Багровый Руто (СИ)

— Не верю, — отрезала румяная стражница. — Госпожа Курвинда добра и предана семье…
Остальные лазурные за её спиной подняли головы. Я вздохнул и медленно пошёл вниз по ступеням.
— Повторюсь, — негромко произнёс я, разжигая в ладони концентрированный сгусток огня — только после битвы внутри кокона императрицы до меня дошло, что так можно. — Неповиновение будет означать смерть.
Шикшни заскользили вперёд, накрывая лазурных чёрной тучей. В расширенных от страха глазах воительниц отражался полыхающий в моей ладони огонь.
— Итак, — я остановился вплотную к храброй стражнице, отметив при этом, что она едва удержалась от того, чтобы сделать шаг назад. — Повиноваться мне, как я понял, вы отказываетесь?
Среди воительниц началось шевеление. Одна за другой девушки заводили руки за спину и свешивали головы. Какое-то время в заднем ряду светилась под рыжей шевелюрой свирепая физиономия непонятно что забывшего здесь Ржака, но вскоре и она опустилась вниз. Румяная растерянно оглянулась на товарищей и снова упрямо уставилась на меня.
— Неужели не хочешь жить? — удивился я.
— Хочу, — призналась она.
— А я не хочу тебя убивать.
Это было чистой правдой; но с другой стороны, мои слова о неповиновении нуждались в подтверждении делом, а настырная стражница так и стояла, вытянувшись по струнке и уставившись на меня. Выругавшись, я занёс над ней ладонь с огненным сгустком…
Она судорожно выдохнула и опустила голову, скрещивая за спиной руки. Толпа на лестнице загомонила с облегчением.
Я взглянул на уставшие разноцветные всполохи за экраном снаружи дворца.
— Ураган заканчивается, — во всеуслышание заявил я, топая обратно вверх по ступеням. — Как только станет возможно, отправляйте гонцов с новостями в остальные семьи. Я хочу видеть их глав на Багровом Озере. Те же, кто присутствует здесь, могут принести мне клятву верности прямо сейчас. Подозреваю, предыдущей императрице вы тоже в этой самой верности клялись, верно, лиловые? — Листина возмущённо воззрилась на меня снизу. — Так вот, со мной такое не пройдёт. Неповиновение — смерть, не забывайте. Главы Багрового Озера, Лиловых Болот, Медной Долины — я вас слушаю.
Гринда, Листина и Ангра, переглядываясь, вышли к подножью лестницы и принялись по очереди говорить. Я кивал, но слушал напыщенные формулировки вполуха, больше уделяя внимание лицам присутствующих.
— Что касается Лазурной Скалы… — начал я и тут же рассмеялся, перехватив десятки взглядов, направленных на Курвинду. — Нет, вы что. Тот, кто сидит под арестом, не может выполнять обязанности главы семьи.
Румяная стражница снова выступила вперёд. Голос её на этот раз звучал приглушённо:
— Я троюродная сестра госпожи Курвинды, а следовательно, ближайший претендент на роль главы.
— Отчего же ближайший? — удивился я. — Есть ещё ближе, родной племянник предыдущей главы.
Ржак даже не сразу понял. Только когда стражницы стали выталкивать его вперёд, он сделал круглые глаза и побледнел.
— Но… господин император, — слабым голосом произнёс кто-то из придворных за моей спиной. — Господин Ржак просто не может… Он же не…
— Я тоже «не», — отрезал я. — Ржак будет главой Лазурной Скалы. И никто не спрашивает ни вашего, ни его согласия.
Наши глаза встретились. Мне стало интересно, он тоже вспомнил тот день, когда я лежал с разбитым носом у его ног во дворе академии?
Пока он произносил, спотыкаясь и ошибаясь, слова клятвы, я глядел в тёмный угол, где в прежней позе со сложенными на груди руками застыл Зутти. Нехорошее чувство растекалось по телу. Курвинда сказала: «противостоять второму». Но пока непохоже, что он собирался как-то мне мешать. Хотя мог бы. Определённо мог бы. Не знаю как, но я ощущал в нём непомерную, уверенную силу, и прекрасно понимал, что не ровня ему.
— …император Руто! — с энтузиазмом подхватила толпа последние слова Ржака.
Наверное, половина из них была лицемерами, а вторая — идиотами.
— Церемония завтра, — бросил я, направляясь к порталу. — Проведём на Багровом Озере. Поможете привести поместье в порядок. Подготовьте к перевозке всё, что необходимо… Организуйте всё, как нужно. Я всё-таки иномирец и не знаю, как у вас тут принято.
   
