Когда вмешалась жизнь (ЛП)

— Боже, Август! Пожалуйста, не говори, что ты звонишь мне в разгар дня из-за этого.
— Барбекю, Сабрина. Гриль или жаровня, зефир, костер, шезлонги и пиво в банках или, может быть, в кеге со стопкой красных стаканчиков. О чем, черт возьми, ты думала? Шатер? Сангрия? Мы не такие люди!
— Успокойся. Я не прошу тебе делать что-то большее, чем просто появиться там… желательно не в спортивной одежде или в чем-то на чем есть логотип, и без бейсболки.
В тот момент он поклялся никогда не снимать бейсболку «Кабс» и не носить ничего, кроме футболок с огромными логотипами.
— Я не заплачу за это ни пени.
Снисходительный смех, донесшийся из динамика, словно кислота, обжег его нервы.
— Вот почему в прошлом году мы открыли отдельные счета.
Он показал телефону средний палец.
— Да, мы не нуждались в отдельных счетах, когда я зарабатывал больше тебя.
— Сейчас мне некогда слушать о твоей неуверенности. У одного из нас есть работа, которая не оставляет времени на бессмысленные разговоры об уязвленном эго. До свидания, Август.
Он бросил телефон на приборную панель.
— Бл*ть!
Тук. Тук. Тук.
Гас повернулся на стук костяшек пальцев Эйба по окну. Он толкнул дверцу, заставив Эйба отступить на несколько шагов.
— Позволь, угадаю. Обычная замена масла и проверка колес обернулись новыми тормозами, новым аккумулятором и счетом, в три раза превышающим твои ожидания.
— Нет. — Гас захлопнул дверцу и направился к дому. — Любовь всей моей жизни превратилась в неузнаваемую…
Он прикусил язык, когда в его голове проносились такие слова, как «сука» и «ведьма». Эйба это не касалось.
— Дерьмо. Вот почему ты спрашивал меня о моей измене. Ты несчастлив дома.
— Просто черная полоса.
Он осмотрел работу, которую уже проделал Эйб. Несмотря на свою любовь к футболкам с логотипами и бейсболкам, Гас гордился тем, что был перфекционистом в своей работе.
— Черная полоса, или ты слетел в гребаный каньон. Бесплодный и беспощадный, который забирает жизни без разбора, прежде чем кто-нибудь сможет тебя спасти?
Как бы Гасу ни хотелось обвинить Паркер в проблемах его брака, он не мог этого сделать. Он корил себя за попытку использовать ее как предлог для поиска недостатков в их отношениях с женой. Но их проблемы существовали еще задолго до того, как Паркер — в одном только бюстгальтере и трусиках — открыла ему дверь. Даже если бы он никогда больше не увидел эти ноги и этой улыбки, Сабрина все равно осталась бы сукой, появившейся из ниоткуда.
Возможно, она подсела на наркоту. Возможно, в ее мозг проник какой-нибудь паразит и изменил ее личность. Какова бы ни была причина, он не мог прожить остаток своей жизни, оплакивая женщину, на которой женился, презирая незнакомку в своей постели и тоскуя по своей соседке.
— Меня не нужно спасать.
— Знаменитые последние слова, друг мой… знаменитые последние слова.
*
Гас завершил рабочий день на автопилоте, изо всех сил стараясь не обращать внимания на Эйба и беспокойство на его лице. Подъехав к дому, он увидел красный «Ford Escape» своих родителей, припаркованный на круглой подъездной дорожке, и Паркер, бродившую по двору с пятигаллонным ведром. На ней все еще были короткие шорты и испачканная пончиками майка. Самым шокирующим сюрпризом стал «BMW» Сабрины, припаркованный в гараже.
Он снял ботинки в прихожей и вошел в пустую кухню.
— Привет?
— Мы здесь, милый, — позвала его мама, Тесса, с застекленной террасы.
— Кто-то умер? — спросил Гас.
— Никто, милый. — Тесса улыбнулась, заправляя за ухо седые волосы длиной до подбородка. — Мы собирались покататься и решили заскочить к вам поздороваться. Мы несколько недель не видели Сабрину.
Гас посмотрел на жену, потягивающую красное вино, в по-прежнему идеально отутюженном платье и на шпильках.
— Я в шоке, что ты дома.
Она пожала плечами.
— У меня немного разболелась голова, поэтому я вернулась домой пораньше. Видимо, это судьба, поскольку я давно не разговаривала с твоими родителями.
