Босс для Золушки (СИ)

Холл переходит в широкий коридор с рядами закрытых дверей по обе стороны. Тут располагается бухгалтерия, а ещё — экономический и кадровый отделы. И, конечно же, святая святых — приемная генерального директора.
Внутри почему-то никого нет, а на компьютере нежно играет фоновая мелодия без слов. На сером офисном кресле секретарши лежит сумочка. В туалет ушла, что ли?
Я подхожу к закрытой двери кабинета. Оттуда доносятся низкие мужские голоса. На мой тихий стук они смолкают, затем доносится уверенное:
— Войдите.
Я дёргаю блестящую ручку и вхожу боком, чтобы не задеть подносом дверной косяк. Под ногами — темно-синий офисный ковер. Иду, глядя под ноги и никак не могу заставить себя поднять голову. Шагов почти не слышно, и это напрягает меня ещё больше.
— Добрый день. Ваш кофе… — робко говорю я, поднимаю глаза на нового владельца нашего ресторанного комплекса и осекаюсь.
Передо мной — Артём Александрович.
Глава 8. Семь властных боссов
Его медовые глаза слегка сощурены, словно у тигра, наблюдающего за добычей. Взгляд острый и проницательный. Я чувствую, что по какой-то неясной причине моя первая реакция представляет для него большой интерес… но что с этим ощущением делать, не знаю. Просто удивленно таращусь на него, забыв про кофе.
— Спасибо… Катя, — медленно произносит он, подчёркивая мое имя еле заметной паузой.
Я наконец вспоминаю про поднос в руках и прихожу в себя. Начинаю расставлять чашки, аккуратно обходя каждого из присутствующих.
Надо побыстрее покончить с этим и уйти, потому что от близости нового гендиректора мне изрядно не по себе. Да и присутствие других мужчин в кабинете давит на меня. Они все слишком властные, слишком харизматичные, слишком… другие. Не такие, как я. Не такие, как люди, с которыми общаешься ежедневно. Для меня они — словно инопланетяне. Красивые экзотичные хищники, подходить к которым опасно для жизни.
— И снова привет, красавица, — ухмыляется один из боссов, когда я наклоняюсь, чтобы поставить перед ним чашку кофе. — Только мне не черный, а латте. Это я заказывал.
Покосившись на улыбающееся лицо, я послушно меняю чашки. Так вот кто оказался сластёной! Тот босс-шутник из коридора на первом этаже. Боярка… кажется.
— И пончики не забудь, — напоминает он, любезно отклоняясь в сторону, чтобы я поставила тарелочку со сладкой выпечкой безо всяких помех. А может, просто опасался, что я случайно запачкаю его дорогой пиджак сахарной пудрой, которая уже просыпалась с пончиков на тарелку.
Артём Александрович почему-то хмурится. Берет свою чашку и отпивает, продолжая наблюдать за мной, как кот за мышью.
— Приятного аппетита, — тихо бормочу я и двигаюсь дальше вдоль длинного стола для переговоров.
Боковым зрением вижу, как Боярка берет один пончик, откусывает от него и непринужденно жуёт. Со вкусом и смаком.
— Василий, у тебя не слипнется? — хмыкает его сосед, скучающий платиновый блондин с точеным лицом аристократа. — Хомячишь так, будто неделю не ел.
Тот безмятежно пожимает плечами, продолжая активно работать челюстями, и отвечает с набитым ртом:
— Ну хоть перекушу до совещания, пока Батя не пришел. Сам знаешь, может затянуться, а я не завтракал. Кстати, выпечка тут неплохая… Катюш, — окликает меня вдруг Боярка, он же Василий. — Тебя ведь Катя зовут?
— Да, — с вежливой улыбкой я оборачиваюсь к нему.
— Подготовь мне пакет таких же пончиков. Я заскочу за ними после совещания к вам на кухню, — он игриво подмигивает. — Может, всё-таки телефончик..?
— Вась, хорош! — внезапно одергивает его Артем Александрович. — Здесь тебе не клуб знакомств. Не отвлекай моих сотрудников от работы.
Мне кажется, что после этих слов Боярка смотрит на моего босса с удивлённым любопытством. И больше ко мне не обращается.
На подносе остаётся последняя чашка черного кофе. Седьмая. Но куда и кому ее ставить, я не совсем понимаю.
