Отшельник (СИ)

Яркие лампы дневного света включились и загудели, освещая самую настоящую лабораторию с белыми столами и кучей электронных приборов.
— Вот это, сука, Эрмитаж! — охнул Егор, нависая надо мной и заглядывая внутрь через мое плечо, — Ты тут левые импланты штампуешь, что ли?
— А по мне разве не видно, что нет? — огрызнулся Короткий.
Я тем временем шустро спустился вниз.
— Ну и где оно?
  
— У стены справа от тебя, под серой тканью.
Пока Егор спускался, я подошел к накрытому предмету и снял с него покрывало.
— Вот это да!.. — невольно вырвалось у меня.
Потому что на меня жирным коротким дулом смотрела пушка! На пятидесятисантиметровой опоре, с небольшим монитором, рычажками и железным коробом в сердцевине треноги.
— Ага, — мрачно отозвался Егор. — Мастодонт ЭМИ-технологий. Из такой, наверное, еще мой дед киберов глушил. Э, Короткий, она точно не развалится по пути?
— Главное, чтобы вы не развалились, а так она еще лет сто продержится при хорошем уходе, — ответил механик.
Мы с Егором аккуратно взялись за ручки на корпусе, приподняли Синерджет, и я понял, что Командор ничуть не соврал, назвав его «свинцовым гробом».
— Давай я спиной наверх, а ты придержишь, — предложил я.
— Идет, — сдавленным голосом отозвался Егор. — Сколько вообще эта хреновина весит? Лестница выдержит?
— Туда ее спускали тоже по ней, вроде ничего, — отозвался Короткий, отползая от выхода, чтобы не мешать.
Снаружи опять доносились выстрелы — видимо, патрули нашли все-таки второй бронебой.
Я осторожно нащупал ногой первую перекладину. Лестница жалобно заскрипела подо мной. Убедившись, что все нормально, я шагнул на следующую. И еще на одну.
— А можно чуть побыстрее? — простонал Егор, ставший от напряжения пунцовым. — У меня щас что-нибудь лопнет!
— Если я оступлюсь, ты вообще весь лопнешь, и от тебя один только кожаный чехол останется, — ответил я, продолжая так же неторопливо подниматься. — Так что не торопи, я тут как канатоходец со штангой!
Моя голова, плечи и дуло пушки приподнялись над уровнем пола. Тут я уже чувствовал себя совсем неустойчиво, когда крепкие руки Короткого поддержали пушку за ствол.
— Приподними-ка еще немного и дай мне схватиться за правую ручку, я помогу! — предложил механик.
Он и правда помог. Упираясь левой рукой в прорезиненной перчатке в пол, он перехватил у меня Синерджет, давая мне возможность выбраться с лестницы.
— Вы че там, умерли, что ли⁈ — раздосадовано выкрикнул Егор. — Тащите, мать вашу!
И мы потащили.
Когда пушка оказалась на полу гаража, мы все облегченно выдохнули, хотя все самое ответственное было еще впереди.
— Закатим на эстакаду! — предложил я. — Какая у него дальность?
— Пятьсот метров, — ответил Короткий.
— Годится, — кивнул я, и мы с Егором потащили бандуру из гаража, благо теперь ее можно было волочить на колесиках треноги, а не нести на руках.
Высунувшись из гаража первым, я по-быстрому осмотрелся и увидел, что добрая треть палаточного городка полегла и превратилась в пестрое одеяло.
Парни Командора разбились на небольшие группки и позабивались в укрытия, время от времени приманивая Пухлого то в одну сторону, то в другую. Изгнанные из лагеря постояльцы смотрели на происходящее с расстояния.
Судя по искореженной клешне, безвольно висевшей на выпавшей связке проводов, кому-то из патрульных все-таки удалось зацепить прыгучего монстра, но это не решило проблемы.
Другое дело, если бы его железные ноги лишились подвижности.
— Давайте-ка оттащим его от гаража, жахнем прицельно разок и отрубим этому, сука, кузнечику лапы, — проговорил Егор.
— Сначала его включить надо, — вмешался в процесс Короткий. — На это потребуется пара минут, не меньше…
— Что там с Энерджетом? — голос Командора донесся от строений со стороны импровизированного рынка.
— Запускаем! — поспешно крикнул ему в ответ Короткий. Щелкнул красным рычажком на металлическом коробе, и…
Ничего не произошло.
