Когда вмешалась жизнь (ЛП)

— Тогда я не сдвинусь с места.
Она оскалилась, так что вена на ее лбу проступила сквозь кожу.
— Ладно, но потом я уйду, и ты больше никогда ко мне не приблизишься. Если для этого мне придется переехать, то я перееду.
Гас с трудом сглотнул. Его глаза под нахмуренными бровями расширились. Болезненное давление в горле мешало дышать. За один месяц Паркер Круз ворвалась в его жизнь, сотрясла все его существование, усугубила страдания и открыла дверь к свободе, в которой он нуждался.
После нескольких мгновений невыносимого, напряженного молчания Паркер вздохнула, устремив взгляд на мусорное ведро. Еще несколько мучительных мгновений покусывания внутренней стороны щеки, и она надавила носком туфли на педаль ведра из нержавеющей стали, и крышка распахнулась, обнажив вату, туалетную бумагу и обертки от тампонов.
— Она не беременна, — прошептал Гас.
Паркер не сводила безжизненного взгляда с мусора.
— Это не важно.
— Еще как важно, черт возьми! — Он ненавидел стену, воздвигнутую ею между ними.
— Я не могу видеть дальше «желания». И это меня погубит.
Наполненные сожалением глаза встретились с его взглядом, когда она двинулась к несессеру Сабрины.
— На этот раз я должна влюбиться с открытыми глазами. — Она расстегнула молнию одного из кармашка косметички Сабрины. — И пусть это не мое дело, но тебе тоже нужно открыть глаза.
Паркер бросила презервативы на туалетный столик.
Гас моргнул, пытаясь осознать увиденное. Он не покупал презервативы уже много лет. Собираясь с мыслями, он отчаянно старался отыскать в голове хоть что-то, что имело бы смысл. На мгновение он закрыл глаза, испытывая легкое головокружение.
— Мне жаль. — Слова Паркер эхом отдавались в пространстве, словно она находилась в нескольких милях отсюда.
Гас вздрогнул и сделал несколько шагов вперед, пытаясь сохранить равновесие, когда она повернула дверную ручку и открыла дверь. Вся его сила и борьба держались на волоске, как и все остальное.
Он зажмурился и увидел Сабрину в день их свадьбы, Сабрину в постели, обвившуюся вокруг его тела, и долгие прогулки с ней рука об руку по озеру Грей, пока Рэгс тянул их во все стороны. Как же он был слеп. Он. Когда Гас открыл глаза и увидел пустую ванную и отчетливый вид презервативов на столешнице, он повернулся и побежал за Паркер.
— Паркер? — позвала Сабрина снизу. — Гас?
Паркер была на полпути к лестнице, когда Гас прикрыл ей рот рукой, не давая ответить. Он затащил ее в гостевую спальню и дальше, в гардеробную, которую они использовали для хранения вещей. Из-за его ладони ее стоны звучали приглушенно, глаза вылезли из орбит, а ногти впились ему в руку.
— Шшш… — прошептал он ей на ухо. — Дай мне две минуты, и я тебя отпущу. Пожалуйста, две минуты.
Ее глаза несколько раз метнулись из стороны в сторону, прежде чем она медленно кивнула. Постепенно он убрал ладонь от ее рта и запустил обе руки в ее волосы. Паркер схватилась за его предплечья, но сопротивляться не стала. Вместо этого по ее щекам покатились слезы.
Гас наклонился, остановившись в нескольких дюймах от ее губ.
— Я люблю тебя.
Она зажмурилась и попыталась покачать головой, закусив губу.
— Да, люблю. Ты можешь указывать мне, как тебя называть. Можешь оставлять миллион язвительных комментариев по поводу моего возраста. Можешь сообщить мне новость о романе моей жены. Но ты не можешь говорить мне, что я не могу любить тебя. Это мой выбор, и я выбираю любить тебя, потому что это все, чего я хочу. — Его сдавленный эмоциями голос изо всех сил старался оставаться тихим. — Мне плевать на эти презервативы. Это не моя жизнь. Так что, если ты думала, что я взорвусь от ревности, ты ошиблась. Я не хочу ругаться с Сабриной. Не хочу избивать парня, с которым она спит. Я просто… — Он прижался лбом к ее лбу, а она тряслась от беззвучных рыданий. — Я просто хочу тебя.
