От имени Земли

– Крис, может Раш можно уже погулять недолго? – Айк, не стесняясь, проявлял к девушке неожиданную нежность. Интересно всё-таки, она давно ему нравится, а он скрывал, не позволяя себе показывать эмоции, будучи капитаном? Джесс задумалась, были ли подобные сигналы раньше. Может как раз всплеск чувств при практически катастрофической посадке слишком сильно зацепил Айка, и только тогда он заинтересовался её подругой?
Юная смуглая длинноволосая девушка схватила Кинга за руку и тоже взмолилась:
– Крис, ну пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!
– Только завтра, Раш. Сегодня ещё проверим твоё давление и сдашь кровь с утра. После этого, если всё будет в норме, я обещаю.
Раш быстро всучила планшет Джесс, схватила Криса за руку освободившейся левой рукой и радостно запрыгала между двух мужчин. Прыжки были медленные и высокие из-за пониженной гравитации. Айзек, смеясь, подхватил её, и, приобняв, остановил.
– Мисс Патил, если вы будете прыгать, то давление тоже будет скакать!
Девушка остановилась и, снова выхватив планшет у Джесс, начала с любопытством смотреть на фотографию. Она и не попыталась вырваться из объятий Айка. «Слишком много она позволяет этому американскому пилоту», – подумала Джессика. Какое-то чувство, подобное ревности, кольнуло её. Целый год Джесс и Раш провели вместе, как лучшие подруги. А теперь индианка всё время торчит со своим «спасителем», как она его иногда называет. Хотя спас ли её Айк, или Дима, или программисты с Земли, заранее написавшие алгоритм для приземления на двух движках, было спорным вопросом.
Подумав об этом, Джесс вновь вспомнила, что именно они с Димой после Мари и Шана проверяли тот движок. Она была хорошим программистом и не обнаружила никаких проблем. И Дима, как инженер с опытом работы с двигательными системами, тоже ничего не заметил. Нашли неисправность Шан и Мари. И они же вроде перепрошили плату. Как теперь оказалось, проблема была глубже, но в чём именно, ещё предстояло разобраться. В общем Джесс и так испытывала некое чувство вины за то, что произошло с Раш и Крисом, а теперь добавилась ещё и ревность к высокому сильному американцу.
– Джесс, а есть ещё фотки? – Раш наконец выскользнула из объятий Айзека, и, прислонившись к стенке рядом с ней, сунула планшет ей в руки в ожидании слайд-шоу. Сама она не обладала привычкой что-то трогать в чужих гаджетах, что, несомненно, располагало к ней таких закрытых, ценящих личное пространство людей, как Джессика. Таких вольностей как объятья она никому, кроме Раш, не позволяла. Ну и кроме мамы, само собой. Но та была сейчас почти за триста миллионов километров, а подруга – здесь. Её тепло и улыбка мигом растопили чувства вины и ревности. Ну и пусть этот янки крутится вокруг неё, всё равно между ними будет что-то своё, девчачье, что Айк не заберёт!
– Есть, конечно, но не здесь. Сейчас как раз для вас, геологов, обрабатываются в первом. Хочешь пойти и посмотреть? – ответила она.
– Да, да, да, побежали! – Раш мельком посмотрела на Айзека, словно спрашивая его разрешения, что не укрылось от Джессики. Ну надо же, неужели эти эмоции взаимны? Может они встречаются? Хотя Раш до вчерашнего вечера пролежала на койке в больнице, когда бы они успели закрутить роман?
– Сейчас, я только сделаю нам чай. Ты будешь? – Джесс постаралась выгнать из головы мысль, что подруга станет уделять ей гораздо меньше времени, как только начнёт встречаться с Айком, и направилась к шкафчику с заваркой и прочими принадлежностями.
– Я не просто буду чай, я сама его заварю. Надеюсь, ты понимаешь, что я, как индианка, лучше разбираюсь в чае?
С этим словами Патил хихикнула и, опередив её, вытащила с полки чайник и чашки из прочного прозрачного термостойкого пластика. Кинг улыбнулся, а Крис засмеялся и произнёс:
– Мисс Хилл, парируйте! Не может англичанка признать, что кто-то лучше неё заваривает чай!
Тут засмеялась и Джесс.
