Судьба некроманта (СИ)

  
Приговор некроманту 2. Судьба некроманта
   
1. Триста лет назад
 
Интересно ведь выходит, друзья мои. Ты слывешь самым могущественным некромантом во всем королевстве, мрачные чудища подземного мира приходят к тебе на поклон, склоняя голову в одном ряду с королями и полководцами, а из всей магии у тебя томик Дурина Каменистого, да навыки игры в «Дурака». Вот и я не понимаю, как наше предприятие до сих пор держится на плаву. Мы не можем выбраться из этого времени, да и само время не спешит облегчить нам жизнь. Как я этого смог добиться? Сам удивлен. Впрочем, слушайте.
Что — то не так прошло, и именно в тот миг, когда магиня и азиат открыли портал в свой мир. Чертов пастух, приведший по мою душу личей, швырнул горсть какого — то порошка и с этой секунды все пошло наперекосяк.
Ушли мы от погони cтрудом, на последнем дыхании. Я уж думал, что ноги меня не вынесут, однако мягкая трава и голубое, до рези в глазах, небо, заставили меня, пусть даже и на миг, но поверить в рай на земле. Впрочем, блаженству этому суждено было продлиться недолго. Фалько, принц крови, опальный наследник, беглец и, по совместительству, мой хороший товарищ, принес безрадостную весть.
— Илинора нет. — В растерянности бросил он, опустился на траву и обхватил колени руками. В глазах принца сквозила тоска. — Мы не туда попали.
Прямо как телефонный разговор, извините, мол, попали не туда, простите за доставленные неудобства.
Чтобы убедиться в верности слов, я поспешно забрался на холм, и тут же был оглушен грохотом повозок, топотом бесчисленного количества ног и лязгом металла. Вы думаете, я попал на поле боя? Ну, если не присматриваться, то именно так и было. Это была стройка, масштабы которой можно было сравнить с библейскими. Куда ни глянь, повсюду были разбиты палатки и пылали костры. Огромные лебедки уверено тянули вверх огромные каменные блоки, в попытке возвести первое кольцо неприступной стены будущей столицы государства. Чуть поодаль высились леса, готовые превратиться в оплот порядка и справедливости, сторожевую магическую башню Горта и Марта, первых магов в этом мире, но с этим выходила осечка.
Эти два легендарных парня, мало того, что знаменитостями не были, так, похоже, и к самой магии имели весьма опосредованное отношение. Что — то произошло, что — то случилось, и мы, вместо того чтобы оказаться под стенами вечного города, были вышвырнуты в далекое прошлое. Во всем этом еще предстояло разобраться, однако картина перед глазами говорила сама за себя.
В миг, когда осознание реальности в моей голове окончательно сформировалось, я так испугался, что, похоже, даже вспотел.
— Всем стоять! — Крикнул я. — Ни шагу.
— Ты чего, повелитель? — Сатана, вновь превратившийся в здоровенного котяру, в три прыжка оказался у склона холма и непонимающе на меня взглянул.
— Действительно, — Коба уселся на траву и сейчас деловито чистил свою трубку, с целью вновь наполнить ее табаком. — Личей нету, Альберта тоже. Даже Ворон и Сокол остались где — то за горизонтом. Живи, да радуйся.
Единственный, кто сохранил серьезный настрой, по — прежнему был его высочество, и он, похоже, точно уловил тревогу в моем голосе.
— Надо точно установить, где мы оказались. — Попытался я пояснить, как можно более спокойно. — Иначе, не миновать беды.
— Не говори загадками, хозяин. — Гном уже справился с табаком, и теперь надувая щеки и щелкая огнивом, раскуривал трубку. — Поясни, по — простому, как для гномов.
Коба лукавил, отлично зная, какого я высокого мнения о подземном народе, но доля истины в его словах была.
— Давайте мыслить здраво. — Я встал, нашел участок свободный от травы, поднял с земли сухую ветку и прочертил прямую линию, отметив на ней два участка. — Вот тут находится настоящее время, — импровизированная указка очертила дугу в правой части, — а здесь, — ветка переместилась влево, — мы. Путем нехитрых умозаключений, мы смогли определить наше место пребывания. Отрезок времени, отделяющий нас от привычного мира кратен периоду в триста, а то и четыреста лет. Вот скажи мне, Фалько, когда был построен Илинор.
 
