Списанная со счетов (СИ)
Когда до полудня остаётся полчаса, я отправляюсь на площадь Искупления.
Ресторация “Праведные грёзы” занимает первый этаж богатого углового здания. Одна часть её окон выходит на площадь, а другая, на небольшую улочку. Парадный вход украшают статуи ощерившихся гарпий — хищных птиц с женскими головами. Они провожают меня своими насмешливыми взглядами.
Захожу внутрь и сообщаю лакею, что меня ждут.
— Пройдёмте за мной, фира, я провожу вас.
Жена управляющего обнаруживается за угловым столиком, уютно огороженным от основной залы резной декоративной ширмой и растениями в высоких кадках. Перед ней лежит раскрытая хозяйственная книга, а справа стоит мужчина и покручивает седой ус.
— Фира Лори, позвольте представить вам моего мужа… — деловито указывает на мужчину фира Салине.
Мы обмениваемся любезностями, и я выкладываю на стол семь разных моделей чепцов — они отличаются качеством ткани, формой и наличием кружевной отделки.
— Сколько времени вам потребуется, чтобы отшить два десятка вот таких чепцов для наших работниц? — управляющий крутит в руках выбранный вариант.
— В течение недели всё будет готово, — сроки я заранее оговаривала с фирой Кларис.
Мы ещё раз обсуждаем цену и порядок оплаты, я получаю небольшой задаток и прячу его в глубокий карман своего рабочего платья. Вот и всё. Дело сделано.
Вежливо прощаюсь и направляюсь к выходу.
— Знаешь, Рэйнхарт, у них появился новый десерт, и леди Вайлер говорит, что он просто изумителен!
От звука знакомого голоса по спине пробегают противные липкие мурашки. Замедляюсь и осторожно кошусь в сторону столика у окна.
Там, расположившись на мягких диванах, наслаждаются изысканными блюдами несколько леди и лордов… включая Рэйнхарта и Анриетту.
— Да-да, вам обязательно стоит его попробовать, — голосу Анриетты вторит худенькая брюнетка.
Нужно отвернуться, но мой взгляд уже прикован к знакомой спине, которую обтягивает бархатный сюртук с серебряной вышивкой. Мысленно скольжу по широким плечам и замираю на резком профиле. Графичные брови Рэйнхарта слегка сдвигаются к переносице.
Сегодня он снова выглядит уставшим.
Пальцы белокурой феи касаются его предплечья, заставляя обратить на себя внимание:
— Я спросила про десерт, Рэйнхарт, ты ведь не против разделить его со мной?
Анриетта и раньше крутилась рядом с Орнуа, но прежде их общение не переходило той особой границы, когда можно себе позволить перейти на “ты”… такая фамильярность болезненно царапает слух.
— Десерт? — Рэйнхарт рассеянно смотрит на тонкие пальцы на своём предплечье. — Да, конечно, Анриетта. Выбирай, что пожелаешь…
Отворачиваюсь, натягиваю чепец пониже и прохожу мимо этой чудесной аристократической компании в сторону выхода.
Оказавшись на улице, несколько раз вдыхаю полной грудью сырой воздух.
Это всё ерунда… не стоит даже думать об этом…
И всё же мыслями я снова возвращаюсь к увиденному.
Я хожу туда-сюда вокруг ресторации и не могу решить, как поступить. Уйти или остаться и дождаться, когда он выйдет?
Можно было бы подойти прямо к столику, но начать говорить с Рэйнхартом при всех, было бы глупостью. Мне нужен разговор наедине.
Пока размышляю, вижу, как лорды и леди начинают парами покидать ресторацию, следуя по улочке к своим каретам.
Быстро сдёргиваю с себя чепец и снимаю передник, заталкивая всё в корзинку. На ходу приглаживаю, выпавшие из косы, пряди волос и поправляю простенькое рабочее платье.
Рэйнхарт замечает меня и отпускает руку Анриетты. Сам подходит ко мне.
Нависает своим ростом. Молчит. Обжигает глубоким антрацитовым взглядом.
Сердце разгоняет гулкую дробь.
Мысли превращаются в диких зайцев, запертых в узкой клетке: они мечутся и прыгают, не давая мне себя угомонить.
Как в двух словах объяснить всё, что со мной случилось в ту ночь?
С чего начать?
Глубокий вдох. Едва открываю рот…
Рэйнхарт останавливает меня жестом:
— Ну нужно, леди Милс, — его голос идеально холоден. — Не стоит ничего говорить. Этим вы лишь ещё больше унизите меня… и себя.
