И я жутко нервничаю.
А когда иду по коридорам его фирмы и вовсе едва дышу. Почему-то кажется, ничего хорошего меня не ждет. Если Аксенов решил сделать меня виновной, как ему противостоять?
Кроме слов – «это не я», у меня нет аргументов.
В холле пустынно. Видимо, все заняты своими делами, я тоже спешу. Сейчас я увижу Вадима, и нервы натягиваются до предела. Но к приемной дойти не успеваю – за углом слышу голоса.
Голоса Вадима и Аксенова.
И зачем-то замираю, вместо того, чтобы выйти и поздороваться.
– Ты понимаешь, что рискуешь репутацией компании? – мрачный тон Савелия заставляет зарождающейся в груди тревоге развернуться на полную. Мужчины, видимо, останавливаются, потому что шаги больше не слышны. – Я не шутил, когда говорил про разрыв контрактов.
– Понимаю. Хочу вывести ее на чистую воду. Я же объяснил, это игра, Савелий, ничего больше. Мы выпутаемся.
– Вадим, если она слила проект…
– Ты меня знаешь, я доведу начатое до конца. Она не в курсе, что я задумал. И пока что верит мне. Даже если на эмоциях сделала глупость, я это исправлю. Еще раз говорю. Просто дай мне время.
– И что ты ей наплетешь? Что все еще влюблен без памяти?
Мрачная пауза длится недолго.
– Без памяти, – произносит тихо Вадим. – Именно, без памяти.
Они обо мне? Господи, я должна дышать… Но не получается. Усилием воли набираю воздух в легкие. И так же выдыхаю.
Что такое Вадим говорит? Он все-таки думает, что я слила?
Он врал. Во всем врал? Не понимаю. Но… зачем?
Бред какой...
Кажется, земля под ногами трещит и расходится. Стены давят.
Ничего не понимаю. Вадим не терял память, или что означают его слова? Ведь именно мне он недавно в любви признался. И заверил, что не помнит ничего…
К горлу ком подкатывает, становится так плохо, что кажется, прямо тут вывернет, но я держусь. Все еще надеюсь, что что-то не так поняла. Что Соколовский, как и обещал, меня в обиду не даст. Он просил довериться…
Я по-глупому лелею надежду, что этому есть объяснение.
– Надеюсь, ты ее размажешь за содеянное, – усмехается Аксенов, и сердце падает в пятки. – с Лизой…
– Я все решу с Лизой, – отрезает Соколовский.
«Я все решу с Лизой…»
«Я все решу…»
Ну же, приходи в себя, Образцова! Вадим тебя обманул!
Соколовский меня не только не защищает. Он решает меня втоптать в грязь!
Руки трясутся, глаза печет.
Кажется, в его искренности я в очередной раз ошиблась.
– Я предательства не терплю, Вадим. Подумать только, я ведь считал, она надежный человек… Ладно, забегу к проектировщикам на минуту. Зайду к тебе после.
Слышу мелодию мобильного Вадима, а Аксенов, по всей видимости, уходит в другую сторону, в отдел проектов. Я и так едва дышу, и просто потому что двигаться сейчас не могу, остаюсь.
А вскоре становлюсь свидетельницей телефонного разговора.
– Привет, Злата... – отвечает на звонок Соколовский. – Да, давай через час-полтора… С нетерпением жду встречи... Ну что ты, я очень соскучился. Не представляешь, как хочу тебя увидеть.
Шаги приближаются, как и голос. Понимаю, что Вадим идет сюда, и вот-вот меня увидит. Я отмираю, и оцениваю шансы остаться незамеченной. Мысли хаотично скачут, ноги слушаются с трудом, до лестницы мне не успеть.
Я прячусь за колонну рядом, и очень надеюсь, Вадим пройдет мимо.
Вот он выходит из-за угла, шаг, еще шаг, задерживаю дыхание. Не хочу быть обнаруженной, не хочу, чтобы он видел мои слезы, мою растерянность. И чтобы знал, как я страдаю. В очередной раз.
  
