HOMO FABER (СИ)

Там, утопая по пояс в снегу, я нашёл глубокий овраг и дрожащими руками вытащил пистолет…
Через неделю в этот овраг я спустился с двоюродным братом.
— Витя, ну за каким хреном мы сюда приползли? — простонал он. — Блин, да я весь мокрый уже, а нам ещё топать обратно до города, а на улице мороз. Если заболею, то все лекарства я с тебя стребую.
— Я кое-что показать хочу, Санёк. Только ты сам там…
— Что — сам и там? — пробурчал он.
— Вон под тем деревом посмотри, раскидай снег ногой и… — я вновь не договорил, и, затаив дыхание смотрел, как брат ковыляет по снегу, потом чертыхаясь, ковыряется в сугробе.
— Оба-на, это что? — удивился он, нащупав кейс в снегу.
Моё сердце дрогнуло, когда Сашка достал из снега кейс, очистил его и открыл, повозившись с защёлками. Когда он увидел пистолет, то на пару секунд опешил.
— Блин, откуда ЭТО у тебя? — спросил брат и повернулся ко мне.
— Ты его видишь? Да?
— Да вижу, вижу. Вить, откуда у тебя ствол да ещё такой? Он настоящий, или… охренеть, — он сам и ответил на свой вопрос, ловко выщелкнув магазин из рукояти. Посмотрел на золотистые круглые головки пуль, потом вложил магазин обратно.
— Ты не поверишь, Саш.
— А ты расскажи…
Рассказал… Как и ожидалось, брат покрутил пальцем у виска, обозвал сумасшедшим, предложил сходить к психиатру, а потом потребовал не морочить ему голову сказочками и выдать правду. Пришлось ему кое-что продемонстрировать.
— Смотри.
Я достал из рюкзака прозрачную папку с яркими красочными фотографиями холодного оружия — нормандский меч, шпага, шашка, турецкий ятаган и катана. Показал их, потерявшему речь от моего поведения, Сашке. Потом взял лист с изображением шпаги и сосредоточился, начав представлять. Как было бы здорово иметь такую полезную вещь в своём хозяйстве.
Боль в груди.
Замер миг.
Все цвета исчезли, остался только серый.
И тут же все прошло.
— Это ты как… это… ты разыгрываешь? — прошептал родственник, когда увидел в снегу эфес шпаги.
— Да? А как тебе вот это? — я достал из папки ещё один рисунок. — Знаешь, что это?
— Цепной меч из игрушки, м-м, забыл название. И что?
— А вот то.
Через несколько секунд в снегу у моих ног торчала рукоятка фантасмагорического клинка, а я падал туда же следом.
— Эй, эй, ты чего? — Сашка всполошился, добрался до меня и помог перевернуться на спину, стёр с лица снег и похлопал по щекам. — Витёк, не дури! Харе придуриваться, а?
— Тебе бы так придуриваться, — простонал я. — Блин…
— Да что с тобой⁈
— Перенапрягся, — простонал я. — Всё из-за тебя, Фомы неверующего.
— Так, поговорим дома. Идти можешь?
Я попробовал встать на ноги, и кое-как у меня это получилось, но сделав несколько шагов, я опять завалился в снег с кругами перед глазами и сильным сердцебиением.
— Та-а-ак, — протянул брат, — понятно.
Он достал из кармана телефон, принялся кого-то упрашивать приехать «за город, где поворот к корпусам бывшего хранилища удобрений…ты возле дороги дождись… двое — я и брат…трезвые, да если бы и пьяные, тебе-то что…».
— Уф, через полчаса за нами подкатят, нам бы только до дороги добраться, а там с комфортом до дома довезут.
— Ты пистолет спрячь, Сань. Да и эти железки прикопай, — попросил я.
Через полтора часа (больше часа шли до дороги, где потом наслушались обвинений от «водителя кобылы», как его назвал братишка) мы оказались у меня дома. У Сашки с тёщей, тестем и женой да полугодовалым сыном (три года разницы, а успел и пожениться, и род продолжить, правда, он не потерял год жизни в армии, как я) в двухкомнатной квартире нам бы поболтать не дали.
— Рассказывай, — потребовал он, когда мы оказались в моей комнате, получив по кружке горячего чая и тарелку с печеньем от матери.
— … вот, собственно и всё, — закончил я своё повествование. — В инете иногда встречаются истории. Что магия у народа появляется. Правда, ни роликов, ни выступлений самих магов найти не удалось.
— Надеюсь, сам не додумался писать о себе или видео снимать?
