Кодекс дуэлянта. Книга 3 (СИ)

Но вот беда — убивать мне сейчас Валеева было нельзя. У него документы за землю. А без них я ничего не могу поделать.
Я встал к рубежу.
— Ермак Петрович! — крикнул я противнику. — Вы допустили большую ошибку, вызвав меня на дуэль. Сказалась ваша самонадеянность. Я сразу понял, едва вы вошли в зал, из какого вы теста. Высокомерие, гордыня, надменность — эти качества ослепляют. Вот и вы, не поняв с кем имеете дело, решили ввязаться в дуэль. Ермак Петрович, протяните руку.
— Что? Зачем? — окончательно растерялся Валеев.
— Не бойтесь, протяните.
Ермак, полностью сбитый с толку, повиновался.
Я подкинул монетку, ту самую, с помощью которой мы решали кому стрелять первым. И выстрелил.
Монетка, пробитая пулей ровно по центру, упала в руку противника.
— Первый выстрел! — произнес я.
Такой меткости от меня Валеев не ожидал и удивленно выпучил глаза, глядя на монетку.
Я вновь выхватил оружие и нажал на спусковой крючок.
Пуля попала в затворный механизм пистолета противника и разнесла его на мелкие куски.
— Второй выстрел!
— А-а-х! — только и смог вымолвить Валеев, откидывая рукоять оружия.
Теперь выстрелить он не мог, но должен быть стоять по правилам дуэли до конца.
— У меня остался еще один выстрел, — ледяным тоном произнес я. — И как ты понимаешь, я не промахнусь. Передавай на том свете привет всем, кого я туда отправил. Думаю, вы будете сидеть в одном котле.
Я прицелился. Палец лег на спусковой крючок.
Настало время принимать непростые решения.
  
Глава 8
 
В воздухе застыло напряжение, плотное, как кисель. Я, не мигая, смотрел на Валеева, ствол моего пистолета смотрел прямо в сердце противника. Вокруг — могильная тишина. Минута тянулась бесконечно, отсчитывая секунды до рокового выстрела.
Валеев, казалось, окаменел. Лицо его было белым как полотно, на лбу выступила испарина. Он понимал — проиграл. Проиграл психологический бой, не выдержав ледяного моего спокойствия. Рука, когда-то сжимавшая пистолет, теперь же свободная, начала мелко дрожать. Взгляд метался, ища спасения, но его нигде не было.
— Ну? — голос Лисенка прозвучал резко, неожиданно. — Чего ждешь? Стреляй.
Валеев судорожно сглотнул, губы его зашевелились.
— Не… не надо… — прохрипел он, едва слышно. — Не стреляй…
В этот момент что-то сломалось в его взгляде. Гордость, вызов, злость — всё исчезло, оставив лишь мольбу и страх.
Я усмехнулся уголком рта. Медленно, словно смакуя момент, опустил пистолет.
— Ты не хочешь, чтобы я продолжил дуэль?
— Не хочу, — совсем тихо произнес Валеев.
— Разве такое возможно по кодексу дуэли? — спросил я, впрочем, уже зная ответ.
— Только в одном случае, — нехотя ответил секундант Ермака. — Когда одна из сторон признает свою неправоту.
— И вторая примет это признание, — добавила Лисенок, давая понять, что просто так мы не собираемся уходить.
— Что ты хочешь? — спросил Валеев. — Извинений?
Последнее слово он произнес с брезгливость: извинения для него значило только одно — позор. Но видимо жить ему хотелось больше.
— Земля, — ответил я. — Мне нужна земля.
— Земля? Какая земля? — удивленный таким ответом, спросил Валеев.
Я сообщил координаты.
— Я готов принять этот небольшой участок земли в качестве ваших извинений.
Валеев злобно усмехнулся.
— Так это все — из-за земли?
— Не я довел нашу встречу до дуэли, — напомнил я. — И вам это хорошо известно. Даю на раздумье ровно три секунды — потом стреляю. Меня устроит и вполне классическое завершение дуэли — когда один из участников погибает. Раз!.. Два!..
— Хорошо! — почти взвизгнул Ермак. — Согласен. Забирай землю.
— Слово ваше ничего не стоит. Ставьте магическую печать на договор.
Я создал в воздухе необходимый конструкт — что-то вроде договора.
— Ставьте свою родовую печать тотема — в присутствии свидетелей.
Валеев скривился, но выполнил приказ. Потом махнул рукой и над моим конструктом вспыхнул небольшой огонек — круг, в котором был вписан скарабей. Сделка состоялась, земля отныне была моей.
 