— Подожди, ты ничего не знаешь! Там было…
— Я и не хочу ничего знать, — резко перебивает меня. — К тому же теперь это не имеет никакого значения.
— Ты не понимаешь!…
— Вы! “Вы” не понимаете! Обращайтесь ко мне на вы, как и положено этикетом! Может, вы, леди Милс, забыли, что посторонние люди обращаются друг к другу на вы?
Он злится, хотя и не повышает голос.
Приходится проглотить обидное замечание, так как Анриетта уже шагает в нашу сторону с широкой улыбкой пираньи.
— Между мной и лордом Эмильтоном ничего не было! То, что ты… вы видели…
— Ещё и лгунья!.. — сквозь сжатые зубы.
В животе всё скручивается от того, каким взглядом он награждает меня.
— Вы можете выслушать, не перебивая? — нервничаю и злюсь. — То, что ты… вы видели там на балу, было не по-настоящему! Я этого не хотела… — запинаюсь, оттого, что нервничаю. — Рэйнхарт, они чем-то укололи меня, и я не могла идти…
— Дорогой, кучер ждёт. Из-за нас другая повозка не может проехать.
Анриетта делает вид, что меня нет. И мне хочется дать ей хороший подзатыльник.
— Я не могла идти сама! А Эмильен сказал, что отвезёт меня к врачу! — выпаливаю окончание фразы, но её смысл теряется без объяснения общей картины.
— Пойдём, милый, дурные сплетни сейчас не пойдут тебе на пользу, ты же сам понимаешь, — сладкий голосок, лёгкая улыбка, её пальцы снова ложатся на его предплечье.
— Анриетта, не делай вид, что меня нет! — рычу, жалея, что не могу испепелить её взглядом. — Ты тоже в этом участвовала! Расскажи, как сняла с меня ленту и передала Эмильену! Расскажи, как вы спланировали моё похищение! Расскажи, как сговорились, чтобы подставить меня!
— О, Боги Варрлаты, да она сошла с ума и бредит! — Анриетта картинно прижимает одну руку к губам, а другой тянет Рэйнхарта в сторону кареты. — Дорогой, нужно уходить, эта женщина просто опасна!
— Рэйнхарт, стой! Дай мне договорить! — выкрикиваю уже вслед, потому что Орнуа, разворачивается и шагает прочь.
Земли! Он должен согласиться обсудить земли!
Бегу следом и оказываюсь рядом, когда Орнуа поднимается в карету следом за Анриеттой.
— Погоди…те, милорд! Земли! Милорд, я хотела обсудить с вами земли! — смотрю на него с надеждой.
Ну давай же, Рэйнхарт! Давай… тебе же нужны земли…
— Леди Милс, — на мгновение замирает на мне нечитаемым взглядом. — Хочу прояснить на будущее: я не желаю иметь с вами ничего общего.
Дверца хлопает перед моим носом, и карета трогается. Едва успеваю отскочить от начавших движение колёс.
Смотрю вслед удаляющемуся экипажу, глупо открывая и закрывая рот.
Чувствую себя полной дурой.
Глава 24. Праздник
Ева
Два месяца спустя
— Думаю, Мисе понравится такая игрушка, — Сэл придирчиво рассматривает результат нашего рукоделия.
Мы почти закончили делать двух мягких зайцев из обрезков ткани и пакли, которые мне отдала фира Кларис. Потратили на это несколько вечеров, но оно того стоило.
— Конечно, понравится, получилось очень красиво, — я как раз дошиваю для зайцев штаны, платье и чепчик.
Это не первый раз, когда мы с Сэлли решаем порадовать детей самодельными игрушками. До этого мы уже сделали гирлянды из льняных звёзд, набили их для объёма паклей и развесили над кроватками к восторгу не только детей, но и самой Ани.
После гирлянды ещё были мягкие мячики, набитые крупой, и деревянные кубики с нарисованными буквами, чтобы приучать детей к грамоте. И мячики, и кубики помогли занять детей, подарив Ани не один спокойный вечер.
— Мэси заслужила подарок, — Сэлли поглаживает длинные заячьи уши. — Да и повод чудесный. День Покаяния — большой праздник!
— Пойдёшь со мной в храм Варрлаты?
— Конечно, госпожа. И Ани с детьми собирается, и муж её пойдёт.