Душеприказчик поневоле (СИ)

А потом все закончилось.
Я с трудом открыл глаза и без единого шороха в голове смотрел на низкое графитовое небо. Мне понадобилась целая минута, чтобы понять, что я лежу на Изнанке.
Как я здесь очутился?
Тишина.
Приподнявшись на локте, я заметил вдалеке сидящую на валуне Грету. И только сейчас подумал, что этот здоровенный булыжник всегда появлялся там же, где и она.
Дальше развивать мысль не было сил.
Заметив, что я пришел в себя, беловолосая подошла ко мне и присела рядом.
— Ты как? — тихо спросила она, погладив меня по щеке. — Устал?
— Очень, — выдохнул я.
— Как же тебя так угораздило?
— Отпустил душу.
Слова давались нелегко, они царапали глотку и оседали на языке вкусом пепла.
— Я скучала.
Я поднял голову и увидел ее печальные глаза.
— Что случилось? — с тревогой спросил я.
— Теперь все хорошо, Вик. Просто тебя не было несколько лет.
— Что⁈ — я вскочил и тут же осел от сильного головокружения. — Как это несколько лет⁈
Вместо ответа Грета заливисто рассмеялась.
— Сколько лет прошло, а все равно всегда эта шутка остается очень смешной.
В голову тут же ударила набатом злость. Дыхание перехватило, и даже мысли быстро собрались в стройные ряды.
— Шутки шутить решила? — грозно сказал я.
— Конечно. А то, чего ты валяешься без признаков жизни на земле. Теперь вот, уже готов метать молнии в меня. Эта фраза давно меня выручает.
Я схватился за голову и, наконец, поднялся, встав рядом с ней. Злость быстро выветрилась, оставив после себя пустоту.
— Кого ты отпустил, что тебя аж на Изнанку забросило?
— Сам не понял. Вроде в парне совсем не было магии, — пожал я плечами. — Он сказал, что поделиться со мной лишь частью силы. Даже представить страшно, какого это получить ее всю.
— Вечно тебе везет на какие-то особенные души, — сказала Грета и отвернулась.
— Ладно тебе, будто сама не попадала в такие ситуации.
— Конечно, попадала. Но это результат больших усилий, а не просто увидел, отпустил и получил тележку пряников.
— А ты видишь, что это за пряники?
— К сожалению, вижу.
Я закатил глаза, благо она не видела мое лицо. Теперь и из нее мне клещами нужно тащить информацию.
— Грета, милая, а что ты видишь? — ласково спросил я.
— Тот парень был потенциально сильным магом, — нехотя ответила она. — Его способности не развивали, но ему достался дар видеть правду.
Что-то похожее говорили и его сестры.
— Но почему же я оказался здесь? — спросил я и тут же понял.
Когда ко мне перешла сила Германа, я собирался вернуться сюда. Видимо, эти два события объединились. Надо впредь быть аккуратнее в своих желаниях.
— Я видел лица, и слышал голос Изнанки. Она что-то нашептывала мне, помогала оставаться в сознании.
— Она давно тебя приняла. И теперь хочет оставить себе. Каждая душа, которую ты отпустишь, будет только сильнее привязывать тебя к этому месту.
— И что мне теперь оставить это занятие?
— Зачем? Здесь же хорошо.
— Но там у меня еще куча дел!
— Тогда учись. Возьми под контроль и стань главным. Это борьба силы воли.
— Легче мне от твоих слов совсем не стало, — вздохнул я. — Кстати, а можно и мне такой посох, как у тебя?
— Зачем тебе? — засмеялась Грета. — Найди свое оружие. А лучше сделай сам. Может тебе именно посох и не подойдет.
— А что он делает?
— Помогает находиться здесь, возвращаться и не терять голову.
— А как же борьба силы воли? — усмехнулся я.
— Доживешь до моих лет, узнаешь, — немного сварливо ответила она и сразу же обожгла меня взглядом. — Даже не думай спрашивать сколько мне лет!
— Не собирался, — я широко улыбнулся. — Так значит, теперь я могу видеть правду? Интересно, как это работает.
— Иди и проверь. Чего ты здесь стоишь-то? — теперь уже она закатила глаза, а я рассмеялся.
Действительно, пора бы уже и вернуться.
