Два в одном. Князь – дракон

– Ловко ты с ним обращаешься, князь, такое удавалось только вождю Артаму, – произнес Грава.
Казаки по-прежнему называли Артама вождем и не изменяли своей привычке. Но вот Артема почему-то величали князем. «Может, – подумал Артем, – я произвожу больше видимого впечатления на охотников?..»
– Пошли к воротам, – тихо произнес Артем, не отвечая на слова Гравы.
Они вышли к дороге, ведущей к воротам, оставили коней под присмотром Груня и направились к самим воротам. Встали с двух сторон от ворот и приготовились к штурму. Все вели себя спокойно, без нервозности, очень уверенно, и это радовало Артема. Вот таких воинов он любил – смелых, умелых, знающих свое дело, и каждый мог стоить пяти или шести дикарей.
Взрыв раздался спустя полчаса. Вспышка, громкий звук взрыва – и ворота распахнулись. Не говоря ни слова, в ворота забежали охотники. Выбежавших из сторожки стражников они расстреляли из луков, один из воинов быстро их добил. Выстроились у ворот и стали ждать, когда из башни начнут выбегать полуодетые воины Эгемона. Они грозно издали свой боевой клич «Ай люр!» и поддержали его залихватским свистом.
Артем выпустил огненный шар из амулета, и пятерых воинов сковырнуло с крыльца. Остальные забежали обратно и вскоре стали прыгать из узких окон со второго этажа. Охотники расстреливали их из луков, жалея заряды амулетов. Часть воинов выскочила из дверей, и они прыгнули вниз с другой стороны, под защиту высокого крыльца. Тех, кто сумел добежать до охотников, приняли на щиты и мечи. Рубились ловко, не давая дикарям применить в ближней схватке свое грозное оружие – дубины. Двигались из стороны в сторону и вдвоем нападали на одного, и вскоре в рукопашной схватке дикари были перебиты. Остальные закрылись в башне. Но тут вперед вышел Артем и стал водить руками по воздуху, затем громко крикнул: «Агх!» Он закрыл защитным пологом своих воинов, а в башне стал нарастать вой ужаса.
– Чего это они? – недоуменно спросил Грава.
– Испугались, – ответил Артем. – Посылай своих в башню, вытаскивать дикарей, они уже не окажут сопротивления.
– Ну, ты, князь, и силен, – восхитился Грава и вложил меч в ножны. – Все слышали приказ князя? – спросил он своих охотников. – Тогда в башню, вытащите оттуда всех, найдете Эгемона – тоже тащите его сюда.
Артем, оставив охотников, направился в подвал, где создал светляка и пошел на звук тоскливого воя. Он нашел Дионисию в углу за клеткой, где она сидела на корточках, закрыв голову руками. Применив заклинание успокоения, он оградил девушку от ужаса крика дракона, и она постепенно пришла в себя.
Артем взял ее на руки и понес к выходу. Не открывая глаз, Дионисия обняла его за шею и прижалась к нему.
– Ты все-таки пришел, князь Артем, – прошептала она.
– Я не мог не прийти, ты моя невеста, Дионисия. Теперь я тебя защищу, – ответил он.
– Как хорошо, – сказала Дионисия. – Тут где-то Эгемон. Он ранен. – И сказав это, неожиданно уснула на его руках. Напряжение дня и ночи, видимо, сказалось на ее психике, и она, избавившись от ужасной участи, не выдержала и отключилась. Артем понял это по ее человеческой ауре.
С удивлением он осознал, что может читать душевное состояние человека по его ауре. И что еще более поразительно – его собственная аура изменилась, став бледно-зеленой, как у молодого, только что рожденного дракона.
Он вынес Дионисию во двор, где охотники собирали объятых ужасом дикарей.
– Князь, – недовольно поморщился Грава, – а Эгемона-то нет. Мои люди все обыскали.
– Посмотрите в подвале, он спустился туда, может, там прячется, – посоветовал Артем. Он держал на руках спящую принцессу и наблюдал, как выводили и подгоняли беспомощных дикарей.
Грава доложил, что больше никого нет. Двенадцать убито, тринадцать ранено, остальные сидят в кучке.
– А Эгемон, – зло процедил Грава, – хитрая лиса, ушел через подземный ход. Пошлем за ним погоню?
