Игры крови (СИ)
Прогуливаясь шесть лет назад по границам своей страны, Александр скорее проветривал голову и развлекался, нежели реально инспектировал пределы владений Элура. А потому король и триумвир позволял себе немного больше. Например, забрести на сопредельные территории и своими глазами посмотреть как там живут люди. Чтобы не пугать народ, а также не светить своей крайне примечательной из-за смазливости рожей, делать это приходилось в маскараде, а точнее в простой крестьянской одежде и с бородой. Из-за подобного времяпрепровождения вампира произошло несколько инцидентов, каждый из которых скорее развлек Александра, нежели расстроил. Да и чем его могли расстроить дворяне или священники, решившие немного поиздеваться над случайно встреченным крестьянином? Разве что от трупов приходилось избавляться, но и тут работы было немного, благо заклинание «прах» осечек не давало.
А затем, в одной всеми богами забытой деревеньке он увидел ее…
И сразу все обрело смысл. Стоило прожить несколько сотен лет. Стоило иметь три жены. Стоило любить и каждый миг помнить Герцогиню. Стоило терпеть бесконечные придворные интриги и грызню. Стоило год за годом доказывать, что его не зря зовут Кровавым и Потрошителем. Стоило как проклятый работать над благополучием страны и общины.
Ибо отныне все это и многое другое имело смысл.
— Милый, — улыбка любимой женщины вызвала у Александра непередаваемое ощущение тепла во всем теле, — Опять поведешь пришлых к вампирам?
— За это хорошо платят, котенок, — как всегда первым идет самый слабый из аргументов.
— Мне и детям нужен ты, а не деньги.
— Ты же знаешь, котенок, мне там ничего не грозит, — слова были не более чем словами, ведь о своей истинной природе Александр жене так и не поведал и для нее он был простым человеком.
— То что ты уже несколько раз возвращался оттуда еще ничего не значит! — руки уперты в бока, в глазах пламя собственной правоты и поза королевы поймавшей изменника прямо на объекте измены.
И вот как тут не верить в переселение душ или реинкарнацию? У крестьянки из дикой глухомани просто не может быть таких манер! Это невозможно. Так не все королевы себя ведут! А ведь было еще и лицо. Молодое лицо главной любви всей жизни…
Александр даже помотал головой прогоняя несвоевременные воспоминания.
— Котенок, ну что со мной может случиться? — еще одна глупая фраза, но подобный разговор ведется не первый раз и Александр знает как постепенно подвести жену к смирению с неизбежным и в конце концов получить согласие на поход.
— Подумай о наших детях! — весомый аргумент, дети это важно, как и их защита, но триумвир, даже если он в отпуске, это не простой вампир и прав у него куда больше.
Например, можно вызвать пару жандармов, что тихо присмотрят за семьей, благо дом специально построен прямо рядом с лесом и охранникам будет легче легкого спрятаться от ненужного внимания местных. А еще можно держать на границе сразу несколько летающих кораблей, что уже больше века и в простонародье и в официальных документах называются неболётами — и при необходимости в Заболотье в течение часа высадиться целая рота паладинов. А рота паладинов, особенно подготовленных по стандартам вампиров, это такая сила, что тут и пара королевских полков Орода не справится, разве что гвардия подойдет. В общем, Александр мог не беспокоиться о детях. Жаль жене всего этого сказать он не мог.
Правда это лишь в теории звучало так хорошо. А в реальности… Ну как родитель может не беспокоиться о своих детях⁈
Александр даже о внуках, что растут за могучими стенами Детского Замка под охраной целого полка вампиров — и о тех беспокоится чуть ли не каждый день! А тут родные дети! И растут они не под присмотром опытных воспитателей и защитой сильных бойцов. А здесь, в этом всеми богами забытом лесу, с человеком может случиться что угодно. И это речь о взрослых!
Да, можно бесконечно долго убеждать себя в том, что опасные животные собственноручно убиты и рядом с деревней их давно нет, жандармы из охраны бдят, а при необходимости Заболотье станет неприступной крепостью меньше чем за сутки, но червячок сомнений грызть душу все равно не перестает. Эти места опасны и его дети не должны расти в таких условиях. Уже не раз Александр принимал решение рассказать все жене и увезти семью в Гнездо, но каждый раз передумывал.