Глава 88. Обречённый мир
 
Поместье на Багровом Озере было древним — самым древним среди уцелевших родовых домов всех семей. Так сказала мне Гринда; впрочем, могла бы и не говорить — память начала возвращаться, хоть и обрывками, стоило мне снова оказаться среди обгорелых родных стен. Сложенные на века из местного чёрного камня, они пережили десятки пожаров и вторжений, и всё равно выстояли. И теперь от них веяло стариной, надёжностью и непередаваемым уютом.
Поглощённый этим ощущением, я больше не мог с уверенностью сказать, кто я — Андрей или Руто.
Церемония была окончена, и посетители расходились. Я по-прежнему стоял на возвышении в просторном зале, рядом с Гриндой. У ног шла редкой рябью тёмная вода в небольшом каменном бассейне, формой точно повторявшем очертания Озера. В воде отражались наши с кузиной силуэты, облачённые в парадные багровые с чёрным одежды.
— Восхитительная речь, господин император! — подобострастно пробормотала очередная тётушка, останавливаясь у края бассейна напротив меня и склоняя голову.
Я помнил её: она меня на дух терпеть не могла, «этого тощего никчёмного щенка», а один раз, в детстве, пребольно приложила по заднице тростью — просто за то, что имел неосторожность показаться ей на глаза. Не тот ли случай она вспоминает сейчас, пряча за спиной дрожащие руки и не осмеливаясь поднять на меня взгляд?
Зал пустел. Ещё несколько знатных дам из разных семей раскланялись на том берегу бассейна, не преминув упомянуть, как они впечатлены моей речью. Я действительно говорил много интересного, наслаждаясь выражением их лиц. Самой сногсшибательной частью, пожалуй, была та, где я объявил, что мужчины отныне не являются собственностью женщин; что они вольны выбирать, чем им заниматься, с кем спать и заводить детей, в какой семье жить; и что случаи несоблюдения этих правил будут приравнены к неповиновению лично мне, со всеми вытекающими.
— Поверить не могу, что ты добился своего, — шепнула Гринда, как только последняя из подхалимок, костлявая карга из Бледного Леса, засеменила в сторону дверей. — Багровое Озеро — снова во главе империи… Жаль, наши матери не дожили. Ты… — она запнулась и одарила меня долгим взглядом. — Прости меня за прошлую дурость, Руто. Ты — гордость семьи. Хоть и… своеобразная.
— Благодарю, госпожа, — галантно поклонился я.
Вместе с памятью возвращались и манеры.
— Перестань, — рассердилась она. — Обращайся ко мне как раньше, уж будь добр.
С подозрением взглянула на двух оставшихся в зале людей — Волха на лавочке в передних рядах и Зутти у дальнего окна, взмахнула распущенными светлыми волосами и направилась прочь. Я был уверен, что в первую очередь она поднимется в комнату, где без движения лежал в постели Йорф — как будто её визит мог что-то исправить…
— И как, старик? — поинтересовался я, спускаясь наконец с пьедестала, на котором проторчал добрые пару часов, и усаживаясь рядом с алхимиком. — Справился я или нет?
Шикшни, почуяв свободу, тут же облепили мои плечи.
— Ваша матушка рассчитывала на несколько иной результат, господин, — хитро улыбнулся тот. — Но вышло тоже недурно.
— Вот как, — я покосился через плечо — взгляд Зутти по-прежнему сверлил мне спину. — Что делать с остальными пятерыми призванными, Волх?
— Что с ними делать, господин? — прищурился алхимик. — Вы и вдвоём справились. Пускай себе спят в сознаниях своих носителей.
— Но ведь это живые души, — нахмурился я. — Не пробудить их — всё равно что дать им умереть.
— Они и так уже однажды умерли, господин. К тому же я понятия не имею, кто их носители.
— Что?..
— Имена знали только ваша матушка и сама госпожа Крисна. И ещё… Боюсь, перед вами проблемы понасущнее, чем поиск непробуждённых призванных, — лёгким кивком головы он указал назад — туда, где застыл каменным изваянием Зутти, а потом поднялся. — Прошу меня извинить, господин, такие долгие мероприятия мне уже не по возрасту.