– Конечно, я серьезно, – словно выстрел звучит каждое слово Соколовского. – Не думай о Лизе, мы будем говорить о тебе.
Голос Вадима как будто неестественный, но сейчас не могу оценивать верно. В ушах гул, мысли – вязкая масса. Внутри меня рвутся снаряды, осколки от каждого оставляют рваную рану на сердце.
«Не думай о Лизе, мы будем говорить о тебе. Не представляешь, как хочу тебя увидеть...»
Сползаю по колонне вниз, протирая ее спиной, перед глазами белые пятна, а по щекам катятся слезы.
Я так хотела ему верить… Намечтала, оправдала его поступки, какая же я дура!
Мне нужно собраться. Обязательно нужно собраться.
Потому что я должна посмотреть Вадиму в глаза.
А пока что я закрываю ладонью рот, чтобы мой всхлип не разлетелся по холлу отчаянным эхом.
  
Глава 40
 
Вадим 
Вернувшись от маркетологов, вхожу в свой кабинет, в руках кручу телефон.
Злата, конечно, немного настороженно отвечала, но в целом по голосу, была рада слышать, и легко согласилась на встречу. Играть ее чувствами я не планирую, актерская деятельность мне дается не так хорошо. Но ради достижения цели, готов прикинуться идиотом.
Лишь бы все выяснить.
Да, если мои подозрения насчет Златы подтвердятся, вопрос будет закрыт. Мне ее в какой-то степени даже жаль. Это ведь из-за меня она в таком раздрае, что решилась на такую подлость. Но, во-первых, она сама виновата.
Допустим, у нас не сложилось, но подставить нашу компанию, меня, себя в конце концов…
Нахрена вот?
А во-вторых… В противном случае остается только Лиза.
Этот вариант я рассматривать не хочу.
Усомниться в ней даже мысленно себе не позволяю.
Она не могла. Не могла. И точка.
Лизка ушла от Руслана после моего признания о потере памяти. И она ответила на мой поцелуй. Какие мне еще нужны доказательства?
А уж что я сам рядом с ней чувствую… Да у меня крышу уносит от взгляда бездонного. Понятия не имел, что можно кого-то так любить. Но это то самое чувство.
И я в нем уверен.
Смотрю на часы, кстати, где же Лиза?
До одури хочу ее увидеть.
И пусть после нас ждет сложная беседа с Аксеновым, но сначала мне нужен ее взгляд. Пусть молчит, пусть сопротивляется. Я не буду напирать. Дождусь пока она будет готова простить меня.
Но и сложа руки сидеть не собираюсь. Я уже со всех сторон пытаюсь к ней подступиться.
Осторожно, еле уловимо. Ограждая ее от того урагана, что вокруг бушует.
Знаю точно – горы сверну, но не дам Лизку в обиду.
И все же, почему ее до сих пор нет?
Проверяю мессенджер – ничего.
Секретарь звонит по внутренней связи, и удары в груди силу увеличивают. Но это всего лишь уведомление, что прибыл Савва. Он входит в кабинет и оглядывается.
– Ну и где? Ты же говорил с минуты на минуту наша Елизавета явится.
Савелий присаживается за стол, я качаю головой:
– Если говорил, значит, явится. Что ты такой нетерпеливый, она еще не опаздывает.
– Странные дела творятся. А ты почему так за нее заступаешься, а, Соколовский? Сам ведь все время твердил, что нужно быть относительно нее осторожным?
– Потому что я предвзято относился, ты же знаешь. Но она показала себя ответственным сотрудником.
– А ты случаем ей все эскизы не засветил, а?
– Слушай, Савва, давай сначала со Златой разберемся.
– Ладно, но вечером жду отчет. Иначе Лиза…
– Это не Лиза, – говорю твердо.
Аксенов руки к верху поднимает, мол, ладно, готов пока что подождать. А я гипнотизирую телефон. Уже собираюсь набрать заветные цифры, но тут раздается звонок от секретаря.
Пришла. Наконец-то.
Как долбанный подросток ей рад. Нервничаю. Нет, серьезно, пульс долбит бешено.