Скверная жизнь дракона. Книга седьмая (СИ)

Дальше я расспрашивал только о возможной передаче магических камней на мой счёт. Такое возможно только с участием фуаларал: длинноухие выступят посредниками. Человек лиги доставляет в один из банков камни маны, в котором есть представительство ксатов, и передаёт их длинноухим. Они уже камни передают ксатам, забирая небольшой процент, как и сами ксаты, но это не страшно. Если уж и хранить деньги — то только в магических камнях. Курсы валют скачут как умалишённые, а естественные камни маны нужны всем и всегда.
Почему необходимо посредничество — клерк ответил привычным раздражающим способом. Мне оставалось забрать хранившиеся с прошлого года заллаи и попросить, чтобы к весне подготовили всё необходимое для организации посредничества.
Вечером встретившись с Илуром и рассказав, как примерно всё будет обстоять с камнями маны — я забрал заказанные весной вещи. Что дощечки из сребролиста, серебряные люверсы, круглые колечки для продевания нитки, или магическая бумага увеличенного размера и прочее — всё это нужно, чтобы подготовиться к созданию гримуара заранее.
Заодно Илур меня несколько озадачил, сказав, что лига в ближайшее время исполнит своё обязательство по договору. На мой пристальный взгляд Илур ответил пространно, мол, я уже два раза успешно спускался на второй уровень канализации, и лига верит в успех спуска на третий.
* * *
Я не придал особого значения, когда два знакомых мне авантюриста вступили охранниками в караван до Настрайска. Нот и Галис решили заработать или что-то подобное, они взрослые разумные, им не надо передо мной отчитываться, да и на привалах мы несколько раз обедали с одного котла и обсуждали пространные темы. Я игнорировал существование этих двух авантюристов, да и других дел у меня было достаточно, помимо книг по истории зельеварения.
Когда тёмный эльф из академии закончил обучать меня умениям из класса «Некромант-Призыватель», то у меня оставалось сорок очков характеристик: тридцать девять с материка скверны и одно за осеннее нарождение. Потом я все сорок спустил в «Выносливость» и остался с нулём. Недавно оболочке ксата исполнилось тридцать лет, я получил одно очко характеристик и одно очко навыков, в награду за прожитые пять лет. Об их судьбе я размышлял долго.
Одно очко я сразу закинул в «Новеллу знаний», получив пять доступных «фресок памяти»: пригодятся переводить их в «страницы записей» и рецепты запоминать. Десять очков я закинул в «Знание магии»: скоро делать гримуар, на огромных склеенных листах вязать тысячи рун. Может быть, эти десять очков помогут создать гримуар чуть лучшего качества, чем без них.
Девять очков я оставил на будущее, и заглянул в прочие вкладки, просто для самоуспокоения. Во вкладке с клятвами и обязательствами мне показалось что-то неладное.
Я минут десять вчитывался в строки, пока не понял очевидное. Клятва Налдаса пропала, хотя ещё несколько дней назад она отображалась в лог-файле. Ксат клялся держать в тайне, что порождения скверны не реагируют на меня. Это была клятва души, её Налдас нарушить не мог, но она исчезла. Единственная причина — Налдас мёртв. И с его смертью исчезла и другая клятва, принесённая Нотом и Галисом.
Эти двое могут в любой момент проболтаться о моём осквернении и многом другом. Теперь эти двое — мои враги. И в моих интересах заткнуть их как можно быстрее.
Мысль о моих дальнейших действиях я думал всю дорогу до Настрайска. Даже когда оставил свои вещи в гильдии свободных торговцев на хранение и отправился в ратушу — думал исключительно о дальнейшем. И о двух мерцающих звёздочках, следовавших за мной по пятам. В ратуше меня ждал маг из академии, записавший меня в состав каравана снабжения. На послезавтра. День на решение проблемы.
  
Две звёздочки дожидались недалеко от ратуши, и вышли мне навстречу с самым обыденным выражением на лицах.
— Да мы ж искали тебя, — голосом карточного шулера проговорил одноухий. — Да зашли в гильдию, там задание… на этот… микл который. Да решили тебя просить подсобить.
