Космос (СИ)

— Значит, я стану «лицом» вашего монополиста, чтобы привлекать к нему талантливых разумных?
— Нет. Я не работаю на монополиста.
— А на кого?
— О нашей мутации мало кому известно. Нас мало, но наших способностей достаточно, чтобы встряхнуть эту планету…
Льюис подобрался.
— Поясни.
— Мы повстанцы, и мы собираемся возродить государственный строй, но наши планы не совпадают с интересами наших союзников, а точнее сказать, они о них… пока не знают.
 — Льюис! — Окрик Арна вырвал из воспоминаний, заставив парня оглянуться, вспомнив, где он находится.
— Да-да. Я здесь, задумался.
— Мы вот-вот прибудем, нас будут встречать. Постарайся не отходить от меня, надень, пожалуйста, перчатки, которые я тебе дал, и вставь в ноздри фильтры.
Льюис натянул белоснежные перчатки из тонкой полупрозрачной ткани и, нашарив два крошечных фильтра, вставил их в ноздри. Капля, вынырнув из очередного поворота, зависла рядом с прозрачными воротами, помещение за которыми было заполнено лишь наполовину. Небольшие двери раскололись на три одинаковых треугольника, и капля вместе с водой хлынула внутрь. Стоило кораблю оказаться в этом отсеке, как необычные ворота вновь закрылись, заблокировав приток воды. Перед каплей, которая теперь была не в воде, а, подобно лодке, дрейфовала по ней, распахнулись еще одни ворота. В этот раз «ворота» больше напоминали веер, который, собираясь открывал проход в следующее помещение, за которым было еще меньше воды. Так капля прошла еще четыре вида ворот, за каждыми из которых были отсеки, объем воды в которых становился все меньше, пока не стал минимальным для передвижения на капле.
Наконец, закрылись последние ворота, и взволнованный Льюис наблюдал, как они прибыли к одной из станций метро, которая не была затоплена. Сердце екнуло от огромного количества разумных, которые битком стояли вдоль всего перрона. Наконец, корабль остановился напротив небольшого свободного «коридора» из разумных. Капле спустили самую примитивную лестницу, которую было уже странно наблюдать в настолько технологичном мире.
У слезы съехала часть серебристой обшивки, и из нее вылезли пять человек сопровождения, вставшие друг напротив друга, следом вышел Арн и в гробовой тишине подал руку Льюису. Оперевшись на руку, Льюис выбрался из салона слезы, а следом за ним еще пятеро, замкнувшие их небольшой отряд.
Льюис старался не смотреть по сторонам, тем более, толпу встречающих загораживали высокие сопровождающие. Первыми, кого получилось разглядеть, была троица разумных, на чьих лицах был знакомый отпечаток высокомерия, свойственный таким людям, как Яскер, а за их спинами возвышалась мощная фигура «быка», с которым Льюис успел познакомиться в тот день когда погиб Варден. «Маска» — союзник «Быка» тоже оказалась поблизости.
Преодолев несколько метров коридора, сопровождение Льюиса замерло, расступившись перед встречающей троицей аристократов. Краем уха Лу уловил как Арн недовольно прошипел в динамик «Что они тут делают?». Ответа Льюис, естественно, не услышал, встретившись глазами с насмешливым взглядом «Быка».
— Мы рады приветствовать тебя, Льюис! — Протянул один из троицы, чьи широкие плечи украшала настоящая шкура животного.
====== Часть 23 ======
POV Льюиса
Ну что сказать, я уже, конечно, привык к экзотичной внешности нынешнего поколения, но эта троица, тем не менее, притягивала взгляд. Говорят, что уверенность «пахнет», то есть буквально чувствуется, так вот, уверенность этих троих я чувствовал. Казалось, будто все величие и сила сконцентрировалась в них троих, и я бы, возможно, затрепетал от такой ауры, если бы ранее не столкнулся с Яскером и не заработал несварение желудка по утрам от подобной самоуверенности, так что меня, к счастью, к полу восхищением не пригвоздило, хотя Яскер им все же уступал.
— Мы рады приветствовать тебя, Льюис! — Величественно пробасил обладатель шкуры.
