Гибель Западной Римской империи и возникновение германских королевств
В 453 году вождь гуннов умер. Его многочисленные сыновья стали делить между собой подчиненные гуннам племена. Восстание среди этих племен, возглавленное гепидами, привело в 455 году к поражению гуннов от объединенного войска германцев при Недао (в Паннонии). Затем гуннское войско было разбито остготами. Все это привело к распаду гуннской державы. Большая часть гуннов ушла в Причерноморье, некоторые их соплеменники остались севернее Нижнего Дуная и оказались под властью Восточной Римской империи. Отряды гуннов находились в 457 году и на римской службе, в войсках императора Майориана.
Во время своего почти векового пребывания в Европе гунны оказали существенное воздействие на судьбы Римской империи. Если не касаться косвенных форм гуннского влияния на историю римского государства, давления на германские племена, заставившего их передвинуться на римскую территорию, то воздействие гуннов на империю следует признать двояким. Гунны, как и германские варвары, использовались в качестве вспомогательных войск римского государства. Подобно германцам, они порой опустошали римскую территорию, истребляли и порабощали местное население, захватывали военную добычу. Набеги гуннов на римскую территорию носили особенно разрушительный и хищнический характер. Но основное отличие гуннской экспансии в Западной Европе заключалось в том, что, оставаясь преимущественно номадами-скотоводами, гунны не включались в земледельческую деятельность, которая была основой хозяйства на завоевываемых ими в Европе территориях. Это предопределило неспособность к интеграции варваров-гуннов и коренного населения.
В исторической литературе победа Аэция над гуннами на Каталаунских полях иногда рассматривается как спасение западной цивилизации или, во всяком случае, как спасение Галлии. Но следует отметить, что агрессия гуннов против Западной империи лишний раз отчетливо обнаружила неспособность римского государства самостоятельно оказывать эффективное сопротивление варварам. Без вестготов и других германских союзников Аэций не имел бы успеха в Каталаунской битве. Не располагая их поддержкой, он оказался беспомощным во время итальянского похода Аттилы. В то же время нельзя преувеличивать значение римско-германского альянса, направленного против гуннов, ибо этот союз был непрочным и кратковременным. Известно, что Аэций с трудом добился согласия вестготов на совместное выступление, а сразу же после Каталаунской битвы он, опасаясь усиления вестготов, добился возвращения их нового короля Торисмунда в Тулузу. Он отпустил также своих франкских союзников. Все это предотвратило возможность полного поражения гуннов.
В общем, для римского государства оптимальным вариантом отношений с варварами типа гуннов оставалось использование их в качестве наемников. Но в период сплочения номадов слабеющее римское государство становилось данником их «кочевой державы». В обоих случаях взаимодействие между римским и гуннским обществами не носило конструктивного характера: оно ускоряло процесс истощения материальных ресурсов и сокращения населения Римской империи и не вело к таким изменениям в жизни варваров, которые сделали бы возможным синтез римских и варварских общественных отношений.
Глава 8
Падение римского господства
на Верхнем Дунае
Северная граница поздней Римской империи проходила по Рейну, Иллеру и Дунаю. Здесь находились следующие провинции: Реция I с провинциальным управлением в Куре, Реция II с главным городом Аугсбург, Норик Прибрежный с местопребыванием гражданского управления в Овилаве, Норик Внутренний с центром Вирунуме. К этой территории принадлежали также провинции Паннония I с главным городом Карнунтумом (близ Вены), Валерия с главным городом Аквинкумом (в городской черте сегодняшнего Будапешта), Паннония II с главным городом Сирмием и Савия с центром в Сисции.
Военная политика правительства Западной империи предусматривала сохранение провинций Верхнего Дуная: отразить здесь натиск германцев, сарматов, а позже и гуннов было необходимо для защиты подходов к Италии. После потери Верхнегерманско-ретийского лимеса римлянам пришлось отойти на линию Верхний Рейн — Иллер; при императоре Валентиниане I она была укреплена. Только между Констанцем и Базелем были размещены 50 сторожевых башен (бургов) для наблюдения за передвижениями германских племен. На перевалах через Альпы были воздвигнуты кастелы, которые представляли собой военные опорные пункты и убежища для местного населения в случае неожиданных вторжений варварских войск. Риму приходилось концентрировать все большие усилия для защиты своих границ, о наступлении больше не могло быть и речи. Последним римским императором, который вступил со своим войском на правый берег Рейна, был в 378 году Грациан.
