Босс моего мужа (СИ)
Киваю, подтверждая его догадку.
– Что ж, давайте посмотрим… – задумчиво бормочет хозяин лавки, а потом начинает предлагать то, что могло бы подойти под запрос.
Обычно я выбираю интуитивно. Часы, статуэтки, картины – не то, не подходит. А вот когда на прилавок выставляется шкатулка, принимаюсь рассматривать внимательней. Девятнадцатый век, бронза, выглядит симпатично, но окончательно я уверяюсь в выборе, когда внутри на верхней крышке замечаю зеркало. Оно гордо взирает тщательно отполированной красотой, думая, что так будет незаметно маленького дефекта – скола в виде паутинки на ободке.
– Именно этот скол так и набивает цену, – заметив, что я рассматриваю его, поясняет хозяин лавки. – Дело в том, что это уникальный недостаток, а вызван он тем, что…
– Беру.
Если хозяин лавки и разочарован тем, что я не позволяю ему поведать легенду, то вида не подает. Вежливо кивает, принимая мой выбор, и вручает подарок в пакете с логотипом его лавки. Сажусь в машину, бросаю взгляд на часы: времени вдосталь.
Заметив в витрине хозяина лавки, улыбаюсь ему, мол, все в порядке, просто задумалась и отъезжаю к кафе за углом. Мне везет и с тем, что посетителей мало, и со столиком – он в дальнем углу.
Есть не хочу, поэтому заказываю лишь кофе. На вкус он оказывается отвратным, но я делаю новый глоток. Еще одна попытка удержаться здесь и сейчас, которая, как и предыдущие, с треском проваливается, и мои мысли вновь переносят меня в квартиру Тимура…
Пробуждение от жадных касаний, рука, сползающая вниз по моему телу, чтобы проверить, приму ли его… Ребро жесткой ладони, на которое я насаживаюсь, изгибаясь, подстраиваясь под тело мужчины у себя за спиной… Обманчиво медленное, томительное проникновение, как будто у нас впереди целая вечность… А потом рывки, резкие, грубоватые, как будто он вспомнил, что для нас двоих есть временная отметка… Мои всхлипы, его тяжелое дыхание на моей шее, которое, кажется, я чувствую до сих пор. И от которого мне до сих пор жарко, потому я и заколола волосы вверх.
Не слишком изящная прическа для торжества, которое устраивает свекровь. Наверняка она это отметит. Не постаралась, не захотела соответствовать и оправдать ее ожидания хотя бы раз в год.
Звонок телефона привлекает мое внимание. Он лежит на столе, но я не сразу решаюсь ответить. Как разговаривать с мужем, если не так давно ушла от любовника? Но если не взять трубку, начнет волноваться, поэтому я все же решаюсь.
Мне кажется, когда я с ним разговариваю, на меня оглядываются все немногочисленные посетители кафе. Мерещится даже, что официантки шушукаются. Я знаю, что это не так. Они не могут знать и вряд ли слышат, как неестественно бодро звучит мой голос. Макс не спрашивает, я сама тараторю и долго рассказываю о том, какой выбрала подарок для его матери.
– А у тебя там как дела? – перебиваю себя.
– Сдвинулись, – отвечает он односложно и уже гораздо теплее добавляет: – Думаю, что скоро вернусь к тебе, котенок.
У него уставший голос. Наверное, поэтому он и не замечает во мне каких-либо перемен. И поэтому желает мне хорошо отдохнуть на дне рождения его матери, хотя и знает, как трудно я переношу эти встречи. Да и какой может быть отдых там, где тебя всякий раз рассматривают под микроскопом и каждый раз замечают все новые и новые недостатки.
Не хочу туда ехать. Злюсь оттого, что надо. Надо, потому что Макса не будет, гости и так будут спрашивать. А если не появлюсь еще и я… Да, мнение гостей очень важно, потому что там будут только важные гости. Других не бывает.
– Хотите что-то еще? – вырывает меня из задумчивости официантка.
Взглянув на часы, отказываюсь. Пора. Пора снова надеть «маску» и ехать.
Праздник проходит в хорошем, дорогом ресторане. Кажется, отец Макса дружен с хозяином заведения. Гостей много, но у меня затеряться в любом случае не получится. Нахожу взглядом родителей мужа и, натянув на губы улыбку, направляюсь к ним.
