Безрассудство

– Я ведь уже объяснила в письмах: мне необходимо было увидеться с вами, сэр… – Поколебавшись немного, Феба неожиданно призналась: – И потом, если честно, я решила, что лучше проявить благоразумие и взять с собой этой ночью кавалера.
– Вот как.
– Я поняла, что мистер Нэш чересчур уж странный человек, даже для коллекционера книг, – продолжала Феба, – а когда он поставил такие необычные условия относительно времени, в которое он готов передать мне рукопись, я по-настоящему забеспокоилась. Не очень-то приятно совершать сделки в полночь.
– Похоже, Нэш больше чем просто забавный чудак, – согласился с ней Габриэль.
– Он уверяет, что ведет ночной образ жизни, словно летучая мышь. Он написал мне, что его дом подчиняется иному распорядку, чем все человечество: он спит, когда другие бодрствуют, и работает, когда все спят. Очень странно, не так ли?
– Думаю, ему нетрудно было бы вести светскую жизнь, – сухо ответил ей Габриэль. – Наше общество бодрствует ночью, а днем отсыпается. Тем не менее вы, вероятно, были правы, опасаясь встречи с таким человеком в полночь и наедине.
Феба улыбнулась:
– Я рада, что вы одобряете мое намерение взять с собой кавалера.
– О да, я одобряю вас, но, признаться, меня весьма удивляет, что вы тревожитесь по этому поводу, – произнес Габриэль, с точностью фехтовальщика нанося прямо в цель скользящий удар клинком. – До сих пор вы не выказывали ни малейшей склонности к осмотрительности и благоразумию.
Феба покраснела, уловив сарказм в его словах.
– Тот, кто вступает на путь поиска приключений, должен быть смелым, милорд.
– Значит, вы считаете себя вступившей на путь приключений?
– Да, милорд, да.
– Понятно. Но если уж об этом зашла речь, считаю своим долгом предупредить вас: сегодня ночью я намерен заняться своими собственными поисками.
Холодок дурного предчувствия охватил Фебу.
– Да, милорд? И что же это за поиски?
– Не только перспектива оценить манускрипт Нэша, прежде чем вы завладеете им, привела меня сюда, моя Дама-под-вуалью.
– В самом деле, милорд? – Возможно, тайный замысел все-таки сработал, подумала Феба. Кажется, она действительно возбудила в нем любопытство, на что очень рассчитывала. – Значит, вам интересно то, что я собираюсь рассказать?
– Не совсем так. Я весьма заинтересован в знакомстве с моим новым конкурентом. Я рассчитывал на личную встречу с соперником. – Габриэль вновь холодно глянул на нее. – Я не имею чести знать, мадам, кто вы такая, вы слишком долго испытывали мое терпение. Я считаю, что пора прекратить эти игры.
И вновь тревога омрачила воскресший дух Фебы. Она, оказывается, по-прежнему далека от успешного завершения своего поиска.
– Думаю, наши интересы еще не раз столкнутся… Как вы верно заметили, мы стремимся приобрести одни и те же книги и рукописи.
Кожаное седло негромко скрипнуло: Габриэль заставил своего жеребца сделать навстречу к ней еще несколько шагов.
– Надо полагать, те маленькие победы, которые вам удалось одержать в последнее время, доставили вам радость, моя Дама-под-вуалью?
– Еще бы! – Она улыбнулась, пытаясь преодолеть неунимающуюся нервную дрожь. – Я вполне довольна своими недавними приобретениями. Они стали превосходным украшением моей библиотеки.
– Понимаю!.. – Последовала продолжительная пауза. – А вы не думаете, что есть определенная доля безрассудства в решении пригласить меня этой ночью в свидетели вашего очередного успеха?
«Это куда более безрассудно, чем он может себе вообразить», – печально подумала Феба.
– Если подумать, то вы, милорд, один из немногих людей во всей Англии, кто может оценить по достоинству мое приобретение.
– Я непременно оценю его по достоинству. Можете не сомневаться, я очень высоко оценю его. Но именно в этом кроется опасность для вас.
Пальцы Фебы, по-прежнему безотчетно сжимавшие поводья, слегка задрожали.
– Опасность?
– А что, если я силой отниму у вас рукопись, после того как вы заберете ее у мистера Нэша? – спросил Габриэль с убийственной нежностью.
