Крысиные тропы. Как наркомафия контролирует мир

Выйдя на волю, Андрей, однако, смог вернуться домой не сразу. Сначала он был вынужден поехать в Подмосковье, где подробно написал обо всем, что знает о преступных группировках, занимающихся торговлей наркотиками и о своей лагерной жизни. Там же его назначили секретным агентом недавно созданного в КГБ управления «В», специализировавшегося на борьбе с организованной преступностью. Теперь он мог вновь вернуться домой.
Сборщик информации. После того как Андрей вновь вернулся в родные пенаты, его на некоторое время оставили в покое. Он даже начал забывать, благодаря кому на его голову свалилась долгожданная свобода. Но вскоре «органы» вновь напомнили о себе. К Андрею пришел человек, предъявил удостоверение сотрудника КГБ и сообщил парню, что он его куратор. Буквально в тот же день Андрей получил очередное задание. Ему предстояло снова сесть на иглу для того чтобы стать своим среди местных наркоманов и собрать информацию о сотрудничестве наркоторговцев и органов милиции. Андрею сразу выдали первую зарплату — 180 рублей и 200 рублей на покрытие расходов, связанных с его деятельностью. Для того чтобы парень не пристрастился к наркотикам, ему пообещали устроить курс дезинтоксикации в специальной лечебнице.
Найти старых знакомых и снова стать своим среди них не стоило Андрею большого труда. Кроме того, дело происходило в его родном городе Фрунзе (ныне Бишкек). Для того чтобы еще более упрочить свой криминальный авторитет среди местных уголовников, Андрей решил поучаствовать с ними в каком-нибудь мелком деле. Такая возможность вскоре представилась. Однажды компания наркоманов, среди которых был и Андрей, нетерпеливо дожидалась человека, посланного за очередной дозой. Уколоться до жути хотелось всем, но вот с деньгами были большие проблемы. И тогда Андрей предложил товарищам по несчастью пойти на дело. Накануне он присмотрел неплохое местечко, где было чем поживиться, — Дом культуры, в котором было немало различной аудиоаппаратуры и фотоприспособлений. Именно это учреждение и решили «выставить», т. е. обворовать. Андрей сам вызвался повести «братву» на дело. С ним согласились пойти еще двое дружбанов. Кража была совершена необычайно быстро и без каких-либо проблем.
Куратор одобрил проявленную Андреем инициативу. Да и неудивительно: урона она принесла намного меньше, нежели пользы. В компании наркотов агент КГБ тут же стал своим человеком. В тот же день Андрей был представлен барыге, поставляющему им наркотики. Но этого ему показалось мало. Для того чтобы приобрести среди местной шпаны еще больший авторитет, надо было совершить серьезное преступление, а это было опасно. Но случилось так, что авторитет Андрея среди братвы необычайно возрос и без уголовных похождений.
Однажды поздно ночью он вместе с приятелем шел домой после посещения притона. К ним прицепились искавшие «завязку» пьяные киргизы. Дело вскоре дошло до открытого рукоприкладства. И тогда Андрей выхватил нож. Умением обращаться с холодным оружием он отличался всегда. И ловко нанес тяжелые раны обоим нападавшим. Утром восхищенный приятель живописно рассказал «братве» о случившемся с ними прошлой ночью. Андрея сильно зауважали, и вскоре он стал одним из лидеров местной шайки. И неудивительно, что именно его отправили в Талды-Курган с ответственным поручением. Он должен был сопровождать «гонца», посланного за наркотиками.
Партия, которую должны были привезти Андрей и его коллега, была не очень большой, но и не маленькой — 500 стаканов маковой соломки. По тем деньгам товар оценивался примерно в 7500 руб. Об этой поездке сразу же было сообщено в КГБ, и там разработали план операции по аресту наркоперевозчиков. Поездка представляла огромный интерес еще и потому, что «гонцов» должен был встретить связанный с торговлей наркотиками милиционер, контролирующий этот маршрут доставки наркотиков. Андрею было поручено запоминать все «блатхаты» и постараться войти в доверие к наркоторговцам в Талды-Кургане, наладить с ними связи на предмет якобы дальнейших закупок. После этого всю компанию вместе с продажным милиционером и наркотиками должны были арестовать. В зону должен был попасть и Андрей, но совсем ненадолго. К сорокалетию Победы планировалось объявить амнистию, под которую должны были провести и Андрея.