Напротив ретийской границы поселилось германское племя алеманнов. Со второй половины III века они периодически заключали с империей федератные договоры, которые, однако, никогда не действовали длительное время. В общем, алеманны всегда оставались врагами Рима, но это не мешало римским императорам и полководцам набирать среди них наемников для своих войск. В последний раз алеманнские федераты упоминаются в 410–413 годах при узурпаторах Константине III и Йовине.
Была ли в IV веке в Реции германцам дана земля, по сей день остается спорным. Но как бы то ни было, когда Стилихон в начале V века стянул пограничные войска из Реции и Верхнего Рейна в Италию для усиления своей военной мощи в борьбе с вестготами под командованием Алариха, это стало катастрофой прежде всего для провинции Реции II. Римское провинциальное управление в этой области перестало действовать, хотя в городах еще сохранялся римский образ жизни. Еще в V веке центр Реции II город Аугсбург упоминается в Notitia dignitatum[40], но затем он исчезает из римских источников. Удерживать границу по Иллеру Рим уже не мог. Провинцию постепенно заняли алеманны. Особенно густо ими заселена была долина Леха, частично Иллера и Вертаха, а также долина Дуная между устьями Иллера и Леха.
Заселение провинции алеманнами не означало полного ухода римского населения; часто алеманны селились по соседству с ним. По данным раскопок делается вывод, что в захоронениях V века, например, в Кайзеравгсте в одном некрополе наряду с алеманнскими могилами находится и значительное количество романских.
Власть у алеманнов в IV–V веках находилась в руках родоплеменной знати. К концу V века она сконцентрировалась в одном племенном королевстве, тогда как прежде за свое возвышение боролись друг с другом несколько князей. Но прежде чем на основе алеманнского варварского королевства сформировалось государство, алеманнский племенной союз был побежден франкским королем Хлодвигом и большая часть его территории присоединена к Франкскому королевству; заселенная же алеманнами Реция досталась остготам.
Письменная фиксация алеманнского права началась в первой половине VI века под влиянием франков. Социальная дифференциация в Алеманнской правде достигает уже достаточной глубины. Свободные люди делятся на три категории: знатных, средних и низших. Еще ниже стоят полусвободные (литы) и несвободные (сервы). Литы происходили прежде всего из вольноотпущенников.
В VII–VIII веках рето-романское население уже в значительной степени ассимилировалось. Поэтому в алеманнских законах оно почти не упоминается. В текстах, относящихся к периоду начиная с VII века, важная роль отведена христианской церкви с ее правами и зависимыми людьми; она обладает привилегиями, и закон в первую очередь охраняет ее особое положение.
В середине VI века в источниках впервые упоминаются бавары. Происхождение их спорно, возможно, что они пришли из Богемии. Сначала они поселились между реками Лех и Инн, а к концу VI века продвинулись к Эннсу, который и стал границей между ними и аварами. Судьба провинций Норик Прибрежный и Норик Внутренний оказалась схожа с судьбой провинции Реция II. В IV веке пограничные отряды I легиона Норика располагались в кастелах на Дунае. Дунайский флот нес охрану на реке. Однако к концу IV века, когда племенные союзы вандалов, квадов и маркоманнов стали опустошать расположенные недалеко по Дунаю области провинцию Паннония I, а в 395 году разрушили находящиеся там крепости Карнунтум и Виндобона, господство Рима в Норике пошатнулось. Стилихону удалось, правда, в 396 году в известной степени закрыть границу и даже использовать маркоманнов для ее защиты, однако в 401 году вандалы напали вновь и разрушили ряд норикских городов, в том числе один из центров провинции — Лавриак. Они, правда, были оттеснены Стилихоном, но вскоре после этого Норику стал угрожать Радагайс со своими готами.