— Поставь там. Батянин скоро будет, — говорит Артём Александрович с такой отстраненной будничностью, словно я должна знать, кто это такой. И кивает на место в торце переговорного стола, напротив своего.
 
Впрочем, сложить дважды два не так уж сложно. Где Батянин, там и Батя. Очевидно, что это — тот самый седьмой босс корпорации «Сэвэн», о котором по-свойски упоминали между собой Боярка и Король… то есть Василий и Артур.
Тьфу, блин… Сама уже не замечаю, как озвученные боссами фамильные прозвища-сокращения неосознанно приклеиваются к обладателям в моих мыслях.
Аккуратно ставлю последнюю чашку перед пустующим местом и с чувством облегчения делаю шаг к двери.
— Катя! — негромко, но как-то очень властно окликает меня Артём Александрович. — Подойди.
Сердце спотыкается в груди и снова стучит. Только с удвоенной частотой. В голове мелькают бредовые предположения. Например, я сделала что-то не так, и сейчас мне укажут на ошибку.
Низкий голос босса вызывает у меня слишком много волнения… и оно мешает воспринимать реальность обыденно. Да и на способность мыслить логически как-то не очень хорошо влияет.
«Спокойнее, Катя, — говорю себе мысленно. — Все хорошо. Он же не кусается.»
Возвращаюсь к Артёму Александровичу. Приходится сделать над собой усилие, чтобы не опустить ресницы под его смущающим взглядом.
Он берет из стопки документов на столе тонкую папку и протягивает мне.
— Передай это в бухгалтерию.
— Конечно, — киваю я, чувствуя себя глупо из-за только что испытанных дурацких опасений. Какой-то синдром закомплексованной отличницы, ей-богу.
Беру папку с верхней стороны, чтобы не коснуться длинных крепких пальцев. Почему-то вблизи от босса время словно замедляется, а зрение обостряется. Подмечаю какие-то мелкие детали: по-мужски короткие, но заметно ухоженные ногти… светлые запонки, поблескивающие на рукавах отраженным солнечным светом — кажется, серебряные… элегантный деловой галстук в косую тонкую полоску… волевой подбородок, слегка заросший колючей щетиной… и устремлённые на меня глаза, в которых светятся притягательно-медовые огоньки.
Засмотревшись на них, я неловко тяну папку к себе и даже не сразу замечаю, что она выскальзывает из дрогнувшей руки… ровно до того момента, как папка плюхается на мои туфли. Бумаги разлетаются, и я мгновенно прихожу в себя.
Испуганно выдыхаю:
— Сейчас я всё соберу!
Конфуз полнейший. В полной тишине, на глазах у всех шестерых боссов, я с пылающими щеками быстро складываю в папку выпавшие бумаги. Один лист залетел под стол Артёма Александровича, и я, недолго думая, ныряю туда с головой.
Слышу несколько мужских смешков. Успеваю цапнуть бумагу, а затем рука Артёма Александровича хватает меня за предплечье и вытаскивает из-под стола. Оказывается, ради этого он даже встал со своего места.
— Извините, — я выпрямляюсь и судорожно прижимаю папку к груди, отгораживаясь ею от босса, словно щитом.
— Все в порядке, — говорит он. — Бывает.
Лицо у него серьезное, но медовые глаза смеются, а уголки губ подрагивают. Остальные мужчины в кабинете тихо ухмыляются, а Боярка так и вовсе откровенно веселится.
Я понимаю, как мое поведение выглядело со стороны и краснею ещё больше. Скорее бы сбежать отсюда подальше!
Судьба словно откликается на мои мысли.
Дверь позади меня распахивается, и в кабинет без стука непринужденно входит брюнет со смуглым хищным лицом. Он беседует с кем-то по мобильнику и на взгляды присутствующих показывает жестом, что завершит разговор через две минуты.
Ага, стало быть, это и есть Батя. Седьмой босс, которого все ждали.
Радуясь, что на меня перестали обращать внимание, я бочком отступаю в сторону и торопливо выскакиваю из кабинета. Лицо горит от стыда. Это ж надо было так глупо уронить папку, да ещё и заползти за бумагами под стол к боссу на глазах у всех!
Когда я тяну за собой дверную ручку, то замечаю что Артём Александрович смотрит вовсе не на долгожданного Батянина. Он смотрит на меня… пока закрывшаяся дверь не отрезает нас друг от друга.