Возвращение (СИ)

Единственное, что меня заинтересовало, так это то, что в зале были два представителя команды, одетые в скафандры, как и Трипет. Те же прозрачные пузыри на головах, перчатки. Странно, интересно… но и тут интерес праздный.
И тут респесионист озвучил:
— Мистер Хуманум, не желаете ли представиться? Ваш вид инженера вызвал интерес среди пассажиров Диастриста.
Не был бы я джентльменом — сказал бы, что Трипет врал. До меня присутствующим не было никакого дела: большинство было занято похвальбой торговыми успехами друг перед другом. Но после этих слов, естественно, заинтересовались. А отмахнуться или ограничиться односложным именем мне было… неудобно. Всё же воспитывали из нас в приюте джентльменов, благонравных и достойных членов общества, что я считаю правильным. Хотя и не всегда удобным, как в текущей ситуации, но что уж поделать.
— Фиктор Хуманум, Камулодун, Британика. Механик первого ранга, — ограничился я, удержавшись на грани приличий.
— И всё, мистер Хуманум? — не удовлетворился скудным представлением Трипет.
— И всё, мистер Трипет, — решительно кивнул я, вонзив зубы в какой-то рулетик на деревянной шпажке.
Управляющий обратился к какой-то следующей жертве своего красноречия, а я перекусывал, думая уже предаться размышлениям, а то и покинуть этот банкет: время позднее, а изображать из себя мебель в костюме механика мне не слишком нравилось. Но тут низким, хорошо поставленным голосом, начала представляться дама средних лет, некая Скила Простихо. И выяснилось, что эта дама — не член экипажа, но и не пассажир. А владелица увеселительного заведения на борту Диастриста:
— Отменного ресторана, уважаемые дамы и господа, с прекрасным алкоголем и кухней и даже музыкой! Кроме того, к вашим услугам столы для игры в карты, кости и рулетка — мало кто откажется, не тратить время в пути, а увеличить своё достояние, — подмигнула она.
Вот уж что-что, а то, что азартные игры ведут к потере достояния — преподаватели Приюта вбили крепко. И искусственная память… Хотя какая она искусственная? Давно уже понятно, что это память какого-то разумного, человека из безумного Мира. Но ни имени его, никаких иных личных моментов она не несла. Так что даже для размышлений её иначе, чем как «искусственной» сложно назвать. Так вот, от неё всплыли крайне негативные воспоминания насчёт азартных игр.
Но это — эмоции. А есть механика и математика, которые холодно подтверждают: в азартных играх выигрывают только заведения, в которых играют.
— Кроме этого, дамы и господа, мои юные работницы и работники с радостью помогут вам преодолеть тяготы путешествия, — маслянисто заулыбалась эта дама и начала подмигивать обоими глазами попеременно.
Очень похабно — иначе и не скажешь. Хотя вещь-то не лишняя, три месяца — это довольно долго… Посмотрим, из всех «привлекательных предложений» Скилы Простихо мне может понадобиться только последнее. Да и то — может не понадобиться, посмотрим, как на мне сказалось полноценное, а не «запертое» овладение мистическими силами. И многонедельный мистический сон: всё это факторы, которые могли весьма и весьма повлиять на потребности тела. Хорошо, что не разума, насколько я себя ощущаю и помню.
И тут я вскочил и чуть ли не бегом направился к выходу, расправляя трактаторы. Остановившись чуть ли не на пороге, удерживая дёргающуюся голову. Дело в том, что я почувствовал знакомое ощущение: прорыв Грани Нома. А место механика — в Котельной, следить за механизмами, искать и устранять поломки… Уже на пороге я понял, что я не на Вагус Сумбонте, и в Котельную, даже если я туда и доберусь меня просто не пустят. Да если бы и пустили — это не моя служба, денег я за это не получу, даже наоборот: я плачу, чтобы местный механик… точнее — Котельный Мастер занимался своим делом, обслуживая генератор Райсха. А Мастер Грани занимался Очагом Трисмегиста — тоже не стоит забывать. Это мастер Креп был и тем, и тем, что как по мне — уникально и присуще только ему. Ну или как минимум — очень редко встречается и не распространено.
  
Но мой дёрганый бросок привлёк внимание и даже смешки.
