Кодекс дуэлянта. Книга 3 (СИ)

Все молчали.
— Сто семьдесят — раз… — Сто семьдесят — два…
Что ж, кажется пора и мне вступать в игру.
— Сто семьдесят — три…
— Двести! — не громко произнес я.
И сразу же почувствовал на себе десятки удивленных взглядов. Кузякин тоже глядел, пытаясь понять кто я такой.
— Двести тысяч! Отличная цена! — воскликнул аукционист, обрадовавшись такой накрутке. — Этот парень знает толк в настоящем виски! Двести тысяч! Будут еще…
— Двести десять! — злобно перебил Кузякин.
И вновь взгляды обратились ко мне — буду ли отвечать?
— Двести тридцать.
— Двести сорок! — Кузякин даже не моргнул.
— Двести пятьдесят! — парировал я, чувствуя, как адреналин начинает пульсировать в крови.
Каждая новая ставка, словно удар молота по нервам. В зале стояла гробовая тишина, все взгляды были прикованы к нам — двум гладиаторам, сражающимся за заветный приз.
— Двести шестьдесят тысяч! — рявкнул Кузякин, и его голос прозвучал, как рык медведя.
— Становится жарко! — нервно хихикнул аукционист. — Двести шестьдесят тысяч! Кто больше?
— Двести семьдесят.
— Двести восемьдесят! — выкрикнул Кузякин, вложив в этот крик всю свою страсть, все свое желание обладать этим сокровищем.
Отлично! Это то, что мне нужно. Эмоции уже затмили его разум. А значит дальше будет еще интересней. Нужно продолжать серию из коротких джебов.
— Двести девяносто!
— Триста!
— Триста десять!
— Триста двадцать!
— Триста тридцать!
— Триста сорок! — эта была цена Кузякина.
Каждый раз отвечая мне все более высокой ценой, он входил в разгневанное состояние все больше и больше. Я чувствовал, что напряжение в его душе возросло до невероятных размеров, а нервы стали натянуты как струны. Пора переходить к финальной атаке.
— Триста сорок! Кто больше? — спросил аукционист, не услышав ответ на фразу Кузякина.
Я выжидал. Еще рано.
— Ну? Никто больше не предложит? Бутылка коллекционного виски «Император» на кону. Предложена цена в триста сорок тысяч. Есть желающие перебить эту ставку?
Кузякин смотрел на меня пристально, не мигая.
— Триста сорок — раз!.. триста сорок — два!.. Триста сорок…
— Четыреста! — негромко произнес я.
Кузякин подскочил с кресла, готовый к последней атаке.
— Да ты кто такой⁈ — закричал он, едва не рванув ко мне — в последний момент сидящие рядом успели его остановить. — Ты работаешь на аукцион⁈ Специально ставку повышаешь?
— Тишина в зале! — рявкнул аукционист. Стукнув молотком. — Я сказал тишина! Соблюдайте правила приличия. Иначе я попрошу вывести вас из зала!
— Меня⁈ Из зала⁈ — удивился Кузякин. — Да это ваш человек, явно! Он накручивает цену!
— Попрошу воздержаться от таких обвинений! — холодно произнес аукционист.
Лицо его изменилось, стало похоже на маску.
Гул голосов в зале мгновенно стих. Даже я, находящий тут впервые, понял, что Кузякин встал у очень опасной черты. И черта эта — аукционист. Пожилой мужчина в твидовом пиджаке хоть и выглядел мешковато, но был отнюдь не таким. В орлином взгляде вдруг почувствовалась такая сталь и мощь, что Кузякин сразу же обмяк, начал что-то мямлить.
— Это возмутительно! — прорычал он, его голос эхом разнесся по залу. — Вы явно подтасовываете торги! У вас тут свои люди, которые завышают цены!
— Господин, — начал аукционист мягким, но твёрдым голосом, — Я уверяю вас, что аукцион проходит честно и прозрачно. Все участники имеют равные возможности.
— Равные возможности? — усмехнулся то. — Я видел, как ваша девушка кивала вон тому человеку в шляпе, прежде чем он сделал ставку! И это не первый раз, когда я замечаю подобное!
В зале поднялся шум, люди начали перешептываться и оглядываться на человека в шляпе. Тот, не ожидавший такого наезда, выпучил глаза.
— Я⁈ Да я… да вы!..
