Спасите меня, Кацураги-сан! Том 6 (СИ)

— Такахаси-сан, прошу вас, успокойтесь и ведите себя прилично! — попросила Уёхара Ёсико. — Давайте разберёмся со всем здесь и сейчас. Кацураги Тендо сидит за вашей спиной. Мы можем решить эту проблему, не выходя из кабинета.
Такахаси резко развернулся и, хлопая широко раскрытыми глазами, посмотрел на меня.
— Чего вы меня обманываете⁈ — воскликнул он. — Это — не Кацураги Тендо!
— Как это? — заместитель главного врача устало протёрла глаза. — А кто же это по-вашему⁈
Дверь в кабинет Уёхары Ёсико вновь распахнулась, и к нам присоединился терапевт второго ранга Савада Дэйчи.
— Уёхара-сан, вы меня вызывали? — растерянно спросил он.
— Вот он! — воскликнул Такахаси Митсуки, указав на Саваду Дэйчи. — Вот — Кацураги Тендо!
В кабинете Уёхары Ёсико нависла зловещая тишина. Савада, открыв рот, смотрел на пациента-жалобщика, а мы с Уёхарой Ёсико вообще перестали понимать, что за чертовщина начала разворачиваться перед нами.
Почему Такахаси принял Саваду Дэйчи за меня — вопрос, ответ на который я даже предположить не могу.
— Такахаси-сан, — вмешалась Уёхара Ёсико. — Вы уверены, что только что вошедший специалист — это Кацураги Тендо? Взгляните на бейдж.
Пациент посмотрел сначала на меня, затем на Саваду Дэйчи.
— Быть того не может! — удивился он. — Когда этот врач принимал меня, на его халате висел бейдж с надписью «Кацураги Тендо».
Савада Дэйчи специально меня подставил? Нет, это на него непохоже. Тогда как же, интересно, так получилось?
— Савада-сан, может быть, вы прольёте свет на эту загадку? — спросил я.
— Не молчите, Савада-сан! — прикрикнула Уёхара Ёсико. — Четыре жалобы! Уж не хотите ли вы сказать, что пятая жалоба тоже относится к вам, а не к Кацураги-сану?
— Простите меня, Кацураги-сан, Такахаси-сан, Уёхара-сан, — начал кланяться во все стороны Савада Дэйчи. — Я сделал это не специально. Честное слово!
— Как у вас оказался мой бейдж, Савада-сан? — спокойно спросил я.
Видимо, мой коллега в очередной раз всё перепутал. Злобы я на него не держал, но мне очень хотелось разобраться в происшествии.
— Я пролил кофе на свой халат, — в отчаянии заявил Савада Дэйчи. — Хотел пораньше убежать домой, чтобы его застирать, но пришёл Такахаси-сан. Мне пришлось экстренно придумывать, как принять пациента. Я побежал к Кацураги-сану, чтобы одолжить его халат, но его на месте не оказалось. Поэтому…
— Не продолжайте, — кивнула Уёхара Ёсико. — Нам всё ясно. А теперь слушайте все меня. Такахаси-сан, я прошу вас подождать снаружи. Кацураги-сан, можете возвращаться к своим рабочим обязанностям, у меня больше к вам вопросов нет. А что касается Савады-сан…
Ёкай.
— Саваду-сан я попрошу остаться, — завершила Уёхара Ёсико.
Савада Дэйчи жалобно посмотрел на меня. Но спасти его от расправы я уже не мог.
Я не был против того, что он воспользовался моим халатом без разрешения — в этом нет ничего криминального. Но бейдж можно было и снять.
Мы с Такахаси Митсуки покинули кабинет заместителя главного врача, и как только дверь за нами закрылась, из-за неё послышался чудовищный ор. Так Уёхара Ёсико могла отчитывать только своего «любимчика» Саваду Дэйчи.
— Вы, пожалуйста, простите меня, Кацураги-сан, — поклонился мне пациент. — Я не хотел, чтобы у вас возникли неприятности из-за моей жалобы. Я ведь правда думал, что это вы меня приняли. Я же ещё столько отзывов хороших о вас слышал, и потом не мог понять, почему вы всех пациентов принимаете так щепетильно, а меня встретили холодно.
— Всё в порядке, Такахаси-сан, — ответил я. — Никаких проблем ваша жалоба мне не доставила. А касаемо того, что вас тревожит… Курите?
— Э… Да, — кивнул Такахаси Митсуки.
— Постарайтесь бросить курить в ближайшее время, — посоветовал я. — Тогда и хронический бронхит перестанет вас беспокоить. Пока он не перешёл в обструктивную болезнь, лучше избавиться от пагубной привычки. А боль в грудной клетке у вас из-за позвоночника. Остеохондроз не запущенный, в ближайшее время боль пройдёт сама. Спорт поможет вам восстановить нормальное кровообращение в позвоночном канале. Однако, если лучше не станет — обратитесь к неврологу.