— Дурак я что ли? — обиделся я. — Понимаю, что за такими людьми «хэ» вроде меня правительство начнёт охоту.
 
— Спасибо голивудщине за их блокбастеры, — хмыкнул Сашка, — а то бы с воспитанием советских людей — честных, открытых и желающих помочь всеми силами родному государству, любой из наших земляков прямым ходом попёр бы в ментовку сдаваться или фээсбэшникам. Значит, ты можешь превращать любую картинку во что-то настоящее?
— Наверное. Пока что пробовал на маленьком и простом, распространенном. Тот же цепной меч не эксклюзив в игровом мире, а обычная вещь. Думал создать меч Данте, но в описании сказано, что с ним можно открыть портал в мир демонов…
Сашка в этот момент делал глоток из кружки и от моих снов выплюнул всё себе на колени. После чего долго прокашливался.
— Вить… кхе-кха…не вздумай даже… кха… о таком думать… и вообще… кха-кха…не трогай оружие и тем более то, в котором не понимаешь. Не хватало нам ещё тут с демонами столкнуться… кха. Ты же служил и сейчас служишь. В школе твоей не научили осторожности? А если прихватят с тем же парабеллумом, а?
— Да я его сразу спрятал. Рассказывал же, что случайно получилось реализовать пистолет.
— Слушай, я послезавтра уезжаю на два месяца на вахту, давай договоримся, что ты не будешь пользоваться своими сверхспособностями?
Я отвёл взгляд в сторону.
— Понятно, — помрачнел собеседник. — Ну, хотя бы не станешь нарываться, будешь держаться подальше от всяких демонических мечей, ядовитых кинжалов, шагоходов и так далее?
— Постараюсь…
Вот как можно обещать не прикасаться к Дару? Всё равно, что дать ребёнку откусить от вкусной конфеты, а потом забрать её, положить на видное и доступное место, и попросить не доедать. Вот то-то и но.
Через неделю после отъёзда брата я реализовал себе костюм из «Кризиса» и несколько дней бегал по лесам, пугая зверьё.
Я чувствовал себя на вершине мира. Это была просто фантастика!
Я становился невидимым и бесшумным, мог ударом кулака сломать нетолстое деревце, вырвать комель и зашвырнуть его на пару сотен метров, ускориться до такого состояния, что опережал зайца в считанные секунды, мог с помощью оптической системы костюма обнаружить вокруг любую живность. Жаль, что по канону надолго работы всех этих систем не хватало, но хорошо, что картинка, которую я распечатал из интернета, показывала модернизированный костюм, с увеличенным ресурсом в несколько раз, а это не три-пять секунд невидимости, а примерно двадцать-тридцать. Ах да, там у героя были тёрки с инопланетянами из холодного мира и потому его нанокостюм имел встроенную терморегуляцию, и вот эта функция особенно радовала меня, когда ударили сильные морозы.
И ещё — энергию костюм восстанавливал сам!!! Шикарно, правда?
Записался в кружок рисования, плюс скачал из сети несколько самоучителей ИЗО, и теперь вечерами портил бумагу и тратил краски либо во дворце культуры, где располагался кружок, либо дома перед экраном ноутбука. Вообще, я неплохо рисовал, в армии помогал писарям оформлять стенгазету, делал рисунки, карикатуры и так далее. Возможно, из-за этого таланта я и приобрёл свой сверхъестественный Дар. Моей идеей фикс стала мысль — научиться рисовать всевозможные девайсы, которые потом сам же и реализую.
А это… ух, аж в груди томление сладостное появляется! Можно вплоть до Звезды Смерти или её менее габаритного аналога создать! Или «Энтерпрайз» с его функцией перемещения во времени! Или… да этих «или» столько, что голова кругом начинает идти.
В один из выходных я в самой глухой чаще леса создал с картинки «сталкеровскую» гаусс-пушку. Вещь в реальном мире получилась тяжёлая и невероятной убойной силы. Если в игре она разила врагов, живую силу (впрочем, техники там и не было толком, только не убиваемые вертолеты, которые падали с небес лишь тогда, когда я влезал в игровые файлы и превращал банальный ПМ в монстра со скорострельностью в пару тысяч выстрелов в минуту и убойной силой пули раз пять выше, чем у гранаты РПГ-7), причём, не всегда убивая с первого выстрела сталкеров в «экзах», то в моих руках в реальном мире она крошило всё: превращала в щепки стволы берёз, дробила в щебень булыжники в незамерзшем ручье, вырывала пласты промороженной земли, оставляя после этого внушительные воронки.