— Помоги, — прогнусавил Нот. — Нам этих денег зиму пережить хватит, да Луаре Галиса скоро рожать. Деньги пригодятся.
— Да мы всё сделаем, повозку арендуем. Да мы уже узнали, там мало…
— Кончай эту клоунаду, — устало проговорил я.
— Да чего ты… — начавшего говорить Галиса перебил Нот, подняв руку.
— Понял, значит? — спросил лысый. — А в пути вёл себя как обычно.
— Чего вам надо?
— Ты когда в академию намылился, — Нот, хищно прищурившись, кивнул в сторону севера, к академии. Я ответил одним словом, что послезавтра. Авантюристы переглянулись и кивнули друг другу. — Завтра с десятым ударом колокола подходи к южным воротам.
— Зачем откладывать? — я усмехнулся.
— Да дурак ты, нихера не знающий, — Галис брезгливо поморщился. — Да в пределах города законы действуют, даже если ты ксат. Да один хер: кто напал, тот виноват.
— Всё сделаем через гильдию и ратушу. За стеной есть место, завтра обещают спокойную погоду.
— Вы уверены, что хотите именно этого? — предельно серьёзно спросил я.
— Да заканчивай, а.
— Галис прав, ксат, — Нот сплюнул и двумя пальцами потыкал себя под подбородок. — Ты нам здесь уже. Мы хотим забыть о твоём… существовании. Окажи любезность.
— Это ведь вы подначили ребят напасть на меня?
— Да это они сами, — Галис усмехнулся. — Да мы Каиру сразу сказали, что обязаны клятвой тебя защищать. Да и он не дурак, сопоставил, что это именно ты ту эльфийку убил. Ты ж, сука, его сестру на мучения в академии обрёк.
— Я хер его знает, ксат, как ты вообще смог обмануть церковников. Но нас ты не обманешь. Ты нам задолжал за унижения. Думаешь, приятно ходить с ярмом в душе, что тебе, выродку, подчиняться должен.
— Да и про деньги не думай вспоминать. Да они не пахнут и полезны, а ты — ублюдок, и от тебя несёт дерьмом.
— Дерьмом, может, и не несёт, — Нот с усмешкой посмотрел на приятеля. — Но ублюдошный выродок он тот ещё.
— Я вас убью, конченые животные, — сказал я высушенным от эмоций голосом.
— Да ты не злись, всё равно не умеешь. Да ты дурачок, ничего не знаешь, слишком доверчивый. Да как тебя вообще с острова твоего выпустили?
— А кто вообще сказал, что с острова, а не с неба? — спросил Нот, но не у Галиса, а у меня.
— Не тратьте время на пустой трёп. Вы на последний ужин опаздываете.
— Да это наши слова, — сказал Галис и пошёл вперёд.
— Завтра не опаздывай, — бросил мне Нот, проходя мимо.
Белёсые облачка от авантюристов постепенно удалялись, превратившись в звёздочки. Я так и не обернулся, не посмотрел им вслед и даже не выругался. Я почувствовал какое-то облегчение, что одна из проблем завтра решится.
Лишь в гостинице, поужинав, заказав вина в комнату и приговорив половину кувшина — только тогда я смог тяжко вздохнуть. Какое-то чувство гидравлическим прессом давило мне на сознание. Какая-то смесь из презрения, брезгливости, и чего-то ещё. Чего-то непонятного, но я мог поклясться, что уже испытывал подобное на материке скверны, оказавшись там после плена у орков.
Одиночество. Грустное, до боли обидное и практически невыносимое. Но сейчас уже другое одиночество, нежели на материке скверны. Там я был единственным разумным существом на весь материк и поговорить с кем-то не мог — а здесь я окружён разумным, но о чём разговаривать с этими… Даже не знаю — животными? Да, есть отдельные разумные, которые ведут себя со мной хотя бы нейтрально, но надо практически засунуть собственную голову себе же в задницу, прогрызть тоннель через кишки и выползти через рот. Только подобное описывает все те немногие случаи, когда разумные меняли своё отношение ко мне. Но, в остальном, даже брезгливостью моё теперешнее отношение к ним назвать нельзя.