– Туше! – изображая весёлую сердитость на лице, сказала Раш и ткнула Ламбера в живот указательным пальцем, а Джессика улыбнулась подруге. – Раш, давай, всё-таки, чай в этот раз заварю я, а ты, как индианка, оценишь, правильно ли я всё сделала?
  
* * *
Рашми села рядом с Джесс и уставилась в экран ноутбука. По экрану бегали цифры. Вентилятор компьютера гудел как-то громче обычного, хотя вся работа шла на сервере. Может это просто эффект низкой гравитации?
– Всё ещё считает, ищет аномалии, – откомментировала Джессика изображённые пять процентов, и свернула скрипт. – Только завтра будет результат. Давай посмотрим фотки.
Она открыла папку с кучей снимков, сделанных «Одиссеем» в последний виток.
– Вот, листай, – Джесс налила себе и подруге заварившийся чай. Можно было представить, что они на земле, где-то в уютной кафешке. Только сила тяжести сильно ниже, чай из носика чайника лился как-то медленно, словно нехотя. Раш пододвинула ноутбук к себе и начала рассматривать первую фотку.
– Это где-то далеко от нас, так ведь? На ней вовсе не видно колонии. А вот красное вкрапление, аргиллит, видишь? – радостно заявила она и отхлебнула чай. – У-у-у-ум, вкусно, и правда!
Джесс улыбнулась. Чай был обычный, но похвала подруги была приятна, что ни говори.
– А что это за аргиллит? – Джесс понимала, что может сейчас получить кучу геологических терминов, но недавняя ревность к высокому мужчине заставляла её быть более внимательной к подруге.
– Ну посмотри, на фото это выглядит как срез геологического слоя, что подтверждает версию о том, что долина образовалась впоследствии касательного удара. Аргиллит формируется в ходе окисления большого объёма железа. В целом его наличие говорит о насыщенности атмосферы кислородом ранее, уже после столкновения с астероидом. Потому в атмосфере полно пыли, состоящей из примесей окисленного железа, что придаёт Марсу рыже-красный вид из космоса. Но при подробном рассмотрении и отсеивании пыли нейросетями камеры «Одиссея», видно, что на поверхности много участков, богатых разными минералами, и долина Маринер пестрит ими особенно. Видишь, как много цветов на фотографии? Красный, рыжий, жёлтый, зелёный, серый, вот даже синий! Пойти бы и все их изучить, взять пробы!
Ничего себе, как она реагирует на камешки и пыль! Будто мало того, что они на другой планете, хотя уже это одно достойно эйфории – Рашми приходит в восторг ещё и от таких мелочей.
– Понятно, круто! Но это далековато, километрах в тридцати, не думаю, что мы туда дойдём пешком в ближайшее время. Поищем такие же на других снимках? – предложила Джессика. Пусть Раш выпустит внутреннего геолога по максимуму.
– Конечно, а может и ещё что-то интересное найдём. Жду не дождусь завтра, когда можно будет уже посмотреть на всё своими глазами! – как раз они у Рашми сейчас горели энтузиазмом. Интересно, это в ней тоже учёный говорил, или всё же просто любопытство человека, забравшегося так далеко от дома?
Раш продолжила листать, временами комментируя что-то, тыча пальцем в монитор. Иногда в её голосе звучало явное ликование, как будто она только что нашла нефть или плодородную почву. Джесс искренне радовалась. Такого неподдельного, практически детского восторга она не видела давно. Пока Патил лежала на больничной койке, они «гуляли» по Марсу, и, хотя прогулки заключались в основном в том, чтобы таскать тяжёлые тросы, натягивать, монтировать трубы и кабели, всё равно она была уже как бы старожилом Марса, а Раш, как новичок, смотрела на всё по-своему, заряжая и её безграничной энергией. Да, а чай и правда хорош, точно нужно завязывать с кофе.
– Джесс, а что это за чёрный кружок? – Раш ткнула пальцем на экран. Приглядевшись, девушка заметила, что и правда, на фото в правом углу был небольшой круг, судя по разрешению, метра три в диаметре.
– Хмм. Дай-ка глянуть, – Джессика увеличила, выдав максимальную глубину кадра. – Просто круглое и чёрное пятнышко. Как будто кто-то выжег на земле. Никакого искажения и тени. Чёрный круг и всё.
– Марсиане! – воскликнула Раш, захлопав в ладоши.