Принц на секунду задумался, восстанавливая в голове отрывки знаний из школьной программы.
— Град Илинор был отстроен по приказу его величества Карлоса Твердая Рука, правителя, объединившего под своей властью Север и Побережье. Дворцовый камень заложен в год одна тысячи триста двадцать второй, однако, по последним сведениям, сама столица старше на сто лет, что подтверждают закладные камни восточного бастиона, демонтированные в период общего обновления фортификационных сооружений.
— И что это значит?
— Ну, с учетом моей даты рождения, и количества полных лет, могу четко сказать, что временная точка, в которой мы оказались, отделяется от реальности на триста семьдесят два года, девять месяцев, и три дня.
— Итак, мы в прошлом!
— Ну не знаю, — в спор вдруг вмешалась инфернальная кошка. — Тут посмотреть надо. Может это и не тот Илинор вовсе.
— А что же еще? — Брови Кобы удивленно взметнулись вверх, и он чуть было трубку изо рта не выронил. — Или в Королевстве завелось две столицы?
— Убедил. — Зверь зевнул, показав острые клыки, и положив голову на передние лапы, вновь закрыл глаза, казалось, вовсе потеряв к разговору интерес. — Теперь давайте повелителя послушаем, у него умные мысли были.
Я явственно ощутил иронию в словах Сатаны, однако не придал этому факту особого значения.
— Я вот к чему веду. Есть два типа путешествий во времени, которые описывали теоретики различных мастей и окрасок. Первый из них — линейный, сопровождаемый неприятным эффектом бабочки. Идея его такова, что если ты вдруг повлияешь на развитие истории, то может ничего и не произойти. Время все равно все расставит на свои места, а вот если произойдет что — то незначительное, вроде того что ты купишь последний билет в цирк, или прольёшь масло на трамвайные рельсы, то это изменит будущее до неузнаваемости.
— Постой, — остановил меня Фалько. — Не очень понимаю. Ты хочешь сказать, что если отравишь колодцы по пути шествия войска, и сорвешь наступление, то война все равно будет продолжена, но если ты заменишь в их пайках свинину на оленину, то не избежать потрясений?
— Примерно так. — Я улыбнулся, и с готовностью мастера, наставляющего нерадивого ученика, похлопал его высочество по плечу. — Я вот к чему веду. Войны не избежать. Все равно найдутся силы, и не один военачальник, так другой, организуют штурм. Однако если ты поменяешь малость, ну, допустим, выиграешь в тире, и заберешь главный приз, то это может вызвать череду непоправимых событий. Представим следующее. Парень влюбляется в девушку и, решив произвести на нее впечатление своей охотничьей сноровкой, ведет на рыночную площадь, чтобы блеснуть своей меткостью. В тот момент ему кажется, что это единственный достойный способ произвести положительное впечатление на особу противоположного пола. И вот оно, свершилось! Стрела летит точно в цель, парень герой, и что удивительно, это работает, и девушка благосклонна к победителю. У них случается свадьба, и рождается ребенок, который в будущем станет генералом армии, и поведет все человечество в бой против лютой жути. Бой окончится полной и безоговорочной победой добра над злом.
Представим теперь сам эффект бабочки, а именно то, что не он, а ты выигрываешь главный приз на ярмарке. Девица уходит, свадьба не состоится и, главное, будущий герой и победитель не появится на свет. В итоге, ты возвращаешься в настоящее, а там все плохо. Жуть пожрала всех людей, и ты единственный живой человек на всем белом свете. Идея пока понятна?
 
Три головы уверенно кивнули.
— Теперь берем эффект преломления, в котором та же бабочка работает, с одним лишь допуском. Есть одна истинная цепь событий, и все что ей противоречит, откалывается и уходит в свою, параллельную ветку. Назовем это альтернативной реальностью. В истинной реальности гномы живут под землей, люди ходят по заливным лугам, а эльфы порхают в своих лесных дворцах и живут по триста лет. Но стоит произойти какому — то знаковому, пусть даже и незначительному событию, как появляется альтернативная реальность, и дальше всем приходится играть по новым правилам. В реальности же истинной ситуация выправляется сама собой, и ты глазом не успеваешь моргнуть, как оказываешься на новом ответвлении.