 
— Кацураги-сан… — удивился Такахаси Митсуки. — А откуда вы всё обо мне знаете?
— Смотрел ваши анализы, — солгал я. — Не зря же вы всё это сдавали.
— Спасибо вам ещё раз, — поклонился он. — Вы меня успокоили.
Я вернулся в свой кабинет и продолжил работать со списком неврологических больных. Мы с Акико просидели до шести вечера. Работу удалось закончить за пять минут до закрытия поликлиники.
— Мне очень повезло, что у вас оказался список пациентов с моего этажа, — сказала Акихибэ Акико, когда мы шли домой. — Без твоей помощи я бы до утра там просидела, Тендо-кун.
— Не переживай, скоро ты поймёшь, что в этой поликлинике привыкать к своим пациентам практически не имеет смысла, — ответил я.
— Не поняла, о чём это ты? — удивилась она.
— Из-за динамической рейтинговой системы терапевты постоянно летают с ранга на ранг — с одних этажей на другие. Поэтому привыкнуть к пациентам не получается. Всё время приходят новые, — объяснил я.
— Так, а если я не стану двигаться вверх и просто останусь на первом ранге? Меня тут всё устраивает, — сказала Акико.
— Тебя случайно кто-нибудь поднимет наверх, — подметил я. — Так Кондо Кагари взлетел до третьего ранга. Несколько человек упали вниз, и его подкинуло на более высокие ранги, несмотря на то, что он сам этого не добивался.
— Сложно… — вздохнула Акико.
— Да ты подожди, — посоветовал я. — С понедельника начнёшь вести приём без меня и быстро войдёшь во вкус. Самой захочется конкурировать.
Когда мы с Акико поднялись на свой этаж, перед нами предстала удивительная картина. На двери моей квартиры и квартиры Акико висели записки с одним и тем же текстом.
«Поднимайтесь в столовую, у нас сюрприз».
Почерк не узнаю. Видимо, записку писал не Кондо Кагари, как я предположил изначально. Хотя это было бы на него похоже.
— Кто это мог сделать? — пожала плечами Акико.
Я заглянул в квартиру и обнаружил, что в ней никого нет.
— Должно быть, Казума-кун, — понял я. — Переодевайся и пойдём наверх. Посмотрим, что там придумал мой брат.
Как оказалось, Кацураги Казума и Кондо Кагари организовали ужин на всех медицинских работников, проживавших в служебных квартирах. На кухне стоял целый чан с раменом, над которым корпел Казума. Кагари же разливал суп по чашкам и расставлял на обеденном столе. Уролог Никиширо Кусэй не стал дожидаться нашего прихода и уже приступил к поеданию ужина.
— Тендо-кун! — помахал мне рукой Кагари. — Вы с Акико как раз вовремя. Казума-кун решил устроить пир на весь мир.
— Чего это ты вдруг? — спросил я брата. — Я же имел в виду, что ужин нужно сделать на двоих.
— Твои коллеги меня очень хорошо приняли, — ответил Казума. — Я решил отплатить за доброту вкусной пищей. Отец учил меня, что хороший ужин — это лучшая благодарность.
И спорить с этим я не стал, поскольку рамен оказался невероятным. Готовить Казума умел неплохо, впору нанять его нашим личным поваром.
Мы впятером опустошили чан с раменом за час и ещё долго общались друг с другом, заняв весь пятый этаж. По какой-то причине никто из проживающих в служебных квартирах больше сюда не поднимался. Видимо, сотрудники «Ямамото-Фарм» работают куда дольше врачей, поэтому до столовой не добираются.
Когда мы с Казумой остались наедине, мой брат сказал:
— Ещё раз спасибо тебе за помощь с трудоустройством, Тендо-кун. Хоть моя работа официально начинается с завтрашнего дня, сегодня я уже сделал кое-что важное. Телемедицинский мост с Россией готов.
— Уже? — удивился я. — Когда ты успел? Мне казалось, что ты только знакомиться с новыми коллегами ходил.
— Айтишники не очень-то разговорчивые, — усмехнулся Казума. — И коллег у меня немного. Если ты не в курсе, в вашей клинике работает всего три айтишника, включая их начальника. Так что меня они приняли нового сотрудника с радостью. Я сразу же сел за подготовку кабинета для телемедицинских консультаций и связался с нашими русскими коллегами. Они, в свою очередь, тоже очень оперативно организовали мост, мы проверили связь — всё работает отлично. Выходить на связь завтра можно в любое время.