Феба оцепенела от неожиданной угрозы. Она никак не предполагала такого поворота событий. В конце концов, Уальд все-таки граф.
  
– Не говорите глупостей! Вы же джентльмен. Вы не позволите себе ничего подобного.
– Таинственные дамы под вуалью, которые идут на все уловки, чтобы лишить достойных джентльменов вроде меня давно желанной добычи, должны быть готовы к тому, что у достойных джентльменов наконец лопнет терпение. – Теперь в голосе Габриэля явственно звучала сталь. – Если манускрипт Нэша действительно относится к легенде четырнадцатого века о рыцарях «Круглого стола», как он утверждает, мне он необходим, мадам. Назовите вашу цену.
Воздух между ними, казалось, потрескивал от напряжения. Отвага Фебы быстро иссякла. Единственное, на что она оставалась способной, – устоять против соблазна немедленно развернуть кобылку и помчаться галопом назад, под защиту усадьбы Амесбэри, где она остановилась. Она задавалась вопросом: неужели и средневековые рыцари были так же чертовски несговорчивы?
– Я не уверена, что вы согласитесь заплатить мою цену, сэр, – прошептала Феба.
– Назовите ее – и тогда посмотрим.
Феба облизнула пересохшие губы.
– Дело в том, что я не собираюсь продавать рукопись.
– Вы в этом вполне уверены? – Габриэль заставил жеребца сделать еще один шаг. Огромное животное вскинуло голову и тяжело зафыркало, пытаясь потеснить со своего пути кобылку Фебы.
– Вполне уверена, – поспешила ответить Феба. Она сделала паузу, чтобы усилить эффект. – Но я могла бы подарить ее вам, милорд.
– Подарить ее мне! – Габриэль, несомненно, был поражен ее заявлением. – О чем, черт побери, вы говорите?
– Я объясню позже, милорд. – Феба потрепала по загривку свою лошадь, пытаясь ее успокоить. – Простите, но скоро пробьет полночь. Через несколько минут я должна быть в доме Нэша. Вы едете со мной или нет?
– Я готов к безукоризненному исполнению своих обязанностей вашего кавалера предстоящей ночью, – мрачно произнес Габриэль. – Слишком поздно пытаться избавиться от меня.
– Хорошо, в таком случае приступим к делу. – Феба направила лошадь на залитую лунным светом дорожку. – Дом мистера Нэша недалеко отсюда, судя по указаниям, которые я получила от него в последнем письме.
– Что ж, не стоит заставлять его ждать. – Габриэль развернул своего коня вслед за ней.
Холеный жеребец легко попал в шаг и пошел бок о бок с лошадкой Фебы. «Хотела бы я знать, неужели моя кобылка нервничает так же, как я», – подумала Феба. Габриэль и его конь выглядели огромными и грозными в лунном свете.
– А теперь, раз уж мы встретились с вами, таинственная Дама-под-вуалью, позвольте задать вам несколько вопросов, – сказал Габриэль.
Феба искоса глянула на него.
– Странно это слышать, после того как вы в течение двух месяцев пренебрегали моими письмами. У меня сложилось впечатление, что я не пробудила в вас ни малейшего интереса.
– Вы чертовски хорошо осведомлены о том, что меня сегодня интересует. Признайтесь, вы и впредь намереваетесь домогаться каждой малоизвестной средневековой книги, которую я был бы счастлив приобрести?
– Возможно. Как вы уже заметили, мы явно проявляем пристрастие к одним и тем же рукописям.
– Такое пристрастие грозит стать слишком дорогим для нас обоих. Как только пройдет слух, что за каждый старинный том, который попадет в свет, готовы соперничать два претендента, цены мгновенно подскочат.
– Да уж, представляю, – Феба намеренно говорила легко и небрежно, – но я могу себе это позволить. Я получаю более чем щедрое содержание.
Габриэль бросил на нее испытующий взгляд.
– И ваш муж не возражает против столь разорительного увлечения?
– С вашего позволения, сэр, у меня нет мужа, и я вовсе не стремлюсь им обзавестись. Насколько мне известно, мужья обычно стремятся ограничить склонности своих жен к авантюрам.
– Несомненно, вряд ли кто-либо из мужей одобрил бы такое сумасбродство, каким вы занимаетесь сегодня ночью, – пробормотал Габриэль. – Ни один мужчина в здравом рассудке не позволил бы жене слоняться за городом в одиночку в такой час!