Бывшие. Сводный грех (СИ)

— Ты сводишь меня с ума, — произносит он снова, его голос охрип от напряжения.
Моя последняя загадочная улыбка — и я снова оказываюсь рядом с ним, на этот раз готовая прекратить игру. Но не раньше, чем я увижу, как он окончательно теряет контроль.
Провожу рукой по животу, медленно поднимаясь к груди, чувствуя, как сосок напрягается под пальцами. Вторая рука скользит вниз, накрывая кружевные трусики, и я слегка надавливаю на свои губки, дрожа от нарастающего возбуждения. Бедра невольно откликаются, и из горла вырывается тихий стон. Прикусываю нижнюю губу, бросая дерзкий, вызывающий взгляд прямо в глаза Алексу.
— К черту все, птичка! — не выдерживает он. Одним быстрым движением Алекс притягивает меня к себе, усаживая сверху на колени. Его руки уверенно ложатся на мои бедра, а я ощущаю, как его твердая ширинка прижимается к трусикам. Я выгибаюсь, прикасаюсь губами к его шее, оставляя влажные следы и нежные укусы, играя с его дыханием.
— Сексуальная кошечка моя, — хрипло шепчет он, дыхание обжигает кожу.
Я не могу сдержаться, двигаю бедрами в такт его прикосновениям, чувствуя, как тело откликается на каждое его движение. Алекс резко поднимает меня, проскальзывая рукой между моих ног, пальцы мгновенно находят мой самый чувствительный участок.
— Такая голодная, да? — его голос звучит низко, вкрадчиво, пока он отодвигает тонкую ткань трусиков и погружается внутрь. Я теряю контроль, двигаюсь быстрее, насаживаясь на его руку. Влажные звуки смешиваются с нашими дыханиями.
— Хочу тебя, — шепчу, не в силах сдержать страстные стоны.
Алекс не отступает, чуть приподнимает меня, расстегивая джинсы и замещая свою руку собой. Я впиваюсь ногтями в его плечи, ощущая, как волны удовольствия нарастают. Мы двигаемся в едином ритме, пока я не чувствую, как все внутри меня сжимается в экстазе. Алекс следует за мной, его тело замирает на мгновение, прежде чем окончательно расслабиться.
— Как тебе такая встреча? — я кладу голову ему на плечо, вся дрожа.
— Охренеть... Может, мне стоит уезжать почаще? — шутит он, но в его голосе слышна искренняя нежность.
— Даже не думай! — смеюсь, все еще оставаясь на его коленях.
Алекс нежно гладит мою спину. Мы укладываемся в постель, обнявшись, и я засыпаю в его объятиях.
Утром, едва успев открыть глаза, я слышу вибрацию телефона. Стараясь не разбудить Алекса, беру его и вижу сообщение от Лины.
— Что такое, Лин? Мы еще спим, — сонно шепчу в трубку.
— Ален, ты должна это увидеть. Я тебе скинула пару статей, — ее голос серьезен.
Открываю сообщения, и холод пробегает по моей спине. 
  
59
 
Алекс 
Просыпаюсь от яркого света, пробивающегося сквозь окно, и понимаю, что шансов продолжить сон уже нет. Ожидаю увидеть рядом Аленку, но ее место пусто. Хм, странно. Видимо, она уже встала. Решив не торопиться, я потягиваюсь, но едва опускаю ноги на пол, как телефон начинает навязчиво жужжать. На экране высвечивается фото отца. Надо же, давно не слышал от него. Интересно, с чего вдруг решил позвонить?
Но сейчас есть дела поважнее. Хочу найти Аленку и притянуть ее к себе. Пусть утро начнется с чего-то хорошего. Отправляюсь умыться, бросаю на себя одежду, и только потом снова берусь за телефон. Ого, десять пропущенных? Серьезно? Это что-то новенькое. Прикрываю глаза на секунду, собираясь с мыслями, и, наконец, жму кнопку вызова.
— Доигрался? — сразу слышу отца, и его голос настолько грозный, что я невольно хмурюсь. — Я же предупреждал тебя, что так и будет!
— О чем ты вообще? — отвечаю с раздражением, не понимая, к чему весь этот пафос.
— Ты шутишь? Да открой соцсети, хоть какую-то из этих газет! Ваши физиономии на каждом шагу! Статьи на любой вкус! Мои партнеры особенно «порадовались», — саркастически выплевывает он, и я чувствую, как внутри все начинает закипать.
— Какие статьи? — продолжаю настаивать.
— Ты все еще не понял, да? — голос отца становится еще холоднее, словно нож режет по живому. — Я сегодня с утра подписал разрыв контракта с одним из моих крупнейших партнеров. Они показали мне прекрасную статью с твоим участием. Заголовки, сын, просто «шедевр»!
 