Моя поздравительная речь хорошо отрепетирована, пока я мерила шагами нашу квартиру и старалась не думать о том, что в этот момент от нашего парадного отъезжает машина Тимура. Получалось плохо, поэтому у меня получилось самое длинное поздравление за все эти годы.
Впрочем, свекровь даже не вслушивается. Сканирует взглядом мое лицо с минимум макияжа, если не считать пудры, которой я пыталась замаскировать непроходящий румянец. Поджимает губы, рассматривая мое платье – наверняка считая, что я могла выбрать что-то более нарядное и с претензией. Одобрение вызывает лишь нить жемчуга, которую я так и не сняла.
Мой подарок передается какой-то девушке, которая стоит у нее за спиной. Мне достается вежливая улыбка от свекрови и искренняя – от ее мужа. Отойдя на шаг, облегченно выдыхаю, и зря.
– Ох ты ж… Довольно часто пересекаемся с вами в последнее время. Может быть, это судьба?
Повернув голову, вижу перед собой Александра. Улыбается, а глаза серьезные, въедливые, пока он рассматривает меня.
– Согласна, действительно слишком часто.
Попытка отойти и не продолжать разговор с треском проваливается, когда я слышу голос свекрови:
– Интересно, где вы так часто пересекаетесь с моей невесткой? Добрый день, Александр. Рада, что вы нашли время с вашей супругой заглянуть к вам.
Только теперь я замечаю в паре шагов от мужчины невзрачную женщину примерно его возраста. Она улыбается, поправляет на шее массивное ожерелье, намеренно привлекая к нему внимание. Увы, драгоценностями можно сразить кого-нибудь другого, но не ее мужа. Потому что это не та красотка, которая была с ним на благотворительном вечере.
– Ну как же не найти, все-таки такое событие у моего нового партнера, – усмехается Александр. – Только когда добиваешься всего, чего хотел, понимаешь, что жена – самое дорогое, что есть у мужчины. Значит, Анита – жена вашего сына?
– Да. Макс в командировке, – поясняет она, заметив, что Александр крутит головой. – Так где, говорите, вы познакомились?
– В гостинице.
Свекровь сжимает бокал с шампанским, а больше ничем не выдает того, что ее поразила эта информация. Я не спешу с пояснениями, потому что сейчас это будет выглядеть глупо и как попытка оправдаться.
– Анита – самый очаровательный личный помощник руководителя, которого я когда-либо видел, – поясняет Александр, даже не замечая, какой эффект производят его слова. – Тимур ее очень ценит, и я уверен, не зря.
У меня даже мысли не возникает, что Тимур мог обсуждать меня с ним. Просто не возникает, и все. Поэтому эти паузы и взгляд Александра не вызывают ничего, кроме отстраненной улыбки.
Моя свекровь хорошо держит на людях лицо. Поддакивает, нахваливает меня, вскользь дает понять, что моя работа – прихоть состоятельной женщины, не более. А когда Александр отходит в сторону вместе со своей тенью-супругой, она разворачивается ко мне и тихо-тихо сообщает:
– Я не хочу, чтобы все наши знакомые судачили о том, что у моего сына жена какая-то секретарша! Будь добра, постарайся как можно быстрее забыть об этой блажи!
Она отворачивает лицо в полной уверенности, что все сказала и обсуждения не должно быть. Обсуждать действительно нечего. Поэтому я говорю четко и коротко:
– Нет.
Ее льдистый взгляд впивается в мое лицо, она качает головой, словно сомневаясь, что не ослышалась. Но даже если бы я могла бросить работу, я все равно бы не сделала этого. Ради отблеска удивления, которое проступает через ее синий лед, ради этих секунд, когда она видит во мне нечто большее, чем приложение к мужу. И ради тени недоумения, которая оживляет ее черты.
– Что значит «нет»?
Голос звучит сухо, как безжизненная ветка, которая висит на дереве лишь затем, чтобы кого-нибудь побольнее ударить.
– Это значит, что я не секретарша, а личный помощник и стажер главного юриста компании. И это значит, что я останусь работать.
– Если Макс об этом узнает…
– Я работаю уже неделю. Вы правда думаете, что это можно оставить в тайне?
– Но почему он… – озадачивается она, а потом замечает какую-то женщину в бриллиантах и отмахивается рукой и словами: – Хорошо, я поговорю с ним.