А я-то как рад, не так, конечно, как ощерившийся Арн, готовый, кажется, вот-вот вцепиться в горло говорящему, но тоже «рад». Радости мне добавляет настоящая шкура на плечах говорящего и толпа разумных, окружившая всех нас. Складывается такое ощущение, что если я буду не рад, то эти пока спокойно стоящие ребятки в неброских комбинезонах с силовыми нашивками на груди, руках и плечах, должны помочь мне и моему сопровождению «обрадоваться». Мне не осталось ничего иного, как выдавить кривую улыбку и подтвердить, что я тоже очень «рад», попутно разглядывая троицу.
  
В их внешности было за что зацепиться глазу.
Тот, что приветствовал меня, радушно раскинув руки в стороны, помимо длиннющей рыжей косы, был увешан целой кучей странных браслетов, больше напоминавших китайский ширпотреб с рынков, о которых нам часто рассказывала мачеха (у нее этого барахла хранилась куча), мощные плечи, как я и говорил ранее, были укрыты огромной серой шкурой неизвестного животного. Сильные руки обтягивала синяя ребристая ткань нанокостюма, который часто и на меня натягивали, помогая защищать тело от радиации и химических осадков во время дождей.
Длинные ноги были облачены в брюки из такой же ткани и обуты в мощные берцы, с слабо бликующей магнитной платформой. Яскер мне рассказывал о таких ботинках, позволяющих передвигаться по любым металлическим поверхностям и неважно, горизонтальные они или вертикальные. На шее виднелись такие же, как и браслеты, бусы. Лицо встречающего напоминало крокодила: бульдожья челюсть с мощными желваками, длинный рот с полными губами, сейчас растянутый в улыбке, широкий нос и большие, слегка выпученные, арабские глаза. Карие зрачки давно впились в меня, хаотично мечась по моему лицу и телу.
 Справа от него был еще более яркий индивид, одетый в обычную темную куртку с яркими нашивками на плечах, без защитного комбинезона, в похожих на обычную джинсу брюках и кроссовках. На голове красовалась кепка с надписью «The Beatles». Увидев эту надпись, я остолбенел и, видимо, открыл рот от удивления, потому что владелец кепки самодовольно улыбнулся, сверкнув на меня скрытыми под козырьком глазами, один из которых ярко светился, напоминая пресловутого Шварцнегера. Рот у мужчины был меньше, с небольшим шрамом на губе, не портившим владельца, крупный заостренный нос, был слегка вздернут, челюсть также была квадратной с наметившейся щетиной, но подбородок был чуть меньше, чем у предыдущей особи. Угольно-черная коса плотной змеей обвилась вокруг шеи.
Ну, а последний кандидат в главные повстанцы был самым экзотичным: во-первых, он был одет как подобает аристократам (а я уже стараниями Яскера умел отличать аристократа от другой разодетой шушеры), то есть на нем было длинное, до середины икры, пальто-шинель, плотно обтягивающее широкую грудную клетку, с широкой золотой вязью на плечах, которая, при ближайшем рассмотрении, оказалась кучей переплетенных змей. Темный бархат пальто и яркое золото вышивки оттеняли очень странное лицо, красивое, но в то же время пугающее: правильные, гармоничные черты лица: длинный прямой нос, с острыми крыльями, золотые глаза с густыми, но короткими ресницами, брови вразлет соседствовали с тонкими, недовольно поджатыми губами, высокими, острыми скулами, внимательными глазами с азиатским разрезом, мгновенно просверливающими дыру в том, на кого смотрели, и высоким лбом.
 Я сначала не мог понять, что меня напрягает в волосах этого разумного, но потом понял. Приглядевшись, я заметил, что там, где начинается линия роста волос, есть множество мелких черных чешуек, слабо бликующих в тусклом освящении подземки. Больше всего их было на висках, и они тянулись почти до хищных глаз владельца. Его темные волосы были собраны в высокий хвост и заплетены в длинную плотную косу, спускающуюся ниже поясницы. Коса была явно короче чем у предыдущих двоих, что могло говорить либо о нанесенном позоре, когда коса в наказание срезалась, либо о достаточно молодом возрасте. Думаю, лет так двести с учетом того, что в нем есть мутации, и волосы, как объяснял Яскер, растут у всех с разной скоростью.