Мы с Егором переглянулись.
Короткий сбросил с руки перчатку, будто это могло чем-то помочь, вернул выключатель в прежнее состояние, подождал несколько секунд — и снова попытался включить прибор. И еще раз.
— Чувствую себя полным дебилом, — негромко проговорил Егор.
Я кивнул.
— Ага. И почему мы его раньше включить не попробовали?
Егор усмехнулся.
— Ну, тебе же нужно было срочно убить дракона. Когда было думать о таких мелочах?
— Мать вашу, Короткий, где Синерджет⁈ — донесся до нас голос невидимого Командора, скрывавшегося где-то среди палаток.
— Сейчас-сейчас! — крикнул ему механик в ответ дрогнувшим голосом, выхватил из своей сумки на поясе отвертку и принялся раскручивать короб.
— Хорош суетиться, парень, как мертвому не дрочи, у него все равно не встанет, — раздраженно сказал Егор, глядя на потуги Короткого что-то изменить.
И в целом я был с ним согласен.
— Нам нужно другое решение, — проговорил я, лихорадочно соображая, что теперь делать.
Стрелять из пистолета, гоняя Пухлого из угла в угол? Чушь. Попытаться снова достать его из бронебоя? Но я же не один такой умный, и тем не менее я не видел, чтобы кто-то пытался попасть в него соответствующим зарядом. Значит, или к боеприпасам нет доступа, или они просто закончились. Что еще можно сделать? Швырнуть уродца на колючку под напряжением? Но он, в отличие от других юрок, хоть и метался по лагерю, как безумный, тем не менее полной дичи не творил и явно не полезет туда по доброй воле, а уронить его насильно с таких-то опор можно только разве что впятером.
И как только Крестоносец выживает безо всяких там ЭМИ и бронебоев? Ведь и к нему наверняка приходили юрки с имплантами!..
— Точно! — проговорил я. — И как я сразу не понял?
В самом деле, все же так просто!
Каким бы улучшенным не было тело, оно совершенно не работает без головы. А шею имплантированной броней не прикроешь, как и глаза.
И даже если этот юрка заразен, мне с моим иммунитетом точно ничего не грозит
И еще — у Пухлого больше нет другого оружия, кроме ног. Отёкшая рука, судя по всему, была бесполезна, клешня вышла из строя…
— Не понял чего? — переспросил меня Егор.
Пухлый вдруг отвлекся от пулеметной очереди со стороны рынка и обернулся на нас.
— Дай мне нож, — вместо объяснений сказал я.
— Ты совсем отъехал⁈
— Дай мне свой нож!
— Да на, — раздраженно отозвался Егор, выдергивая клинок из ножен.
— А теперь отвлеки его хотя бы секунд на пять!
Я выхватил нож из руки Егора и отскочил к стене, в самый угол у входа.
Как раз вовремя. Потому что в следующее мгновенье Пухлый с грохотом и лязгом приземлился прямо напротив гаража, поднырнул в ворота…
— А-а-а! — взревел мой напарник во всю глотку, рывком в одиночку поднимая вдруг Синерджет. — Мара-а-ат, сука-а-а!!! — и Егор каким-то нереальным движением швырнул махину — к счастью, все-таки не в меня, а в Пухлого.
Синерджет ударила в опоры примерно на уровне выгнутых назад коленей. Уродец покачнулся, неловко взмахнул единственной действующей рукой с раздутыми сардельками пальцев — и со скрежетом в буквальном смысле сел на задницу.
Я выскочил из своего укрытия и крепко схватил его в том месте, где должна была быть шея. Рука протолкнулась в складку под его подбородком, и тут он вскочил на свои искореженные, но все еще рабочие ноги.
Если когда-нибудь мне придется ставить протез, я бы хотел, чтобы мне достался тот же производитель, что и Пухлому.
Я повис на нем, как на дереве. Из глубины лагеря один за другим раздались два выстрела, но потом все стихло.
Уродец с ревом бросился прочь от гаражей. По пути зацепился за стоявшую неподалеку машину, ожидавшую ремонта, и окончательно потерял свою клешню. Стиснув нож в кулаке, я как можно крепче схватился за юрку, стараясь на нем удержаться. И пытался воткнуть клинок в его горло. Если, конечно, оно у него вообще имелось в этих раздутых подушках. Горячая липкая жидкость плеснула мне на руки. Ну же, давай!