Артем подумал и ответил:
– Не надо, он еще нам пригодится. Сейчас он рванет в горы к своему хозяину, и мы будем ждать здесь дружину горцев. Заодно узнаем, кто из князей нас предал.
  
– Хитер ты, князь, – уважительно произнес Грава. – Не боишься, что горцы нанесут удар и сами захватят нас в плен?
– Ты видел, что стало с этими дикарями? – Артем указал взглядом на присмиревших пленных. – То же самое будет и с горцами.
– Понял тебя, князь, у тебя своя, знатная магия.
– Своя, Грава, – согласился с ним Артем. – Сколько пленных, говоришь?
– Тридцать два, князь.
– Возьмешь их под свое командование? – спросил Артем.
– Если они будут подчиняться, с радостью возьму, князь.
– Будут, Грава, увидишь. Пусть посидят на морозе, успокоятся, прикрой ворота и поставь охрану. Я отнесу принцессу в башню.
– Что с ней? – спросил Грава.
– Сомлела, – ответил Артем.
– Бывает, – кивнул Грава и принялся раздавать команды.
– Пошли кого-нибудь за Армиданой, она будет прислуживать принцессе.
Артем внес Дионисию в башню, поднялся на второй этаж и приятно удивился. По местным меркам, в покоях командиров царила роскошь. Но, оглядевшись внимательнее, он понял, что это были личные апартаменты Эгемона. В его спальне, столовой и кабинете стояла резная мебель, явно привезенная из других стран. На полу лежали заморские ковры и шкуры горных барсов, а на столе были оставлены изысканные яства и вина, явно в спешке.
И тут Артем заметил испуганную голую девушку, почти девочку, которая выглядывала из-под кровати.
– Вылазь! – приказал он, и она, вздрогнув, вылезла. Встав на колени, девчушка опустила голову. – Кто ты? – спросил Артем, положив спящую Дионисию на кровать и сев на мягкий диван, обитый бархатом.
– Я Айгуль, – дрожа, ответила девушка.
Артем внимательно рассматривал ее, размышляя: «Она явно не из эхейцев и не с гор, но откуда же она тогда?»
– Ты откуда такая, Айгуль? – спросил он. – И где твоя одежда?
– Меня привезли из-за моря и продали горцам. Князь Зирхан подарил меня господину Эгемону…
– У тебя очень правильная речь, Айгуль. Ты не из простых людей?
– Нет, мой господин, – тихо произнесла девушка, не поднимая головы. – Я из семьи саатарха.
– Я не знаю, что такое саатарх, объясни мне.
– Это правитель области, мой господин. Народ гор совершил набег на нашу страну, разгромил приморские земли, и меня захватили в рабство.
– То есть ты из знатной семьи, Айгуль?
– Можно и так сказать, мой господин.
– Давно ты в рабстве?
– Четыре года, мой господин. А сколько тебе лет?
– Лет? Мы считаем веснами, мой господин.
– Сколько тебе весен?
– Пятнадцать, мой господин.
– Ты умеешь писать и считать?
– Умею, мой господин.
– Где твоя одежда?
– Под кроватью, мой господин. Когда начались крики, я спряталась туда вместе с ней. Мой прежний господин Эгемон убежал.
– Давно ты у него?
– Одну весну, мой господин.
Артем приказал:
– Достань одежду и оденься. Тебя больше никто не обидит. Ты будешь служить царице, поняла?
– Да, мой господин.
Девушка полезла под кровать и достала одежду горцев: шаровары, длинную рубаху из беленого полотна и шелковый халат. Артем, наблюдая за тем, как она одевается, произнес:
– Одежда у тебя богатя, Айгуль.
– Меня в ней продали, мой господин. Князь Зирхан был ко мне добр.
– С чего бы это? – усмехнулся Артем.
– Я учила его детей писать и считать, а он делил со мной ложе, пока не женился. Его новая жена заставила князя подарить меня Эгемону.
– А как Эгемон относился к тебе?
– Плохо. Он бил меня и заставлял ползать по полу, как собаку, и смеялся, кидая мне кости.
– Есть хочешь, Айгуль?
– Хочу, мой господин.
Артем указал на стол. Девушку уговаривать не пришлось. «Отличный источник знаний о мире», – подумал Артем.
В этот момент без стука вошел атаман Грава.
– Князь, что делать с пленными? – спросил он. – Они замерзают и молчат как в воду опущенные…