Неидеальное свидание

– Боже мой, – шепчу я, поднимая одну туфлю и прижимая ее к груди. – Лабутены. Господи. – Аккуратно ставлю туфлю на место и поглаживаю ее. – Ты прекрасна. Всегда помни об этом, особенно когда из-за моих нерадивых ног на тебе появятся царапины, потому что иногда я хожу, как новорожденный олененок.
Открываю ящики комода и… ого. Достаю белые кружевные стринги и подношу их к свету.
– Целая куча ерунды. – Открываю другой ящик и вижу подходящие лифчики. – Неужели нижнее белье тоже имеет значение? – Ну, если стиркой занимается персонал, Хаксли, вероятно, не хочет, чтобы мои несочетающиеся вещи валялись там и тут.
Раздражает, насколько он все продумал за такой короткий промежуток времени.
Бросаю одежду обратно в ящики, а затем ищу свою пижаму, которой… кажется, нигде нет. Чем тщательнее я просматриваю ящики, тем яснее понимаю одну конкретную вещь – там много нижнего белья, но нет ни следа моих безразмерных футболок, моих футболок с изображением разных групп или каких-либо следов моей индивидуальности.
Поднимаю шелковый комплект из двух частей – миниатюрные шорты, которые, я уверена, едва прикрывают мою задницу, и облегающий топ в тон. Он ожидает, что я надену это?
С одеждой в руках я мчусь через свою комнату, выхожу за дверь и стучу в дверь Хаксли.
– Мне нужно с тобой поговорить! – кричу я.
Спустя всего пару секунд он распахивает дверь, хватает меня за руку, затаскивает внутрь и прижимает к стене, тут же захлопывая дверь.
Он стоит в одних шортах, которые носил сегодня, безупречная мускулистая грудь поднимается и опускается, когда он смотрит на меня, подавляя своими размерами и злостью. Кто-то проводит много времени в спортзале, и его зовут Хаксли Кейн, потому что… вау. Просто… вау.
Кто знал, что грудные мышцы могут быть такими крепкими? Держу пари, они подпрыгивают, когда Хаксли бегает.
– Какого черта ты кричишь?
Э-э-э…
А какой у меня вопрос?
Извините, но я немного отвлеклась на бога, который стоит передо мной. Да, легко заметить, что он привлекательный мужчина. Я бы солгала, если бы вздумала отрицать это. Но я никогда не замечала, что он скрывает гораздо больше под своими рубашками. И я имею в виду… гораздо больше.
Крупные, плоские грудные мышцы, мускулистые плечи, словно высеченные из мрамора бицепсы. У него тело серфера, сплошные мышцы, от шеи и вплоть до идеального рельефного пресса и косых V-образных мышц живота. И поскольку жизнь несправедлива, боксеры облегают его талию чуть выше того места, где начинаются шорты.
Заявляю официально – мой фальшивый жених просто красавчик. Жаль, что он придурок, каких я еще не встречала.
Все еще кипя от злости, он спрашивает:
– Какого черта тебе нужно?
Ах, да. Я же должна злиться на него.
Упирая руку в бедро, приподнимаю пеньюар и спрашиваю:
– Ты ждешь, что я надену это?
Его взгляд падает на черный шелк в моей руке, а затем он снова смотрит на меня.
– А что, с этим проблемы?
– Это не пижама.
– Я думал, ты спишь без одежды, так в чем проблема?
– Я не собираюсь спать голышом в доме незнакомца.
– Тогда то, что ты держишь в руке, должно подойти.
Прищуриваюсь.
– Где вся моя одежда?
– Убрана на хранение.
– Почему?
Хаксли проводит рукой по лицу.
– Потому что она не подходила для той роли, которую тебе нужно играть. Мы обсуждали это. Почему ты решаешь поговорить об этом, когда я пытаюсь лечь спать?
– Потому что я думала, что у меня будет хоть какая-то собственная одежда.
– В ней нет необходимости, я позаботился о том, чтобы у тебя было все необходимое. Теперь, если это все, я бы хотел немного поспать. – Может ли он быть еще большим придурком?
Скорее всего да.
Уверена, сейчас я вижу лишь вершину айсберга. Наверняка он может вести себя еще ужаснее, что, конечно, заставляет меня задуматься, как далеко я могу подтолкнуть его. Похоже, у меня есть время, чтобы это выяснить.
Сжимая свою новую пижаму, я говорю:
– Ты ужасен, ты в курсе?
– Ты и сама не лучик света.
Несмотря на то, что он выше меня по крайней мере сантиметров на тридцать, я подхожу к нему, откидываю голову назад и говорю:
  