  
Проинструктированный в КГБ Андрей старался ничем себя не выдать «братве» и специальной ручкой записывал нужные адреса на стельках своих сапог. Приехав на место, выяснили еще одну интересную подробность: брат торговца наркотиками в свое время «топтал зону» вместе с Андреем, посему встретили их в Талды-Кургане очень радушно и даже продали за те же семь с половиной тысяч не 500 стаканов кукнара, а 600. Окрыленные успехом, коллеги отправились в родные пенаты. На обратном пути их, как и предполагалось, встретили купленные «менты».
Милиционерами, сотрудничавшими с наркоторговцами, оказались инспектор по наркомании и опер из уголовного розыска. Тогда же гонец, которого сопровождал Андрей, недвусмысленно заявил ему, что он свободен, а расчет произойдет через некоторое время уже во Фрунзе. Но Андрей запротестовал, сказав, что 100 дополнительных стаканов по праву принадлежат ему — ведь именно благодаря его связям их получили. А возвращаться в родной Фрунзе в скором времени Андрей якобы не планировал, хотел заехать в столицу, и поэтому он потребовал отсыпать ему долю «кайфа». Барыгам пришлось лезть в тайник, где лежали наркотики. Андрей свою часть получил, а кукнар назад в тайник так и не положили — посчитали, что раз они едут на милицейской машине в сопровождении людей в погонах, опасаться нечего. Если бы кто-то из них мог предполагать, что в самом скором времени их машину «случайно» протаранит ЗИЛ… Операция была проведена четко, и не успели барыги выйти из своего «газика» и устроить разборку, как появились гаишники. Они тут же обнаружили наркотики. Ехавшие в машине милиционеры попытались вступиться за своих и спасти груз, тем самым окончательно выдали себя.
Все шло своим чередом. В то время Андрею уже исполнилось 26 лет. Однажды, встречая Новый год в обществе нормальных ребят, он встретил женщину, которую полюбил с первого взгляда. Вскоре она станет его женой. Куратор из КГБ, безусловно, не одобрял грядущие перемены в жизни Андрея, но ведь сердцу, как говорится, не прикажешь.
Андрея взяли через пару дней. У него в кармане нашли два ножа, являющихся холодным оружием. Его куратору, навестившему своего подопечного в СИЗО, работа Андрея понравилась настолько, что он увеличил ему зарплату и даже открыл трудовой стаж.
Знаменательная для дальнейшей жизни Андрея встреча произошла весной 1985 г., когда он сидел в СИЗО. В их камеру «подселили» корейца по имени Яша. По тому, как он вел себя в тюрьме, было видно — парень бывалый. К тому же он был лично знаком с некоторыми из сидевших в камере. В честь новоприбывшего был заварен отменный чифирь, кто-то предложил Яше «пыхнуть» анаши. Тогда Андрей достал припрятанную маковую соломку и угостил Яшу укольчиком. Вот так и познакомились. Андрей сказал, что его назначили смотрящим за «хатой», т. е. за камерой. Яша оказался имевшим три ходки вором-карманником.
Поздоровавшись с братвой, Яша тут же с нескрываемым нетерпением спросил: «Буржуй здесь?» Он не ошибся — осужденный за хулиганство и наркотики Буржуй действительно находился в их камере. Когда пришел Яша, он мирно посапывал. Пришлось его разбудить. Разглядев лицо новоприбывшего, Буржуй изменился в лице. Выяснилось, что Яша сделал все, чтобы его перевели в эту камеру. Попасть сюда он хотел единственно ради того, чтобы отомстить. В свое время Буржуй посадил на иглу Яшину младшую сестренку, глумился над ней, пуская по кругу среди своих друзей и в конце концов продал в рабство в Каракалпакию за 300 г опия. Собрался совет зэков, и Андрей, чья должность смотрящего обязывала на нем председательствовать, спросил мнение «братвы». Яшино право на месть было всеми подтверждено.
Яша начал с того, что жестоко избил своего недруга. В разборку никто из «братвы» не вмешивался, и несколькими четкими ударами Яша отключил Буржуя. Потом он схватил его в охапку и подтащил к стоящему у стены унитазу для совершения ритуала «опускания». Яша расстегнул штаны, вынул свой член и несколько раз прикоснулся им к губам Буржуя, после чего перевернул своего врага, обнажил его зад и провел своим пенисом между его ягодиц. Теперь Буржуй был признан «опущенником», а это клеймо не смывается даже после выхода из зоны. С момента «опущения» его был волен изнасиловать каждый желающий. Отлично разбирающийся в тюремных порядках Буржуй в тот же вечер попросил тюремщиков перевести его в специальную камеру для таких же, как он «петушатников».