Паркер сдалась. Обвив руками его шею, она заплакала еще сильнее. Он крепко прижал ее к себе, не желая отпускать или позволять после этого момента задуматься хотя бы на секунду.
  
— Ты ужасный, разбивающий сердца старик, Гас Уэстман.
Его губы тронула улыбка.
— Да. Но ты ведь любишь меня?
Она медленно отодвинулась, всхлипывая и смаргивая слезы, нависшие на ее длинных ресницах.
— Вопреки здравому смыслу, но…
— Но? — Он ухмыльнулся.
Еле заметный изгиб ее губ боролся за крохотную надежду.
— Да, — прошептала она.
— Дааа… — Он просиял, целуя ее, пока не почувствовал уверенность, что единственное, что ее удерживает, — это его руки, обнимающие ее за талию.
Когда они оторвались друг от друга, чтобы перевести дух, на ее лице снова проступила нотка печали.
— Не надо, — прошептал он ей в губы. — Не смотри на меня так, словно ждешь чего-то плохого. Дай мне три дня, чтобы обсудить все с Сабриной до ее очередного отъезда из города. А потом поедем со мной.
— Я… — Она покачала головой. — Я не могу уехать с тобой. Моя семья никогда не поймет, как все так получилось. Не после Калеба и Пайпер.
— Тогда не говори им. Не сейчас. Скажи им, что собираешься куда-нибудь с друзьями или на поиски работы, или что-то в этом роде, но просто… поедем со мной. Всего на несколько дней. Ты, я и никакой одежды.
Паркер рассмеялась.
— Ты такой парень.
— Твой парень. — Он прикусил ее нижнюю губу, а затем провел по ней языком. — Поедем со мной.
Она кивнула.
— Три дня, и если я не получу от тебя известия, то снова пересплю с доктором Блэром, а ты все равно бесплатно перемонтируешь электропроводку в моем доме.
— Три дня. И я дам пинок под зад Доктору Вонючие Ноги, если он ступит на территорию твоего участка. И я перемонтирую электропроводку в твоем доме после того, как проведу неделю, похороненным внутри тебя. — Он в последний раз поцеловал ее до потери дыхания перед самыми длинными тремя днями в его жизни. — А теперь иди домой. С Сабриной я разберусь.
Ошарашенно кивнув, Паркер отпустила его и сделала два шага, прежде чем развернуться.
— Ты ей расскажешь?
— О чем?
— Что ты знаешь о презервативах?
Их слова по-прежнему звучали не громче шепота.
Гас кивнул в сторону хозяйской спальни.
— Она, наверное, уже побывала там и увидела их на столике.
Брови Паркер сошлись вместе.
— Ты расскажешь ей о нас?
Спокойное, безучастное выражение ее лица ничего не выдавало. Гас хотел поступить правильно по отношению к Паркер, загладить все причиненное им зло.
— Да. Итак… ты теперь безработная.
На ее лице появилась тень улыбки.
— Три дня. — Медленно повернувшись, счастье Гаса выплыло из двери гардеробной.
Глава 18
Проснувшись от громкого гула газонокосилки, Паркер высвободилась из-под простыни и включила телефон. «Ах, какая я молодец». Она улыбнулась, увидев время: пять минут после полудня. Прежде чем она успела положить телефон обратно, он завибрировал в ее руке. На экране появилось фото ее мамы. Подумав, ответить или нет, она сдалась и нажала зеленую кнопку.
— Доброе утро, мама.
— Утро? Сейчас полдень. Пожалуйста, не говори мне, что ты еще в постели.
Паркер вскочила с кровати и вытянула над головой свободную руку, выгибая спину.
— Нет, — сказала она, зевая.
— Как прошла вечеринка у Уэстманов?
— Эм… хорошо. Чем вы занимались?
— Ну, нас ждал небольшой сюрприз.
— Да?
— Да. Я приготовила обед. Расскажу тебе обо всем, когда придешь к нам.
— Мама, я…
— Увидимся у нас. Не задерживайся, мы голодные.
Бросив телефон на кровать, Паркер направилась в душ. События предыдущего дня все еще цеплялись за нее, и ей хотелось смыть их, не думать о Гасе следующие три дня и не тешить себя надеждой, пока отношения между Уэстманами действительно не закончатся.
Приняв душ и быстро высушив волосы, Паркер вышла на крыльцо и закрыла за собой дверь.
— Какого черта? — прошептала она.