— Первый раз на Воздушном Корабле, юноша? — с презрительно-снисходительно выпяченой губой протянула пожилая дама-соседка увешанная драгоценностями. — Это всего лишь пересечение Грани Нома, и на будущее — извольте вести себя прилично, не беспокоя…
— Я — корабельный механик, сударыня, — отрезал я, чувствуя, как краснеют щёки, но взял себя в руки и вернулся к столам.
— Так что же вы… — начала было насмешливо эта приставучая дама.
— Да потому, кошёлка старая, что он — КОРАБЕЛЬНЫЙ механик, — вдруг, со смехом, произнесла Зое Лузильян, оборотень.
Кстати, не рычаще, а шипяще: свистящий, почти без голоса смех, да и голос довольно странный… что, в общем-то, для не вполне человека нормально. Те же лючитоны обладали рычащими, низкими голосами, прорывающимися высокими, воющими нотами.
— Да как ты смешь, девчонка… — возмущённо закричала пожилая дама.
— Ртом, — недоумённо пояснила оборотень, но тут же шипяще захихикала. — Ты, женщина, прежде, чем поучать и указывать, подумала бы головой. И не оказывалась бы посмешищем: понятно, что механик побежал к Котельной. Привычка, — почти сплюнула она.
Развернулась, и широким шагом направилась к выходу, по пути слегка кивнув мне. Я этой… девушке поклонился в ответ. Но «дамой» её назвать сложно и неправильно, по речи видно. И оружие… боец? Наверное, так, хотя не распространено, насколько мне известно. Женщины-мистики — да, были и подчас использовали магию так, что страшно. Но вот именно бойцами женщины не становились, в силу естественных природных свойств, причём у всех разумных видов Тесселиса, насколько мне известно.
Но эта Зое точно — боец. И дело не только в оружии напоказ: движения, да та же пусть и не слишком пристойная, но очень характерная речь. Я на Вагус Сумбонте на бойцов насмотрелся, они очень редко вели себя так, как положено джентльменам. Но речь ёмкая, быстрая, без лишних красивостей и рассуждений, экономящая время. В общем-то, в Котельной, при переходе грани или в бою — мы с мастером похоже общались, правда, я ограничивался сухой речью, а мастер сквернословил за двоих. Ну, на то он и мастер.
В общем-то, после этой неприятной сцены я выпил немного вина и пошёл из кают-компании. Можно было бы не пить, но я не настолько уверен в себе, как Зое, которой, похоже, на мнение окружающих совершенно всё равно. Мне же нет, так что то, что мой немедленный уход воспримут как бегство — останавливало. Но задерживаться не стал, вышел, обнаружив небольшую группу молодых людей и девушек в однотипной одежде. Несомненно, стюардов, как и подскочивший ко мне Ниарос, второй стюард.
— Сопроводить вас до каюты, господин? — уточнил он.
— Не стоит, — помотал я головой. — Дорогу я запомнил, на воздушном корабле ориентируюсь. А вот вопрос к тебе есть, — озвучил я пришедшую мне в голову мысль.
— Внимательно слушаю.
— Есть ли на борту Диастриста корабельная библиотека? И доступна ли она для пассажиров?
Просто понятно, что те книги, что я купил — нужны. Да и не только они, но то, что у меня с собой и будет в Камулодуне — от меня не убежит. А вот случай познакомиться с литературой атлантов, а, возможно, техническими трудами или мистическими фолиантами — шанс если и не уникальный для Тесселиса вообще, то уж точно уникальный для меня. Воображение у меня хорошее, но возможностей в будущем оказаться на Воздушном Корабле атлантов, не говоря про саму Атлантиду, я как-то не могу представить.
— Э-э-э… — задумчиво, с растерянным лицом протянул Краст, но встряхнулся и затараторил: — Зачем вам тратить время на это господин? Заведение мадам Скилы Простихо…
— Интересно мне в той мере, что оно того заслуживает. А сейчас мне интересна библиотека. Или её нет на Диастристе?
— Есть-то, конечно, есть господин…
— Недоступна для пассажиров? — расстроился я.
— Я, признаюсь вам честно, просто не знаю, — понизил голос стюард. — Вы за время моей службы первый из пассажиров, кто поинтересовался библиотекой Диастриста.