— Дуэль считаю оконченной, сатисфакция получена.
Валеев раскраснелся. Потом фыркнул и широкими шагами пошел прочь. Но остановился метрах в тридцати. Мне хватило и половины секунды, чтобы понять, что он намеревается сделать. И я выстрелил. Правда целился не в противника — тот успел создать магический конструкт и пришлось тратить последний патрон именно на него.
Свинец конечно же не причинил вреда и не уничтожил заклятие. Но, вмешавшись в вязь магии, нарушил ее, отклонив траекторию. Огненный шар с треском пролетел совсем рядом со мной.
Валеев, с надменной улыбкой на губах, поднял руку, и в воздухе заплясали электрические змеи, готовые обрушиться на меня. Я, не дрогнув, лишь усмехнулся в ответ. Ожидаемо. Такой гад, как Ермак Валеев даже достойно уйти не смог.
Легким щелчком пальцев я заморозил разряд в воздухе, заставив Валеева удивленно вскинуть брови.
Противник выкрикнул заклинание, и земля под моими ногами задрожала, раскалываясь глубокими трещинами, из которых тянулись к магу костлявые руки мертвецов. Ого! Неплохо! Мертвы конечно же не настоящие — магическая иллюзия торчала со всех сторон конструкта.
Я выписал руну в воздухе — и ожившие мертвецы превратились в груду праха.
Лицо Валеева исказилось от страха. Он понял, что недооценил противника. Опять.
Я медленно приблизился, шепча заклинание. В одно мгновение роскошные одежды Валеева превратились в грязные лохмотья. Неплохой трюк, способный сбить с толку любого. Вот и Ермак растерялся, не зная, что делать.
— Лучше беги, — подсказал я ему. — Пока я не превратил тебя в собаку плешивую!
И только теперь Валеев понял, что единственное спасение — это именно удрать, а не лезть на рожон. Я создал еще один конструкт, но применить его уже не получилось — Валеев скрылся в кустах.
Я глянул на его секунданта. Тот испугана вскинул руки вверх, воскликнул:
— Я не причем!
— Иди, — махнул ему я.
Сейчас меня волновало совсем другое — земля, в недрах которой клехи нашли несметные богатства, теперь принадлежала мне. А значит, все только начинается.
* * *
Вся следующая неделя прошла под девизом «Кругом растраты!». Из похода в другой мир вернулись клехи со своим предводителем Босхом. Им удалось разыскать своих соплеменников и убедить их в том, что работать на меня — это очень выгодно. Это были отличные новости. Я поздравил Босха и тут же ему сообщил, что мне удалось оформить землю в собственное владение.
— Отлично! — обрадовался вожак клехов. — Тогда мы можем немедленно приступать к постройке второй добычной башни!
И принялся тут же выкатывать мне смету, что необходимо закупить, чтобы эту самую башню соорудить. Как оказалось, материала понадобилось очень много. Одних камней и кирпича по самым скромным расчетам приходилось на десять миллионов! А еще нужны были сотни других позиций — цемент, песок, гравий, дерево, балки, гвозди и еще множество чего.
Я оставил Босха наедине с бумагой, попросив составить детальный список что необходимо, сам же отошел в сторонку и задумался о том, где достать денег на строительство. В запасах еще оставались сбережения, полученные от сделки с Тучей, но их едва ли хватило бы на все строительство. Как внезапно пришла Лисенок и сообщила, что звонит Пантелеев. Я обрадовался этому звонку и в то же время ощутил укол тревоги — а не отменит ли он нашу сделку?
— Александр Константинович! — воскликнул Пантелеев, едва я взял трубку. — Ну что же вы медлите?
— В каком смысле? — не понял я.
— Моя мануфактура готова принять от вас партию камней, а вы все никак не соберетесь!
— Уже⁈ — удивился я.
— Ну а чего ждать? У меня все готово. А у вас?
Я глянул на клеха. Прикрыв рукой микрофон трубки, спросил:
— Босх, сколько у нас есть камней?