Гас медленно кивнул.
  
— Знаете, у меня есть средство от сорняков, которое справится с вашей проблемой с одуванчиками гораздо быстрее, чем та молодая леди, выдергивающая их по одному, — усмехнулся его отец, Джеральд, наблюдая за Паркер.
— Она сказала, что химикаты могут навредить Рэгсу, и я с ней согласна. — Сабрина поднесла бокал к губам, бросив на Гаса злобный взгляд, словно он пытался убить их собаку.
— Значит, Паркер, выдергивающая одуванчики, — ваше развлечение в счастливые часы?
Джеральд присвистнул, покачав головой.
— Эта девушка работает без остановки. Настоящая трудяга. К тому же, милая молодая леди. Нам с твоей мамой очень понравилось болтать с ней в тот день, когда она привозила нам банановый хлеб. Она еще и печь умеет. Если бы твой болван-брат не был одержим желанием встречаться с нетребовательными пустышками, я бы их сосватал.
— Бран еще молод и в поисках своего пути, — встала на защиту младшего сына Тесса, грациозно усаживаясь в мягкое кресло на террасе.
Гас, средний ребенок, отличался трудолюбием. Табита, старшая сестра, работала неврологом, и обладала почти IQ гения, а Бран, в свои двадцать пять, не интересовался поиском цели жизни, настоящей работы или отношений, которые длились бы дольше одной ночи.
Гаса забавляла мысль о явном отличии «трудяги» Паркер от Брана. Ее резюме состояло из череды временных работ. А в пятницу вечером у нее не было лучше занятия, чем срывать одуванчики.
— Все равно она вскоре, вероятно, окажется недоступна. — Сабрина посмотрела на Паркер. — Судя по ее словам, ее вчерашнее свидание прошло очень хорошо. С молодым доктором.
— Подологом, — хмыкнул Гас.
Его мама засмеялась.
— Август, подологи тоже доктора.
— Безусловно, — кивнул Джеральд. — Мой последний прием был у этого новенького, доктора Блэра. У него отличное чувство юмора, и мои шишки никогда не чувствовали себя лучше.
— Доктор Блэр? А имя — Марк? — уточнила Сабрина.
— Да, ты его знаешь?
— Нет. Но это тот самый парень, с которым Паркер вчера встречалась.
— О, боже… — буркнул Гас себе под нос.
— Паркер? — позвал Джеральд, поправляя бейсболку «Хоукай» — каков отец, таков и сын, — вот только его кепка закрывала девяносто процентов лысины.
Паркер взглянула в их сторону, убирая с лица тыльной стороной запястья несколько выбившихся прядей.
— Доктор Блэр — мой врач!
Гас закатил глаза.
— Отличный парень. Так держать, юная леди. — Он показал ей поднятый вверх большой палец.
Она ответила ему знаком «ОК» и своей фирменной улыбкой.
— Спасибо, мистер Уэстман, обязательно.
— Если вы меня извините, я немного прилягу перед ужином, чтобы избавиться от головной боли. — Сабрина обняла его родителей и холодно взглянула на Гаса по пути наверх.
— Поправляйся, дорогая, — сказала Тесса.
— Мамочка, нам тоже пора. — Джеральд подмигнул Тессе.
Она одарила его очаровательной улыбкой. Раньше Сабрина также смотрела на Гаса.
— Мы с нетерпением ждем вашей вечеринки в честь Четвертого июля. — Тесса поцеловала Гаса в щеку.
Он надел ботинки и проводил их к «Ford Escape».
— Рад, что вы ее ждете.
Отец похлопал его по плечу.
— Я слышал. Никакого барбекю. Вижу, ты борешься с этим, но как только проживешь в браке столько же, сколько мы с твоей мамой, сможешь просто сказать: «Да, мэм».
Гас сомневался, что его брак продлится сорок лет, как брак его родителей. После недавних событий он задавался вопросом: продлится ли его брак еще хотя бы сорок дней.
— Это код для того, чтобы не подставлять свою задницу, да? — Тесса неодобрительно нахмурилась.
— Нет. — Джеральд покачал головой, успокаивая жену, чтобы та села в машину. После того, как она закрыла дверцу, он поморщился и посмотрела на Гаса. — Да, это код для этого. Пока, юная леди! Передавайте привет доктору Блэру, если увидите его раньше меня.