— И последнее, — спросил я перед тем, как закрыть глаза. — Ты всегда появляешься там, где перешла?
— Нет, я здесь появляюсь целиком. Думаю, ты и сам уже можешь такое повторить.
— Собственно, это я и хотел сделать.
  
— Представь то место, в котором хочешь оказаться, — подсказала она. — Только все должно быть в деталях, а то можешь промахнуться и застрять между стенами.
Она говорила предельно серьезно, но я понял, что она врет.
— Снова шутить изволишь?
— Проверяла, работает ли твой дар, — она улыбнулась. — А теперь все, иди уже. Надоел ты мне.
«Снова ложь,» — я не обиделся, а вернул ей улыбку.
А затем закрыл глаза и представил крошечную комнатку в домике охраны.
В следующее мгновение я оказался в плотном коконе. Он, как слой воды, не давал мне нормально двигаться.
«Имение Васильева, комната, светлые обои, картина на стене с вазой, кровать, синие простыни.» — как заклинание твердил я.
Постепенно давление на грудь стало исчезать, и я осторожно открыл глаза.
— Получилось! — вырвалось из моей груди.
Я, действительно, оказался там, где хотел, аж от сердца отлегло. Никогда не думал, что буду рад видеть эти унылые стены.
В голове уже вырисовывался план действий, осталось его только осуществить. Поэтому я вскочил с кровати, быстро привел себя в порядок и вышел из комнаты.
Мне нужно было увидеть Владимира.
* * *
— Я не могу понять, почему ты снова спрашиваешь об этом! Мы же уже не один раз все обсудили, — раздраженно говорил Владимир, глядя на меня.
Вокруг него стали расползаться вихри магии. Ему совсем не нравился наш разговор. А что мне оставалось делать? Пришлось прикидываться дурачком и наворачивать словесные круги на тему силы и браслета.
И сделать весьма однозначный вывод: Владимир Семенович Васильев врет как сивый мерин.
Интересно, сколько еще времени он водил бы нас всех за нос? Этого я, конечно же, спрашивать не стал, а с большими глазами слушал его.
В какой-то момент я понял, что уже не могу больше ломать комедию. Изменив выражение лица, я серьезно спросил у него:
— Владимир, как же вам в голову пришло украсть браслет? Вы же давно знали, что он обладает особой силой, да?
Мой вопрос застал его врасплох.
— Чушь! — нервно ответил дядя. — Абсолютная чушь!
— Тогда зачем вы все время трогаете свою руку? — я давно заметил, но не придавал этому значения.
Владимир дернул плечом и забарабанил пальцами по столу. Я не торопил его. Нечасто мне выпадало удовольствие поймать лжеца в его же собственном поле. Если не считать, конечно, старосту. Его ловить было сплошное удовольствие.
— Так, Виктор, не понимаю, о чем ты говоришь, но я не знаю, с чего ты решил, что я забрал браслет.
«Врет.»
— Владимир Семенович, давайте уже начистоту. Устал я от всей этой лжи, — я откинулся на спинку кресла и только сейчас понял, что сидел все время в напряжении. — Кроме вас, некому. Да и сила у вас так и закручивается тугими спиралями.
Я посмотрел на темно-синие вихри над его головой, а Владимир начал усиленно дышать, чтобы взять себя под контроль.
— Не пытайтесь, я давно наблюдаю за вами, — пожал я плечами. — И мне очень интересно, зачем вы это сделали.
Владимир еще с минуту сверкал глазами, а потом разом сник, разом растеряв весь запал.
— Этот разговор должен остаться между нами, — пробормотал Владимир. — Никто, подчеркиваю, никто не должен знать.
— Сейчас от ваших слов зависит судьба всей семьи, Владимир Семенович. Не забывайте это.
— Да, я понимаю, — он выглядел потерянным. — Да, ты прав, я действительно забрал тогда браслет у полоумной бабки. И да, я давно знал, что он из себя представляет. Валерий очень долго собирал о нем информацию, потратил на это не один месяц, но так его и не заметил у себя под носом. И я все удивлялся, ведь эта, на первый взгляд обычная безделушка, источала стать моей. Лера, сам того не зная, выложил свою теорию, которая лишь подтвердила мои выводы.