И Мариа и дети здесь счастливы. Чтобы понять это не надо пить кровь, достаточно посмотреть в глаза. Лина, Стефан, Роб. Троица, что досталась Александру вместе с женой. Троица ставшая ему родными. Иван, Марианна, Семен. Уже его дети. Любимые и драгоценные. И все они счастливы здесь в Заболотье. А что ждет их в Гнезде?
Там все будет совсем иначе. Все-таки семья любого триумвира всегда на виду. Дети Константина и Евгения когда были маленькими постоянно были окружены значительной свитой из сверстников. Тоже самое было и с внуками Александра.
Со стороны казалось это были маленькие короли окруженные толпами придворных лизоблюдов.
И пусть в силу самой природы вампиров их общине никогда не стать сословным обществом, но некоторое расслоение все-таки нет-нет да проскальзывает, особенно у детей, которые быстро перенимают манеру родителей выказывать уважение старшим. Да, не всегда высокий пост родителей отражается на отношении к их ребенку, но и полностью исключить влияние тех кто постоянно проживает в пусть и большом, но отдельном замке невозможно.
И к сожалению, подобное окружение и отношение прямо с детства порождает избалованность. Один из внуков Александра так точно очень надолго задержится в армии, если не изживет в себе некоторые неприглядные привычки взращенные им в детстве. Уж триумвир об этом позаботится, даже если мать будет против.
Впрочем, его дети обычные люди, а не вампиры с подавленным магическим шаблоном и постоянно жить в Детском замке им необязательно. Мариа же и вовсе младшая жена, а в иерархии вампиров это фактически наложница и чрезмерное уважение ей не получить даже если на это будет приказ Триумвирата. Так что при всем желании сильного перехода из грязи в князи не получится.
С другой стороны, не легкая жизнь в Заболотье закалит характер будущих вампиров и Александру не будет за них стыдно. А еще дети не наберутся дурных привычек молодняка Детского Замка.
И каждый раз такие рассуждения приводили вампира к тому, что он оставлял все как есть. Жену в неведении, а детей в деревне. На решительного и скорого на расправу Александра это было максимально непохоже, но семья меняет людей.
Сам Александр почувствовал как изменился в тот момент когда взял на руки своего первого внука. Тогда вампир буквально ощущал как довольно рычит его магический шаблон. И подобные чувства были нормой для всей общины, которая ныне успешно подбиралась к пятидесяти тысячам своих членов и останавливаться на этом вампиры не собирались. Крови и работы хватало на всех.
— И дня не проходит, чтобы я не думал о детях, котенок. Только о их будущем и думаю.
— Так может не пойдешь к вампирам? — жена сделала просительное лицо, — Нам ведь хватает того, что ты приносишь из леса.
— Староста, чтоб ему икалось, сообщил, что лучше меня проводника не найти. Да и договорился я уже, — в ход пошел самый главный аргумент, ведь жена знает, что слово ее муж держит всегда.
— Ладно, — наконец сдалась Мариа, — Но пойдешь завтра. Сегодня ты мой.
Против этого условия Александр ничего против не имел.
* * *— А баба вам зачем?
— Я паладин, смерд!
— Это многое объясняет, — важно покивал Александр, — Вот вампирам так и будете говорить, мол не баба я, а паладин. Бить меня надо как всех. В лицо и со всей силы. А потом ногами.
Четвертый член разведывательного отряда вампиру решительно не нравился. Точнее не нравилась, ибо это была женщина. И буквально все в ней кричало о неправильности.
Холеная, надменная морда больше всего подошла бы аристократке, но никак не крестьянке, а именно о таком своем происхождении девушка заявила своим спутникам когда они представлялись друг другу и рассказывали о себе. Кираса паладина была исполнена в самом распространенном стиле и почти ничем не выделялась, только вот вампир был готов поставить сто монет против черствой корки хлеба, что если заглянуть внутрь этой кирасы, то там обязательно будет стоять клеймо королевской кузницы. Меч девушки тоже был очень даже не простой. Его крестовина была немного наклонена к руке, в то время как обычно ее немного наклоняли к лезвию. Мелочь, но в Ороде такую гарду предпочитали иметь паладины личной королевской гвардии. Завершали картину неправильностей рыцарский конь девушки, место которому было опять таки в королевских конюшнях, а не под задницей непонятного паладина в приграничных лесах, и это ее презрительное «смерд» вместо привычного для всех «травоед».