— Что за заголовки? — в груди неприятно сдавило. Я уже начинаю догадываться, к чему он клонит, но все еще надеюсь, что это какое-то недоразумение.
— «Шлюха, которая разделила семью», — глухо произносит отец. — «Бесстыдные сводные трахаются, пока ее мать вынашивает их общего брата». И это только начало! Думаешь, это случайность? Похоже, кто-то слил эту грязь специально!
Мир вокруг будто сжимается, слова отца эхом отдаются в голове.
— Что? — голос почти срывается, хотя я пытаюсь держать его под контролем.
— Теперь весь город обсуждает, как ты «развлекаешься» с «сводной сестрой», пока твоя мать носит вашего общего брата. Разрыв контракта — это только начало. Ты не представляешь, какой резонанс это вызвало!
— Отец, я…
— Я предупреждал тебя, Алекс! Предупреждал, что если продолжишь в том же духе, это обернется катастрофой. А теперь расплачивайся!
Сажусь на кровать, пальцы сами собой лихорадочно вбивают наши имена в поисковике. Статьи, заголовки, комментарии — все выплескивается на меня потоками грязи. 
— Пиздец... — бормочу себе под нос, чувствуя, как накатывает глухая ярость. В соцсетях — море комментариев. Фанатки нашей группы соревнуются в том, кто жестче проклянет Аленку. Желают ей смерти, больницы, унижений, от которых волосы встают дыбом.
Бросаю мобилу на кровать с таким усилием, что она отскакивает от матраса и падает на пол. Нужно найти ее... Очень надеюсь, что она не видела всей этой грязи. Встаю и быстро иду на кухню.
Алена сидит, вся сжавшись в комочек, плечи содрогаются от тихих рыданий. Руки обхватывают колени, голова опущена. Это зрелище разбивает мне сердце.
Подлетаю к ней и без слов обнимаю, крепко, как только могу. Слышу ее приглушенные всхлипы, чувствую, как она сжимается в моих руках.
— Уже все прочитала? 
Она кивает, всхлипывая, и жмется ко мне еще сильнее. Глаза полны слез, от которых я теряю остатки контроля над собой.
— Пойдем. — подхватываю ее на руки и переношу в гостиную, усаживая на диван. Я укладываю Аленку у себя на руках, позволяя ей спрятать лицо на моей груди. Пальцы осторожно скользят по ее волосам, утешая.
— Мы все решим, Аленка. Я найду способ убрать это, слышишь? — шепчу, стараясь, чтобы она почувствовала мою уверенность, даже если сам я едва справляюсь с эмоциями.
— За что они с нами так? — ее голос хриплый от слез. Она поднимает на меня глаза, полные боли. — Я никому из них ничего плохого не сделала… Ваши фанатки мне смерти желают!
Ее слова пробивают меня насквозь. Сжимаю зубы, чтобы не разразиться проклятиями. Вдох-выдох.
— Они не знают тебя, птичка, — отвечаю я. — Они просто завидуют, не понимая, через что ты прошла, что переживаешь. Мы обязательно справимся вместе.
Аленка вдруг замирает в моих руках.
— Ой, что-то у меня голова кружится, — ее голос становится слабым, едва слышным.
— Сильно? — спрашиваю, резко напрягаясь. Ее лицо кажется бледнее обычного.
Прежде чем она успевает ответить, я чувствую, как ее тело ослабевает, буквально обмякает в моих руках.
  
60
 
Алекс 
— Алена? — зову ее, видя, как глаза закатываются, и она обмякает у меня в руках. Паника накрывает волной.
— Черт! Аленка! — крепко обхватываю её тело, пытаясь удержать, и аккуратно укладываю на диван. Прощупываю пульс на шее. Слабый, но есть. Однако этого недостаточно, чтобы успокоиться. В голове лихорадочно крутятся мысли — что с ней, как помочь? Я пытаюсь быстро собраться, ведь нужно что-то предпринять.
Первым делом сбрызгиваю ее лицо водой, надеясь, что это приведёт в чувство. Но никакой реакции. Она по-прежнему без сознания. Времени терять нельзя.
— Так, больница… надо в больницу, — сам себе приказываю, подхватывая ее легкое тело на руки и выходя из квартиры. Быстро спускаюсь по лестнице, осторожно неся ее вниз, чувствуя, как сердце колотится в груди.