– Надеюсь, у тебя будет бессонная ночь.
– Сладких кошмаров, – отвечает он с таким сарказмом, что мне начинает казаться, будто я встретила достойного соперника.
Вот только он еще не понимает, что не он один может играть грязно.
Пусть мы связаны контрактом, но я точно могу превратить его жизнь в кошмар. Именно этим я и планирую заняться.
  
Глава 9
 
Хаксли
Джей Пи: Как прошел вчерашний вечер? Мы ничего от тебя не слышали, и я беспокоюсь, что она все испортила. Так и есть? Лотти дала маху?
Смотрю на сообщение от брата и беру свою кружку с дымящимся черным кофе. Дую на горячую жидкость, а затем подношу кружку губам и делаю маленький глоток, позволяя горькому, но мягкому на вкус напитку проскользнуть в горло.
Дала ли Лотти маху прошлым вечером? Нет.
Она вообще ничего не дала… если вы понимаете, о чем я.
Честно говоря, я не ожидал, что она будет так чертовски хорошо выглядеть в платье, которое я сам выбрал. Я также не ожидал, что выйдя из ванной комнаты своей сестры с завитыми в локоны волосами и легким макияжем, подчеркивающим эти завораживающие глаза, она будет похожа на богиню.
И уж точно не предполагал, что весь вечер и всю ночь буду думать о ней с этим чертовым вибратором. После того, как лег в постель, клянусь, я почти не дышал, надеясь услышать, как она удовлетворяет себя.
После тридцати минут тишины, когда мой член стал твердым как камень, я избавился от напряжения и лег спать.
Три вибратора. Какой женщине нужны три?
Конечно же Лотти. Потому что я не только почти лишился собственного бизнеса из-за необдуманных поступков, мне также пришлось выбрать девушку, которая так легко задела меня за живое. Она раздражающая, обескураживающая, красивая и язвительная. Настоящая темная лошадка. Из-за вылетающих из ее рта слов я часто теряю дар речи, а потом удивляюсь ее уму.
Это выматывает.
Отставляю кофе и смотрю на часы. Она опаздывает на две минуты. Пока жду, переписываюсь с Джей Пи.
Хаксли: Она ничего не испортила. К несчастью, она превзошла все ожидания, очень понравилась Дэйву и Элли и представила меня в лучшем свете.
Делаю еще один глоток кофе, пока мои братья набирают ответ.
Брейкер: Почему «к несчастью»? Разве ты не должен быть счастлив?
Джей Пи: О… проблемы в раю?
Хаксли: Она невыносима.
Брейкер: ЛОЛ. Ну, я очень доволен таким поворотом.
Джей Пи: С ней трудно работать?
Хаксли: Можно и так сказать. Она постоянно спорит и уже опаздывает на завтрак.
Брейкер: Ты назначил время для завтрака? Мужик, сегодня ведь воскресенье.
Джей Пи: Дай угадаю, ты ведешь себя с ней как полный придурок. Классическая роль Хаксли.
Хаксли: Я не веду себя как придурок. Просто отношусь к нашему общению как к бизнес-сделке. Потому что это и есть бизнес.
Брейкер: Такой романтик.
Хаксли: В нашем соглашении нет романтики.
Брейкер: То есть ты хочешь сказать, что не находишь ее хоть немного привлекательной? Как она вообще выглядит?
Хаксли: Это важно?
Брейкер: Да.
Джей Пи: На тысячу процентов.
Хаксли: Почему?
Брейкер: Потому что нам нужно знать, закончится ли это соглашение трахом.
Джей Пи: Нам нужно подключить адвокатов, убедиться, что они наготове.
Хаксли: НИКАКОГО траха. Поверьте мне.
В этот момент я слышу, как тапочки шлепают по деревянным половицам, и переключаю внимание на лестницу. Лотти вбегает в столовую с таким видом, будто только что восстала из мертвых, и, черт возьми… на ней эта «пижама».