Крысиные тропы. Как наркомафия контролирует мир

Кагэбэшники не обманули Андрея, и к сорокалетию Победы он вновь был на свободе. После медосмотра благодаря старанию людей из органов было сделано липовое медицинское заключение о том, что Андрей болен туберкулезом и нуждается в госпитализации. На самом деле его положили в алма-атинское отделение военного окружного госпиталя для того чтобы снять с иглы. После этого он прошел курс повышения квалификации, продолжавшийся вплоть до августа 1985 г. и окончившийся своеобразным экзаменом, который принимал лично куратор Андрея. Тогда же Андрея попросили составить подробную характеристику на его бывшего соседа по камере Яшу.
Следующим заданием Андрея было создание сети собственных информаторов. Он начал с того, что вновь пристрастился к наркотикам. Ведь лучше всего работать именно с теми, с кем совместно колешься, — после принятия дозы люди часто выдают такие секреты, которые никогда бы не рассказали, находясь в трезвом рассудке. Для того чтобы привлечь к себе людей, Андрей попросил у органов выдать ему наркотики. Вскоре он приобрел невольных помощников, но, безусловно, не открывал им, на кого он работает.
В скором времени Андрею удалось выйти на известнейшего вора в законе Малика, живущего в Ташкенте. Андрей даже смог завести с ним отношения, близкие к дружеским, и получил приглашение вместе отметить Новый год в Ташкенте.
Для того чтобы Андрей смог войти в доверие к Малику, немало постарались люди из КГБ. Незадолго до приглашения в Алма-Ате гастролерами из России была обворована квартира одного богатого генерала. Среди украденного оказалась и прекрасная сабля-клыч, принадлежавшая когда-то бухарскому эмиру. Этот дорогой подарок должен был преподнести Андрей Малику, для того чтобы вызвать у него уважение. И действительно, с одной стороны, сабля числилась в списках похищенного, что свидетельствовало причастности Андрея к краже, информация о которой наверняка была у Малика, а с другой — это несомненный знак почтения. Саблю передал Андрею его куратор, заодно познакомив его с человеком из ташкентского КГБ.
Приехавшего за день до Нового года Андрея люди Малика встретили на вокзале. В праздничном вечере принимали участие только мужчины. По обычаю каждый из гостей должен был преподнести дорогой подарок хозяину. Дарили много шикарных золотых вещей, но сабля Андрея понравилась вору в законе больше всего. Вскоре он отзывался об Андрее как о толковом парне и принимал его за своего. В один из праздничных дней разговор зашел и о серьезных делах.
По дороге домой с Андреем приключился неожиданный случай. На ташкентском вокзале его задержала милиция. Поводом послужил 1 г опия, явно подкинутый кем-то из «блюстителей порядка». Андрей попытался откупиться от милиции, что очень часто практикуется в тех местах, но те, как ни странно, не согласились взять деньги. Возможно, реальной причиной задержания послужило то, что Андрей приехал из Киргизии, а между этим народом и узбеками существует непрекращающаяся вражда. Во всяком случае, сразу после ареста Андрея жестоко избили и посадили в «отстойник», пытаясь раскрутить его на признание в каком-нибудь преступлении. После очередного избиения у Андрея появилась мысль потребовать у милиционеров сообщить о его задержании в местный отдел КГБ, но, к счастью, от этого шага он удержался. О коррумпированности узбекской милиции и тесных ее связях с наркобизнесом знают теперь все. Да и вопросы тех, кто его допрашивал, показались Андрею достаточно странными. Сломать Андрея не удалось, несмотря на все старания «ментов». И через три дня его, полуживого, были вынуждены отпустить, не предъявив никакого обвинения.
У ворот тюрьмы Андрея встречали люди Малика. Вполне возможно, что именно они организовали это задержание. Но Андрей держался молодцом и не только не раскололся, но и показал силу своего духа и зарекомендовал себя как «отрицалово». Двери квартиры одного из местных авторитетов были теперь для него открыты, там он на протяжении целой недели залечивал раны. В качестве гостинца «на дорожку» ему дали полкилограмма опиума.