Конечно же он был ни в чем не виноват, Кузякин просто хватался за любые возможности, лишь бы не выглядеть идиотом. Но это не получалось. Он тонул. Тонул позорно и нелепо, потопив себя сам.
— Вы ошибаетесь, — с нажимом произнес аукционист. — Но если вы считаете иначе, то вынужден буду вас удалить из зала.
 
— Что⁈
— Вы делаете безосновательные обвинения.
— Но аукцион не закончен. Лот…
— Продан! — рявкнул аукционист. — Вон тому господину, который предложил последнюю цену.
Он указал на меня. И стукнул молоточком.
Это был позор и удар для Кузякина. Он ошарашено смотрел на старика аукциониста и не мог поверить, что тот так с ним обошелся.
— Что… как… Это не по правилам!
— Вам ли говорить о правилах? — усмехнулся аукционист. — Лот продан по последней ставке. Точка.
— Я же ведь постоянно… — прошептал Кузякин. — Я тут всегда… покупаю…
— На этот раз вы перешли все границы! — безапелляционно заявил аукционист.
И указал молоточком на дверь.
К Кузякину подошли двое охранников и под траурный аккомпанемент звенящей тишины сопроводили до выхода.
Некоторое время все смотрели ему в след, насмешливо, обсуждая его позор.
Потом ко мне подошла девушка в обтягивающем платье, узнала имя и способ оплаты. Четыреста тысяч за бутылку виски… только теперь я осознал, насколько дорогой оказалась покупка. Но бутылка моя! Волна эйфории накрыла меня с головой. Я едва сдерживал себя, чтобы не закричать от радости.
Я расплатился карточкой, прошел в другую комнату, где несколько человек оформили кучу бумаг — сертификатов, актов, экспертиз и подтверждений того, что бутылка настоящая и принадлежит теперь полностью мне. Потом мне вручили деревянный короб.
— Поздравляю с приобретением! — произнес управляющий, пожимая мне руку.
— Спасибо!
Я еще не отошел от напряжения аукциона, крепко сжимая в руках деревянный кейс с бутылкой «Императора» — виски, который я только что приобрел за сумму, способную вызвать сердечный приступ у моего бухгалтера, будь он у меня. Стоило ли оно того? Время покажет.
Внезапно рядом со мной возникла тень. Я повернулся и увидел девушку, которая могла бы затмить собой любой бриллиант на этом аукционе. Высокая, стройная, с копной черных волос, свободно струящихся по плечам. Ее глаза, цвета темного шоколада, смотрели на меня с легкой улыбкой.
— Очень неплохая игра! — ее голос был мелодичным, как журчание ручья. — «Император» — это настоящая легенда.
— Спасибо, — я улыбнулся в ответ, слегка смущенный ее вниманием. — Надеюсь, он оправдает свою репутацию.
— Уверена, что оправдает, — она кивнула. И вдруг насторожилась: — Вы же не собираетесь его пить?
— А почему бы и нет? Отпраздновать покупку!
Удивление девушки переросло в шок.
— Да я шучу! — поспешно ответил я.
Девушка облегченно выдохнула.
— А вы, я вижу, шутник! И ценитель хорошего виски.
— Стараюсь разбираться, — я пожал плечами. — Но, признаюсь, «Император» для меня — это скорее авантюра. Никогда не думал, что пойдут на такие траты.
— Авантюра — это прекрасно, — ее улыбка стала шире. — Жизнь без авантюр скучна. Я, например, обожаю авантюры.
— И какие же авантюры вы предпочитаете? — мне было интересно узнать о ней побольше.
— О, самые разные, — она загадочно прищурила глаза. — От спонтанных путешествий в незнакомые страны до участия в аукционах, где можно приобрести что-то поистине уникальное.
— Значит, мы с вами коллеги по авантюрам, — я усмехнулся.
— Получается, что так, — она рассмеялась, а ее смех был как перезвон колокольчиков.
— А вы что-нибудь приобрели? — спросил я, украдкой рассматривая фигуру девушки.
— К сожалению, нет, — вздохнула она. — Я, признаться, не так хорошо разбираюсь в виски. Просто пошла за компанию. Но мне понравилось. Особенно то, как вы красиво разделались с Кузякиным.
— Вы его знаете? — осторожно спросил я.
— Кто же его не знает? — загадочно улыбнулась девушка.
— Не хотите перекусить? — спросил я, понимая, что незнакомка может кое-что рассказать о Вадиме Кузякине.