  
Следующие операции Андрея были связаны с торговлей гашишем. Этот наркотик в те времена давал намного больше прибыли, нежели опий. Его продавали в такие лагерные районы, как Кемерово, Новосибирск, Омск. Наркотик тоннами привозили из Средней Азии, где он стоил относительно дешево, и продавали в Сибири. Была даже разработана своеобразная система бартера — за наркотики расплачивались лесом. Назад в Среднюю Азию шли целые составы, загруженные досками, фанерой, ДСП. Схема была отработана: полученный товар, являвшийся дефицитом, реализовывался с большим наваром через лесоторговые базы. Заодно отмывались деньги. Неплохо грели руки на этих делах не только бандиты, но и партийные бонзы.
По заданию Малика, Андрей на протяжении трех месяцев разрабатывал специальный маршрут, проходящий около Токтогульского водохранилища, через города Кара-Куль и Кемерлаг. Потом Андрей участвовал в переправке грузов. Сведения, добываемые им, были просто бесценны. Благодаря им было снято все руководство 3-го и 27-го Лесных исправительно-трудовых учреждений.
В последующие годы Андрей еще не раз проявлял себя как отличный сотрудник КГБ. При его участии прошла операция в Астрахани, в ходе которой было изъято 70 кг опия, стоивших тогда 2 млн рублей. Информация, которую поставлял Андрей, оказывалась губительной как для бандитов из окружения Малика, так и для крупных чиновников киргизского и узбекского МВД. Даже на партийную верхушку Средней Азии удалось собрать впечатляющий компромат. Для этой цели была создана специальная группа, поставлявшая наркотики детям и родственникам крупных государственных деятелей этих республик. «Долбаться по вене» «золотая молодежь» любила, и все вакханалии, устраиваемые на роскошных дачах их пап, снимались скрытой видеокамерой.
В 1988 г. Андрей принимал участие в качестве охранника в глобальном «сходняке» наркомафии. Там бандиты приняли «историческое» решение по возможности порвать связи с «красными баями» и наладить контакты с афганскими моджахедами, вовсю торговавшими опием. Именно после этого наркотики потекли ручьем из охваченного войной Афганистана. Наркоторговля постепенно переходила на качественно новый уровень, о котором в прежние времена мелкие барыги не могли даже мечтать.
Жизнь Андрея того времени состояла не только из разработок операций. Отношения с его девушкой стали настолько близкими, что они уже стали подумывать о свадьбе. Встречаясь со своей возлюбленной, Андрей на время забывал о том, какой жизненный путь он себе избрал. Он вполне сознавал, что жить нормальной семейной жизнью не сможет. Однажды он признался своей девушке, что промышляет кражами и употребляет наркотики, но заметил, что ворует только у зарвавшейся номенклатуры, а это выглядело даже романтично. Наркотики он пообещал со временем бросить и вылечиться от их зависимости.
На страницах своих воспоминаний Андрей много размышляет о своей работе. Он, бывший уголовник, имевший соответствующий своему статусу менталитет, все же прекрасно сознавал, что презираемые всеми сексоты — люди, необходимые каждому государству и любому обществу. Ведь именно от них во многом зависит успех в борьбе с преступностью. Причем если официальные сотрудники правоохранительных органов получают за свои достижения и медали, то сексот остается безвестным. О нем вспоминают в лучшем случае лишь после его смерти. А погибнуть представители этой профессии имеют массу возможностей. В любой момент их могут разоблачить, и тогда о быстрой смерти без мучений мечтать не придется. Пойманных агентов спецслужб бандиты пытают неделями, используя необычайно изощренные способы, вызывающие у любого нормального человека дрожь.
Сотрудниками секретных служб люди становятся по-разному. Кого-то ловят на каком-нибудь преступлении и начинают шантажировать. Кто-то становится секретным агентом, надеясь получить материальную выгоду, а кто-то просто причисляет себя к представителям этой профессии по идейным соображениям. Но работа секретного агента такова, что вскоре она становится жизнью того, кто ее избрал. Начинается раздвоение личности, когда человек просто не может быть самим собой, живя постоянно в страхе, что его «расколют». Весьма своеобразны и отношения с представителями КГБ, которых Андрей называл хозяевами. Пока агент нормально работает, ему платят пусть небольшую, но все же зарплату, всячески поощряют. Если же сексота разоблачают, про него просто забывают. Его вычеркивают из всех списков и, по сути, бросают на произвол судьбы. А для того чтобы его не завербовала противоположная сторона, иногда устраивается «физическое исчезновение».